Наверняка многие из нас оказывались в отеле в канун Нового года. Это странное ощущение: хочется перемен, новизны, полета в неизвестную даль. В то же время праздник-то семейный, домашний… Режиссеру спектакля «Минетти» по пьесе Томаса Бернхарда Римасу Туминасу, как многим людям искусства, это чувство странника хорошо знакомо. Да и последние десять лет жизни знаменитого литовца в Москве – как в гостинице. Если точнее – в скромной квартире при театре имени Вахтангова, которым он руководит. А еще точнее, живет он в театре, где находится с рассвета до заката, а в квартире только ночует.
Самоотдача Туминаса дает хороший результат – театр набирает мировые обороты. Художественный руководитель – победитель, без провальных спектаклей и скандалов. Но Римасу Туминасу хорошо известна и другая сторона театральной жизни – горькая, беспросветная, пропащая. Как у главного героя спектакля – актера Минетти (Владимир Симонов).
По тому, как Туминас объясняет Владимиру Симонову, кто есть его герой, понимаешь (наш корреспондент присутствовала на репетиции спектакля), что он уже тысячи раз представил себя на его месте. Представил, и как бывшая легенда сцены сажает в огороде овощи, и как безудержный реформатор на пике актерской славы сбрасывает с корабля современного театра всю мировую классику, кроме трагедии «Король Лир». Да и королем Лиром он себя тоже представил. Почему бы нет? Каждый умный человек, наделенный властью и окруженный наследниками, в определенном возрасте задает себе вопрос: кому все оставить? Между прочим, Римас Туминас знает, кому все оставить – театру Вахтангова, который он взял под свое правление, чтобы возродить и укрепить. Но Римас Владимирович королем себя здесь не считает – ибо король в театре один: его величество Актер. Как Римас Владимирович любит артистов – об этом знает вся Европа. Он любит артистов, невзирая на их характер, возраст, степень преданности ему и даже в некотором роде на талант. Он любит их выбор пути и их верность этому выбору.
Римас Туминас. Фото предоставлено пресс-службой театра
А вот Минетти, примчавшийся в этот отель ради роли Короля Лира, ни о какой преемственности не думает. Он – эгоист, убежденный в своей правоте и в том, что он один в мире достоин роли Короля и что вот-вот он ее получит. Прямо здесь и сейчас. Впрочем, все действующие лица будущего спектакля убеждены в том, что они станут обладателями того, на что направлены их мысли и действия. Девушка в белом не сомневается, что дождется своего кавалера. Франт, курящий трубку, не допускает и мысли, что эта девушка не пойдет в ним в номер. Сомневается только большой кожаный чемодан, набитый текстами Шекспира, который стоит посреди сцены в неведении, что с ним будет дальше. На чемодан Минетти ставит свои туфли – с одного конца, и с другого. Зачем? Так решил Римас Туминас. Может, для того, чтобы было меньше грохота от каблуков – хотя бы на несколько минут (дамы стучат каблуками, юноши стучат побрякушками), а может потому, что настоящий Лир должен ходить босым и в лохмотьях.
Жизнь в отеле хороша тем, что за тебя все делают другие –подносят еду, вызывают машину, отправляют телеграмму. Жизнь отчасти королевская, а отчасти нищенская – потому что ничто тебе здесь не принадлежит, все чужое, от людей до последнего полотенца. В отеле мы чаще смотримся в зеркало, чем дома. Вероятно, потому что в окружении новых предметов и персонажей сами становимся другими? В спектакле «Минетти» зеркала, как в сказке Губарева «Королевство кривых зеркал» или как на картине Пикассо «Девушка перед зеркалом». Любопытно – были ли знакомы Пикассо и Бернхард, испанец и австриец, живущие в одно время? Вряд ли! Бернхард был затворником, а если и выходил в люди, то устраивал нечто скандальное. Разумеется, посредством пера и своего сарказма. Он жестко и беспощадно описывал людей такими, какими их видел, а видел он их в истинном свете. Уверена, что Римас Туминас тоже задумывался о том, как бы на него взглянул одинокий волк – Томас Бернхард. Римас Туминас – тоже одинокий волк, только полжизни проживший не в лесу, а в отелях.
Премьера – 3 октября на Новой сцене Академического театра имени Вахтангова.
