Одна из главных проблем, стоящих сейчас перед столичными властями, — миграционная. Каждый день в столицу в поисках заработка приезжают сотни, а то и тысячи людей из ближнего зарубежья, различных городов России.
И, конечно, требуется постоянный контроль за постоянно меняющейся ситуацией, за соблюдением приезжими действующего миграционного законодательства и их адаптацией в новых условиях.
Об этом в интервью нашей газете — начальник Управления федеральной миграционной службы (УФМС) по Москве, полковник внутренней службы Ольга Кириллова.
— Ольга Евгеньевна, как вы оцениваете нынешнюю миграционную обстановку в Москве?
— Она достаточно сложная. Анализируя ситуацию, могу сказать, что, несмотря на то что сделано и делается многое, проблем не становится меньше. Скорее, напротив — они все усложняются. На данный момент в Москве находятся на постоянной основе примерно 800 тысяч легальных мигрантов. Что касается нелегалов, то их точное число назвать трудно, хотя мы делаем все возможное для их выявления.
Существует определенный рост числа привлеченных за нарушение миграционного законодательства (режима пребывания, незаконного осуществления трудовой деятельности и т. д.). Например, в 2011 году таких выявленных нарушителей было около 126 тысяч, а в 2012 году — более 140 тысяч. Как вы понимаете, показатели эти достаточно тревожные. В Москве уже действует Центр временного содержания нарушителей миграционного режима, рассчитанный на 400 мест. Он создан на севере столицы и в настоящее время находится в ведении УВД Москвы, но с 1 января 2014 года переходит под нашу «опеку». Однако одного центра недостаточно, и мы предложили создать на юге города либо в Подмосковье еще один — на 800 мест. Там будут временно содержаться и те, в отношении которых решение о выдворении из страны было принято судом, и те, кто подлежит депортации по решению нашей службы, то есть Управления ФМС по Москве.
— Вы предложили создать специальное подразделение — так называемые миграционные патрули — как новый вид взаимодействия правительства Москвы, УФМС и общественности столицы на основе городских народных дружин. И эти патрули уже действуют. Как они комплектуются и какова эффективность их работы?
— В их состав входят, как правило, студенты, пенсионеры (в основном из числа бывших работников правоохранительных органов), иногда водители транспорта. Они проходят специальный инструктаж и вместе с нашими сотрудниками проводят рейды по выявлению нелегальных мигрантов на вокзалах, рынках, стройках, в жилищном секторе. Пока дружинников, одетых в бордовые жилеты с надписью «Миграционный патруль», не так много — 300 человек, но, думаем, их число надо значительно увеличить, потому что Москва — очень большой город, и нарушителей миграционного режима в нем тоже много. Правда, задерживать мигрантов может лишь инспектор УФМС, а члены патруля только помогают ему.
Кроме того, у дружинников есть и свое-образная просветительская миссия. Они раздают мигрантам специальные памятки, листовки с инструкциями и списком документов, необходимых для легализации, отвечают на вопросы. Дружинникам легче установить чисто человеческий контакт с нелегалами, которые понимают, что перед ними не полиция, и охотнее вступают в разговор.
— Сейчас существуют квоты на выдачу разрешений на работу иностранным гражданам, и если да, то какие они?
— Ну конечно, существуют. Все московские предприятия и организации могут принять на работу не более 200 тысяч легальных мигрантов. Для этого в службу занятости должны быть поданы соответствующие заявки с указанием имеющейся потребности в работниках.
Как это работает дальше? Предположим, какому-то работодателю выделили 50 рабочих мест для 50 иностранцев. Он заключает с ними предварительный договор и приносит нам документы для оформления разрешения на работу. И мы, таким образом, знаем, где работают и чем занимаются эти люди.
Но это в идеале. На сегодняшний день на практике не все так гладко, потому что, получив разрешение на работу в одной организации, многие иностранные граждане трудоустраиваются на совершенно другие предприятия, которые не получали квоты. По существу это бизнес компаний, которые специально занимаются оформлением разрешений на работу и потом торгуют ими. Выявив такие нарушения, мы заносим эти фирмы в список недобросовестных работодателей, в следующем году они уже не получат разрешение на работу для своих сотрудников.
— А если приезжий хочет устроиться на работу не у юридического, а у физического лица?
— Да, есть такая категория желающих поработать у кого-то сиделкой, репетитором, уборщицей, ремонтником и т. д. В таком случае они должны получить патент. Патент выдается вначале на 3 месяца, потом продлевается каждый месяц, но на общий срок не более одного года.
— Западные страны намного раньше нас столкнулись с проблемой мигрантов. А вы используете зарубежный опыт в своей работе?
— Конечно, там эта проблема существует уже многие десятки лет. И в таких странах, как США, Франция, Англия, накоплен большой опыт. У нас же эта проблема появилась сравнительно недавно, только после распада СССР и образования на его бывшей территории 15 независимых государств. Так что мы пока во многом идем методом собственных проб и ошибок.
Хотя, конечно, ФМС России контактирует с миграционными органами разных государств, изучает их практику и использует ее в своей работе. В принципе, я считаю, что мы работаем не хуже своих американских и европейских коллег. Но, конечно, нужен опыт, которого здесь порой недостает.
— А еще за рубежом есть практика компактного заселения национальных диаспор...
— Я категорически против того, чтобы в Москве или каком-либо ином российском городе существовали кварталы или целые районы, заселенные по национальному признаку. Такие, например, как мексиканский квартал в Нью-Йорке, арабские кварталы в Париже и т. д. Нам такого национального расселения точно не нужно. В Москве живут люди многих национальностей, сюда приезжают мигранты из Средней Азии, Закавказья, других регионов бывшего СССР. Все они должны знать русский язык, уважать наши законы, и тогда они органично вольются в нашу среду. Это пойдет на пользу и им, и самим москвичам.
А диаспоры... Надо, чтобы они помогали государству решать проблемы своих попавших в трудную ситуацию соотечественников. Таких, поверьте, очень много.
