Корифей киноэкрана, недавно отпраздновавший 70-летие, решил отметить дату не новым фильмом, который к юбилею, увы, не случился, а масштабной фотовыставкой. В Галерее искусств Зураба Церетели на Пречистенке он презентовал публике избранные фотографии, снятые им за долгую творческую жизнь (научился делать снимки уже в 8 лет) и размещенные нынче в четырех больших залах галереи.
Здесь же — картины из личного собрания Соловьева «Русская усадебная живопись ХIХ века», купленные им в небольших городах во время киноэкспедиций, костюмы Анны Карениной, специально пошитые для поставленного им фильма, скульптурное изображение Анны и Алексея Карениных в облике Татьяны Друбич и Олега Янковского в интерпретации скульптора Алексея Благовестнова и даже... посмертная маска Пушкина. Словом, получилась чрезвычайно пестрая и при этом, как ни странно, очень цельная экспозиция.
«Что, казалось бы, общего между картинами неизвестных русских художников, между изображенными на них лицами людей из прошлых эпох, между, наконец, Пушкиным и этими фотографиями, на которых запечатлены, скажем, студенты моей вгиковской мастерской? — спрашивает Сергей Александрович. — А общее то, что здесь для меня нет ни одного чужого, постороннего лица. Для меня это все одна семья. Это все один мир. А по большому счету мы все — одна семья, у нас одна история, одна страна, одна судьба».
.jpg)
Фото из открытых источников
При этом выставка Сергея Соловьева напрочь лишена какого-либо державного пафоса. По его собственному признанию, ему никогда не хотелось сфотографировать что-либо общественно значимое. Допустим, великого актера Михаила Ульянова, читающего передовицу газеты «Правда». Своих друзей и соратников, будь то операторы Павел Лебешев, Юрий Клименко, Вадим Юсов, музыканты Юрий Башмет, Сергей Шнуров, кинорежиссеры Павел Лунгин, Андрей Смирнов, актеры Пьер Ришар, Даниэль Ольбрыхский, Леонид Филатов, Олег Янковский, Сергей Шакуров, Александр Абдулов, сценарист Ираклий Квирикадзе, фотохудожник Валерий Плотников, — всех их Соловьев снимает в будничных обстоятельствах и неожиданных ракурсах: кого-то — за обеденным столом, кого-то — беспробудно спящим в неудобном узком кресле, кого-то — с забинтованной головой: Оттого эти снимки и эти люди навсегда врезаются в память.
Общепризнанные красоты Эйфелевой башни, или римского Колизея, или московской Красной площади Сергея Соловьева тоже не привлекают. Это тысячу раз сфотографировано другими людьми. Зато он с удовольствием снимает в Париже и Киото, Онфлере и Москве, Нью-Йорке и Боготе городские задворки, окраинные улицы, тупики, обшарпанные стены домов, одинокие уличные фонари. Даже Канны — столица кинематографического гламура — лишены у Соловьева ослепительного фестивального блеска. Но в этом городе, освещенном желтоватым светом заходящего солнца, хочется жить, по его улицам тянет неспешно бродить.
Особая глава фотовыставки — несостоявшиеся кинематографические проекты Сергея Соловьева. Несколько раз, например, он запускался с фильмом «Метафизика любви» — о платонической любви Ивана Тургенева и Полины Виардо. Один раз даже умудрились снять 10 минут экранного времени. Но из-за отсутствия финансирования проект пришлось законсервировать, а потом и вовсе свернуть. Но остались фотографии: Олег Янковский c седой бородой, удивительно похожий на прижизненные портреты автора «Отцов и детей», и трепетно стоящая рядом с ним ангельской красоты Татьяна Друбич с волосами, чуть тронутыми сединой. Как жаль, что этот фильм, неуловимый образ которого отпечатался на фотографии, мы уже никогда не увидим!
.jpg)
Фото из открытых источников
Как, скорее всего, не увидим и законсервированный российско-французский проект «Елизавета и Клодиль», который Сергей Соловьев должен был снимать в Санкт-Петербурге и Нормандии. В тех самых облюбованных им предместьях Парижа он нашел одну из своих героинь — никому не известную юную диковатую красавицу Адель Экзаркопулос — провел с ней фото и кинопробы, утвердил на роль. Были подобраны другие актеры, пошиты костюмы... Увы, фильм Соловьева до сих пор не состоялся, таинственная комиссия при Минкульте отказала проекту в финансовой поддержке, а найденная режиссером актриса в скором времени стала украшением фильма «Жизнь Адель» Абделатифа Кешиша, увенчанного «Золотой пальмовой ветвью» Каннского кинофестиваля. Вот такие занятные зигзаги делает порой жизнь...
Всего на выставке маэстро представлено порядка 500 фотографий из нескольких тысяч, которые хранятся у Соловьева на жестких дисках его компьютера. Портреты, пейзажи, натюрморты, ню, пробы к фильмам, фотографии родных людей — бывшей жены и неизменной соловьевской музы Татьяны Друбич, снимки дочери Ани, сына Мити... В этой пестрой череде мгновенных отпечатков по-своему отразились судьба, биография, жизнь мастера.
«Когда я монтировал выставку, — рассказывает Сергей Александрович, — я часто вспоминал фильм «Зеркало» Андрея Тарковского. Может быть, это самый главный фильм ХХ века. Но при этом он рассказывает о частной жизни частных людей — о матери Андрея Тарковского, о нем самом, о его переживаниях. Разумеется, не сравнивая себя с Тарковским, я хочу, чтобы эта выставка, которая продлится до конца ноября, стала моим личным фотографическим зеркалом».
