Труд: Дело - в шляпе

Фото: Государственный литературный музей

Эта выставка подтверждает истину, которую классик внушал еще почти два столетия назад: действительно, быть можно дельным человеком и думать о красе ногтей. Что носили авторы великих романов и поэм, из чего пили чай, в какие трубки набивали табак? Обо всем этом можно узнать на выставке «От Толстого до Толстого. Писатель, мода и стиль», открывшейся в Государственном литературном музее имени В.И. Даля.

Встречает гостей в бывшем Доходном доме Любощинских-Вернадских на Зубовском бульваре сам Лев Николаевич Толстой. С портрета кисти Ильи Репина смотрит старец со строгим, проницательным взглядом. Рядом, под стеклом — просторная льняная рубаха писателя, широкие холщовые штаны. Так автор «Войны и мира» одевался под старость, когда больше думал о душе, чем о моде. Однако в молодые годы красавец граф бороды не носил, зато весьма уважал элегантные костюмы. Фото юного Льва Николаевича разместились рядом с его личными вещами.

От «главного» Толстого — к его собратьям по перу: какие цвета предпочитал Достоевский, чем удивлял окружающих стиль Тургенева, когда именно атрибутами Антона Чехова стали пенсне, галстук-бабочка и трость? Перед посетителями распахиваются гардеробы знаковых авторов конца XIX — первой половины ХХ века.

Кстати, одежда отражала не только индивидуальный стиль писателя, но и борьбу идей — творческих и политических. Вспомним, как саркастично воспринял апологет желтой кофты Владимир Маяковский рязанского самородка Сергея Есенина при первой встрече, высмеяв его «босяцкий вид». Позднее, когда сам Маяковский вышел за границы футуризма, а Есенин перерос имажинизм, каждый признал гений другого и его право на собственный стиль во всем. Кстати, «шкафчик» элегантного Маяковского и стенд, посвященный Есенину, на выставке соседствуют.

Зинаида Гиппиус, как известно, одевалась нарочито эксцентрично, а Андрей Белый — подчеркнуто элегантно. Зато великая Марина Цветаева, хоть и была царицей в собственных мирах страстей и слов, любила простые ситцевые платья с широкими «крестьянскими» юбками. Одно из них — с тонкой талией, изящным воротником и маленькими пуговицами — до сих пор сохранилось в отличном качестве.

Вообще русские авторы к одежде относились уважительно. «Советский граф» Алексей Толстой заказывал костюмы у парижского портного, а нобелевский лауреат Иван Бунин советовал менее удачливым коллегам критично рассмотреть свой гардероб. Ведь явиться к издателю неопрятно и скучно одетым почти гарантировало отказ. Важны были и накрахмаленные манжеты, и портсигары, и курительные трубки. Последние могли даже иметь форму оленьих рогов или женских ног. Вообще тема курения, сегодня все более выходящего из моды, тогда была крайне актуальна и нашла на выставке отражение в рубрике «Диалог в дыму».

«Курительные принадлежности литераторов сохранились порою гораздо лучше письменных, — уверяет куратор проекта Эрнест Орлов. — Перед глазами прямо-таки явился образ этих комнат, наполненных воображаемым дымом...»

Идейным вдохновителем выставки стала генеральный директор Музея-усадьбы «Ясная Поляна» Екатерина Толстая. Всего в проекте участвуют 17 музеев. Около трети экспонатов принадлежат богатейшему собранию Государственного музея истории российской литературы имени В.И. Даля, остальные предметы — а всего их 350 — пришли из коллекций, отделенных друг от друга сотнями километров.

P.S. Выставка «От Толстого до Толстого. Писатель, мода и стиль» продлится до середины декабря. Все это время в Доходном доме Любощинских-Вернадских будут регулярно проходить кураторские показы, лекции и круглые столы с участием историков литературы и моды.