То, что Егор Дружинин хорош в разных жанрах, стало понятно еще во времена его детства, когда он сыграл в популярнейшем детском фильме «Приключения Петрова и Васечкина, обыкновенные и невероятные». Там мальчик изображал, пел и танцевал — и все у него получалось. И хотя в дальнейшем, признается Егор, романа с кино у него не вышло, в толпе он не затерялся. Сейчас Дружинин — хореограф, актер, режиссер. А на телевидении чаще появляется в роли судьи в проектах, подобных «Танцам со звездами», что идут сейчас на «России 1». Яркое, динамичное шоу продолжается даже во время самоизоляции, вызывая ожесточенные споры среди телезрителей. А как он сам относится к тому, о чем должен судить строго, но справедливо, выставляя оценки участникам?
— Егор, в прессе и интернете нет единого мнения насчет того, так ли своевременно было выпускать «Танцы со звездами» сейчас, в наступившую эпоху всеобщей самоизоляции. Очень многим теперь не до танцев...
— А по-моему, именно такие шоу сейчас очень нужны. Не знаю, как вам, а в нашем доме, когда телевизор работает фоном, транслируя информационные каналы, сгущаются тучи. Очень скоро и мне, и моей семье кажется, что все мы больны и коронавирусом, и вообще всем, чем только возможно. Людям впечатлительным, подозрительным, легко поддающимся хандре и панике, телевизор лучше вообще не смотреть. А если уж включать его, то только когда идут передачи, повышающие настроение, несущие положительные эмоции, укрепляющие веру в хорошее. «Танцы со звездами», без сомнения, как раз из таких.
— Наверное, в нынешней напряженной обстановке выдать на-гора положительные эмоции тяжелее, чем в прежние, обычные времена. А какие еще проблемы вы видите в этой работе?
— Да никаких, кроме сугубо профессиональных. Надеть маску и перчатки, раз в неделю сделать тест на коронавирус не так сложно. Труднее направить участника, дать ему точный совет, похвалить или пожурить, с тем чтобы в следующем выпуске его выступление стало лучше. Надо иметь специальное зрение и быть убедительным — часто тебя просто не слышат, не воспринимают.
Отчасти это понятно: когда столько сил затрачено на лепку образа, на подготовку номера, человеку трудно менять что-то в своих уже сложившихся представлениях о прекрасном. Сам по себе многочасовой тяжкий труд — это рутина танцовщика, которая, увы, совсем не гарантирует успеха. Это всего лишь первый шаг к нему. А дальше — извилистая дорога.
— Оценка — дело ответственное. Бывало, что вы потом ругали себя за ошибочное решение, испытывали муки совести?
— Нет, такого не случалось. У меня хорошая интуиция и память и вдобавок — обостренное чувство справедливости. Я помню, какие оценки ставил на предыдущем эфире, и стараюсь сбалансировать общую сумму, чтобы у участников не было серьезных разрывов. Интуиция подсказывает мне, вдохновит ли звезду на новые подвиги оценка повыше или пониже. Ну а чувство справедливости помогает избежать угрызений совести.
— Можете рассказать о своих любимчиках — участниках прошлых сезонов «Танцев со звездами»? Что именно вас в них восхищало?
— Вы все-таки стараетесь уличить меня в пристрастности. Не получится, любимчиков у меня не было и нет! Хотя, не скрою, энтузиазм, упорство и талант некоторых участников меня восхищают, но что-то более конкретное на сей счет я вам не скажу — хочу до конца оставаться в рамках корректности.
— На самоизоляции многие россияне оказались запертыми в тесных квартирах. Некоторые с удовольствием использовали бы образовавшееся свободное время, чтобы позаниматься танцами, но не очень верят, что им можно научиться по роликам в интернете. Что вы им посоветуете?
— Для того, кто сильно чего-то желает, нет ничего невозможного. Как думаете, с чего мы все начинали? С подражания нашим кумирам. У меня это были Майкл и Джанет Джексон, Фред Астер, Джин Келли, Боб Фосс: Я копировал их манеру движения, уловленную камерой и пленкой. Так что и вы смелее включайте видеоролики и занимайтесь. А результаты обязательно появятся — не сомневайтесь!
— Младшая дочь Мстислава Ростроповича Елена рассказывала, что в детстве хотела попробовать себя в балете, но родители были непреклонны: никаких танцев — только музыка. А у вас в семье наоборот: вы и ваш отец — хореографы, дядя по материнской линии у них — Николай Цискаридзе, а дети играют на музыкальных инструментах.
