Детище хрущевской оттепели, легендарный «Голубой огонек» с декабря 1962 года был в СССР главным украшением новогоднего праздника. Да и сейчас многие из нас, выходцев из прошлого века, с удовольствием пересматривают те, старые, выпуски. Особенно из 1960-х годов, которые считаются «золотым веком» программы-долгожителя. Возможность полюбоваться любимыми артистами, окунуться вместе с ними в душевную, праздничную атмосферу очаровывала зрителей, не подозревавших, как тщательно готовилось это веселье. Случались и неожиданности...
.jpg)
Фото из открытых источников
На фото новогодний «Голубой огонек», который вышел в эфир 31 декабря 1962 года. Студия, где все происходит, зрителям уже хорошо знакома: стартовала-то программа еще 6 апреля и выходила по субботам под именем «Телевизионное кафе «На огонек». Названию соответствовал и формат, невиданный для тогдашнего Центрального телевидения. Никаких тебе «говорящих голов», дикторы превратились в ведущих, ходят по залу, шутят, представляют гостей, те тоже за словом в карман не лезут, порой даже фокусничают или жонглируют. Гости могут без бумажки что-то сказать, даже знатные труженики. На столиках фрукты, пирожные, чай — все настоящее, не бутафорское, как и эмоции.
Это чудо явилось на экраны по постановлению ЦК КПСС «О дальнейшем развитии советского телевидения» от 1960 года. Партийное руководство вдруг заметило, что «в выступлениях по телевидению нет задушевного разговора, непринужденной беседы». И распорядилось задушевный диалог организовать. Тогда-то на Шаболовке и родилась идея телекафе.
Поначалу программа шла каждую неделю. Зрители вовсю обсуждали новые песни, наряды артисток, кто, как и на кого посмотрел — светская хроника поинтереснее нынешних соцсетей! Много вопросов вызывало внезапное исчезновение любимого ведущего: оттепель оттепелью, но за стремительно набиравшей популярность программой внимательно присматривали.
.jpg)
Фото из открытых источников
ЧП случилось с известной певицей Эльмирой Уразбаевой (фото вверху) — она вместе с актером Михаилом Ножкиным вела первые выпуски «Огонька» в прямом эфире. Исполняя песню, Эльмира с улыбкой подходила к гостям за столиками. И тут один протянул ей бокал с шампанским и потянулся чокнуться. Певица, растерявшись от неожиданности, чокнулась, отпила глоток и... закашлялась. А песня продолжала звучать: Уразбаева в тот раз пела под фонограмму! Разразился скандал. Больше на новогодних «Голубых огоньках» ее не было, хотя сценическая карьера продолжилась...
С Эдуардом Хилем обошлись жестче. В 1964-м на «Голубом огоньке» в честь 30-летия Юрия Гагарина (первый космонавт, а потом и его звездные собратья были постоянными гостями программы) юбиляр попросил Хиля исполнить шутливую песенку «Как хорошо быть генералом». Она всем понравилась, кроме приглашенного на эфир военного начальства, которое юмор не оценило и пожаловалось в «инстанции». Хиля запретили на ТВ, перед ним закрылись все двери. Артист перебивался временными заработками. Неизвестно, чем бы все закончилось, если б случайно о том не узнал Гагарин. Немедля отправился к министру обороны маршалу Малиновскому. После душевного разговора Хиля вернули «в телевизор» и сделали постоянным гостем «Голубого огонька».
А вот и забавная история, произошедшая с Иосифом Кобзоном. Летом 1962-го он оканчивал Гнесинку и вечерами работал в цирке на Цветном, где шла программа «Карнавал на Кубе». Кобзон там в эпилоге пел только что написанную Александрой Пахмутовой песню «Куба — любовь моя». И тут вдруг певца приглашают на субботний «Огонек». Кобзон решил предстать на «Огоньке» в образе барбудос — с бородкой и с автоматом. Студия рукоплескала. А теленачальство назвало наряд Кобзона клоунским (что отчасти было правдой) и велело больше в нем не появляться. Так что в первом новогоднем «Голубом огоньке» песню, уже ставшую хитом, «барбудос» исполнил при галстуке.
В 1970-м руководить Гостелерадио поставили Сергея Лапина, который немедленно взялся закручивать гайки. Директива «о подобающем внешнем виде», имевшая хождение на Шаболовке и в «Останкино», дополнилась еще несколькими пунктами. Мужчинам запрещалось появляться на экране в кожаных пиджаках, в джинсах, без галстука, с бородой и усами, а женщинам — в платье на шнуровке, в брюках, с декольте и... в бриллиантах! Особой обструкции подверглись обтягивающие брюки. Валерий Леонтьев смог появиться в «Голубом огоньке», только когда сменил свои трико на строгий костюм.
Конечно, были и те, кто пытался вырваться из рамок дозволенного. Один из них — Лев Лещенко. В 1973 году его наконец-то пригласили на съемки новогоднего «Голубого огонька» (программа шла уже только в записи). И певец, внимательно следивший за выступлениями западных коллег, решил завершить песню «Ни минуты покоя» Вячеслава Добрынина эффектным прыжком. Сейчас это вполне привычно, а тогда так делали только рок-музыканты (а рок в СССР, мягко говоря, не приветствовался). Позже артисту рассказали, что Лапин, отсматривая снятый материал, даже удивился: «Лев-то как прыгнул!» И на вопрос, вырезать ли песню, пошутил: «Песню вырезайте, а прыжок оставьте!» Оставили все:
В 1970-е в «Голубом огоньке» ничего нового уже не придумывали — просто перекладывали что-то с Запада на его формат. В 1977 году в программе впервые появилась Алла Пугачева, и несколько лет зрители с восторгом наблюдали за ее творческим соперничеством с Софией Ротару. Апофеоз наступил в 1981-м, когда Пугачева взорвала эфир «Огонька» песней Раймонда Паулса «Маэстро». В ответ через год София Ротару, полностью сменившая образ, вышла с песней «Ты помнишь, как все начиналось» (практически рок!), причем в сопровождении запрещенной до этого на ТВ и на радио группы «Машина времени» . В выигрыше, как это всегда бывало на «Голубом огоньке», и на этот раз оказались зрители...
.jpg)
Фото из открытых источников
Ну и, пожалуй, последнее запомнившееся достижение того «Огонька»: в декабре 1981 года клоун Вячеслав Полунин выступил с одним из своих лучших номеров — «Асисяй» (фото выше). Задание было — придумать образ не хуже, чем у Чарли Чаплина. Если судить по тому, что на следующее утро и еще много дней подряд автора бесплатно кормили в ресторанах и возили в такси, получилось лучше. Вот она, волшебная сила искусства!
