— Сергей, вам уже не в первый раз досталась роль предателя.
— Я попытался показать, что у человека, совершившего пло-хой поступок, есть два пути — он или идет дальше, продолжая подлое дело, или останавливается, сам себе говоря, что так больше жить нельзя. Мой герой пошел по второму пути.
— Как вам работалось с Дмитрием Нагиевым — главным врагом в этой картине?
— С Димой мы прекрасно сработались. Он замечательный партнер и хороший человек с отличным чувством юмора. Дима никоим образом не ассоциируется у меня с его скандальным образом телеведущего. Я надеюсь, что мы с ним еще увидимся — и в жизни, и на площадке.
— Знаете, на мой вопрос о том, сложно ли было его герою вычислить предателя, Нагиев посмеялся: «Не сложно. У Сергея Астахова лицо предателя». Чем вы ему ответите?
— Ну… Если у меня лицо предателя, то у Димы лицо друга предателя. Я временами чувст-вую себя предателем по отношению к семье. Как нормальный отец переживаю, что очень мало времени могу уделять своему ребенку. Я очень хочу видеть, как растет моя красавица. Я решил, что, пока лето, буду брать Машуню на съемки, чтобы хоть как-то восполнить дефицит общения. Сейчас ей 11, и она уже снимается в кино. Но я решил, что она пойдет учиться на юридический факультет, будет со знанием английского языка. Как исполнится лет 13, начнет изучать гражданское право. Я решил начать с младых ногтей, чтобы не откладывать до института.
— Получается, вы сами за нее все решили. А сама-то Маша этого хочет?
— Я ничего не решал, а просто пытался отвлечь ее от актер-ства. По опыту знаю, что 99% нашего населения оказываются не в том месте и не тогда, когда нужно.
— Это и к вам относится?
— В первую очередь! Если бы у меня в свое время нашелся учитель, который бы мне подсказал путь, возможно, более интересный для моего внутреннего мира и моей личности, я бы, наверное, не выбрал актерскую профессию. Потому что в 40 лет лицедействовать и с умным видом что-то играть порой мне самому кажется странным. Может быть, я и заблуждаюсь, но мне кажется, что не совсем это мужская профессия. Наверное, это прозвучит высокопарно, но я иногда думаю: как сейчас в Северном Ледовитом океане, в жуткий мороз, люди на ледоколе прорубают льды, чтобы до-браться до метеостанций, привезти другим людям продукты?.. Это гораздо мужественнее и благороднее.
— Но я не думаю, что вы бы поменялись местами с этими полярниками.
— Я не знаю, правда. Как говорится, богам всегда дороже свой покой. И человеку своя рубашка всегда ближе к телу. Я не настолько тщеславен, чтобы появляться каждый вечер под пристальным вниманием фотографов в разных заведениях, чтобы тешить себя мыслью, что кто-то меня там узнает. Мне гораздо спокойнее и комфортнее, когда мен-я не узнают. Я люблю свою работу, но точно знаю: актер-ская профессия — это далеко не вся жизнь.
Потому что иногда в нашей жизни происходят такие моменты, когда меньше всего нужна актер-ская профессия, но необходимы обычные человеческие отношения и чувства. Казалось бы, такие простые, но в то же время очень сложные вещи. Я не настолько себя люблю, чтобы бегать от камеры к камере и потом любоваться на свое изображение. Любой актер, который со мной снимался, подтвердит, что меньше всего я уделяю внимания своему лицу. Последние три-четыре года я практически не гримируюсь.
