Два великих испанских тенора, Пласидо Доминго и Хосе Каррерас, редко гастролируют вместе. Нынешний их совместный приезд в Россию после десятилетней паузы вызвал бурный интерес. Впрочем, концерт, который ожидался едва ли не как историческое событие, выглядел скорее похожим на корпоративную вечеринку под Рождество, пусть и очень дорогую.
Естественно, каждый шаг суперзвезд, проведших в Москве два с половиной дня, отслеживался с особым вниманием. Вот они прибыли на разных самолетах. Вот поселились в номерах на разных этажах отеля. Передвигаются по столице порознь и просят отдельные гримерки...
В одном помещении дон Хосе с доном Пласидо находились только в момент репетиций или на официальных мероприятиях. Сначала они поучаствовали в благотворительной акции — побывали в детской больнице, а потом пообщались с ребятней одного из приходских хоров. На следующий день, когда заморских гостей ждали на открытии нового терминала одного из столичных аэропортов, они спокойно репетировали программу предстоящего концерта, выбрав для этого занятия «Геликон-оперу» — театр, который Пласидо Доминго хорошо знает и очень ему симпатизирует.
После чего гранды мировой оперы отправились на аудиенцию к президенту России Владимиру Путину. Финальным же пунктом гастрольной программы стал концерт в храме Христа Спасителя в Зале церковных соборов. Событие хоть и посвящено Рождеству, но все же светское, по сему случаю Святую Троицу, запечатленную в мраморе, закрыли занавеской, на которую проецировались слайды то елочек, то снежинок. Заморские гости под аккомпанемент Российского национального оркестра, за пульт которого встал племянник Каррераса Давид Хименес, в основном пели незамысловатые рождественские песни католической Европы, не предполагающие вокального титанизма. И умудрились не исполнить ни одной оперной арии. «Эскортировали» теноров две привлекательные молодые особы: немка Микаэла Оэсте, воспитанница образовательной программы Доминго в Вашингтонской опере, и россиянка Надежда Карязина — выпускница Молодежной программы Большого театра, завоевавшая «бронзу» этим летом на знаменитом конкурсе Доминго Operalia в Китае.
Откровенно самодеятельные ведущие — эффектная дама и подросток, — запинаясь почти на каждой фразе, твердили о том, что данный концерт — уникальное событие. Чем, надо заметить, явно смущали заморских гостей, для которых подобная работа — нормальная предрождественская практика. И в ответ очень устало выглядевшие сеньоры лишь учтиво, с оттенком обреченности улыбались. Улыбались они и в те моменты, когда откровенно путались, кто что и когда должен петь, или когда, вовсе заплутав в нотах, не успевали вовремя влиться в ансамбль. Зрелище напоминало легкое домашнее музицирование. Что в принципе недалеко от истины, ведь концерт и был вечеринкой по случаю открытия того самого терминала, где ждали певцов накануне.
Голоса некогда безупречных Хосе Каррераса и Пласидо Доминго звучали неровно и очень устало, что бесстрастно подчеркивала грубая микрофонная «подзвучка». Но певцы щедро расточали свое обаяние, в котором читалось что-то ностальгическое. Быть может, по прошлым истинным оперным триумфам, после которых, как вспомнил в беседе с «Трудом» Пласидо Доминго, восторженная русская публика дарила ему «кто шоколадку, кто цветы или такую маленькую babushka, у которой внутри тоже деревянные фигурки»... Под финал нынешнего вечера, чтобы потрафить залу, гости даже попробовали спеть «В лесу родилась елочка». Но, конфузясь, ретировались перед сложностью произношения русского текста...
Хосе Каррерас слегка высокопарно, но честно признался «Труду»: «Я с большим удовольствием пел бы много прекрасной русской музыки, если бы только мог хоть чуть-чуть выучить русский язык. Обожаю музыку Чайковского! Но на его родном языке способен произнести только «Spasibo! Ya vas lublu».