— Сыновьям и дочери никто танцевать не запрещал. Просто, как мне кажется, музыкальное образование — неотъемлемая часть воспитания. Старший сын, Тихон, окончив музыкальную школу по классу гитары, с тех пор ни разу не взял ее в руки. Жалеть ли о семи годах, посвященных им учебе? Ни в коем случае. Это дало ему много в плане культуры, координации движений, любви к музыке в целом. Сейчас он не снимает наушники, даже когда делает уроки.
— В детстве мне нравился ваш Васечкин, он чем-то напоминал мне начинающего Остапа Бендера. Расскажите о ваших взаимоотношениях с кинематографом после столь звонкого дебюта.
— В целом они не сложились. Были еще приглашения на съемки, но все что-то откладывалось, переносилось. Но все, что ни делается, к лучшему. Неизвестно, как бы сложилась моя судьба, если бы я продолжил сниматься. Возможно, со мной произошло бы то же самое, что и со многими детьми-актерами, слишком рано ставшими знаменитыми. Чтобы вновь прийти в кинематограф уже в качестве режиссера, мне пришлось пройти долгий, самостоятельный путь. Верю, что моя настоящая работа в кинематографе еще впереди.
— На ваш взгляд, достаточно ли современная кинематография использует возможности танца?
— Совершенно недостаточно, но этому есть причина: смотреть фильмы про танцовщиков обычному зрителю не всегда интересно. Слишком уж этот мир специфичен и закрыт от посторонних. А если кто и делает подобные картины, они напоминают спортивные ленты, скроенные под одну гребенку: «Было трудно, но мы победили». Мюзиклы сейчас тоже не в тренде — жанр не вписывается в сегодняшний день, а новую форму ему пока никто не изобрел. Хотя, на мой взгляд, зрителю могли бы прийтись по душе фильмы-балеты или, как я их называю, «фильмы без слов». Пластические спектакли в этом жанре пользуются популярностью. Например, моя постановка «Всюду жизнь!» скоро отпразднует десятилетний юбилей.
— Вы, ко всему, хорошо поете. Не жалеете, что этот ваш талант не так востребован, как хореографический, хотя вы и получили «Золотую маску» за роль Лео Блума в мюзикле «Продюсеры»?
— Жалею. Мог бы и петь, и танцевать, и играть в театре, в кино, на телевидении. Видимо, пора самому придумать проект, в котором я смог бы выступить не только как постановщик, но и как исполнитель. Последняя моя роль — отец в экспериментальном балете «Элен и Эльза», который мы создали вместе с участниками моей команды из разных сезонов «Танцев на ТНТ». Идей у меня много. Одна из них — ремейк музыкального фильма Георгия Юнгвальда-Хилькевича с музыкой Юрия Чернавского «Выше радуги». Отличный мюзикл бы получился.
— А кого вам хотелось бы сыграть?
— Одного из трех клоунов, которые делят друг с другом комнату в Доме ветеранов сцены. Я задумал этот спектакль вместе с моим другом Семеном Шустером, больше известным как клоун Хуш-Ма-Хуш. Третьим в нашей компании мечтаю видеть Витю Добронравова. Мне кажется, у него врожденный клоунский дар. И сам тоже хочу попробовать себя в этом жанре. Кстати, моя последняя режиссерская премьера — клоунский спектакль «ЖиЧ» («Желтый и Черный») для взрослых и малышей. Но сам я в этом амплуа на сцену почти не выходил.
— «Приключения Петрова» — прекрасная музыкальная комедия для детей, каких сейчас, к сожалению, не делают. Не хочется самому взяться за детский кинопроект?
— Если бы я чувствовал, что такая история нужна еще кому-то, кроме вас и меня, взялся бы с радостью. Но у продюсеров на этот счет почему-то нет задора, хотя, например, современные отечественные мультфильмы пользуются огромным спросом именно у детей и собирают хорошие суммы в кинопрокате. Но самое странное, что не проявляют в этом отношении инициативы те учреждения культуры, которые, казалось бы, должны быть заинтересованы в подобного рода проектах больше всех.
— Какие передачи или фильмы вы сами любите смотреть по телевизору?
— Будете смеяться, но на телевизор реально нет времени. Карантин для меня — горячая пора! Надо так много успеть из того, что все время откладывалось. Сценарии, сказки, дети, дача... К примеру, прямо сейчас надо выходить в прямой эфир «Инстаграма», где каждый вечер в 22.00 я читаю своим детям сказки на ночь (канал так и называется — #сказкинаночь), а все остальные подслушивают — если, конечно, есть желание. Присоединяйтесь и вы.
