1 мая во Дворце Спорта «Динамо» в Крылатском состоится бой за звание чемпиона мира в среднем весе по версии WBO между обладателем этого титула российским боксером Дмитрием Пирогом и бывшим временным чемпионом мира в первом среднем весе японцем Нобухиро Ишидой.
Накануне поединка соперники побеседовали с корреспондентом «Труда».
— Дмитрий, расскажите — как вы пришли на бокс? С целью уметь постоять за себя?
— Нет, я хотел записаться на футбол,- рассказал «Труду» Дмитрий Пирог. — Но по ошибке я попал в боксерскую секцию.
— Неужели в раннем детстве не приходилось драться?
— Конечно, не без этого. Психологическое самоутверждение в школе часто происходит с помощью драк. К тому же, в своем классе, как правило, я был самым маленьким — когда поступал в институт, весил всего лишь 48 килограммов. Однажды на глазах всего класса я побил старшеклассника, который был намного крупнее меня. И это удивило не только окружающих, но и меня самого. Потом я сам у себя спрашивал: неужели это я сделал?
— В какой мере травма плеча повлияла на вашу подготовку к этому бою?
— Выздоровление пошло быстрее, чем мы первоначально предполагали. И я начал тренироваться, еще полностью не долечив травму. Правда, это были занятия по общей функциональной подготовке. Так что этот компонент тренировки у меня сейчас получился даже более объемным и интенсивным, чем обычно. Но вот начало специальной подготовке немного подзадержалось — к спаррингам приступил позже, чем того хотелось бы.
— Где проходила ваша подготовка?
— Общефизическая в основном в Геленджике. Также выезжал на какой-то период также в среднегорье — в Домбай. Вторая половина зимы была более холодная т снежная, чем обычно. Так что кроссы приходилось бегать не лесам и горам, окружающим Геленджике, а в основном по городской набережной. Но там не ездят машины, воздух очень чистый, много растительности. Иногда в плохую погоду пришлось бегать по дорожке местного стадиона.
— А спарринги?
— Проводил в Самаре. Основных спарринг-партнеров было трое. А вообще вся команда была значительно больше. Но по полной боксировал не со всеми, или не по многу. Какие-то наработки осуществлял. Две трети из них — профессионалы. По фамилиям называть их не буду. Это были ребята из России, ближнего зарубежья и из Европы.
— Каких сюрпризов можно ждать в этом бою?
— В прошедших боях с каждым из соперников я решал разные задачи. То есть, зачастую при подготовке в большей мере не повышал свой класс в целом, а приспосабливался к манере своего ближайшего соперника. Были бои, которые оказались очень сложными — в плане выносливости. То есть, к концу боя я физически выматывался полностью. Были соперники, которые, не будучи нокаутерами, били очень больно. Когда рассматриваешь записи соперников, то часто бывает: по видеозаписям его боев у тебя сложилось одно мнение о сопернике, а уже в ринге по ходу боя получается совсем другое.
— Вы никогда не отзываетесь пренебрежительно о своих соперниках ...
— Бокс — довольно непредсказуемый вид спорта. Довольно часто в мировой практике случалось: явный фаворит проигрывал, казалось бы, заурядному середняку, не имевшему на тот момент ярких побед. Так что про Ишиду, тем более, я хотел бы сказать, что он на своем счету победы над довольно классными боксерами, либо, как минимум, создавал им немало проблем на ринге. Даже лаки-панчеры (нокаутеры) не могли поймать Ишиду на нокаутирующие удары, и если побеждали его, то лишь по очкам. Недооценивать нельзя. Так что я готовлюсь боксировать против него все 12 раундов. Если удастся раньше закончить бой — очень хорошо. Но я заранее на такой исход не настраиваюсь.
— В чем своеобразие Ишиды?
— Ростом выше всех моих предыдущих соперников. Руки он держит довольно низко, так что и корпус ими надежно прикрывает. Обычно серию ударов я начинаю с попаданием по корпусу, но здесь возникнет определенная сложность. У Ишиды есть определенные недостатки — слишком прямая стойка, и голова «торчит». И в то же время, эти недостатки перекрывают его быстрые ноги. Так что соперникам бывает трудно достать его целой серией ударов.
— Он — нокаутер?
— Одиночного поставленного удара у него нет. Но в тех сериях, которые он сыплет, один или даже два у него могут оказаться очень болезненными для соперника. И это мы учли при подготовке к бою с Ишидой.
— Кто из боксеров вашей весовой категории представляется сейчас вам самым интересным соперником?
— Этот вопрос наиболее неуместен именно накануне с конкретным боксером. В данном случае — Ишидой. В случае победы над ним можно будет поговорить о следующем сопернике.
— Насколько в этом вопросе совпадают мнение ваше и вашего промоутера?
— У меня с моим промоутером отношения особые. Но в принципе бывает в профессиональном боксе и такое: боксер хочет одного соперника, промоутер предполагает другого, а у болельщиков мнение не совпадает ни с тем, ни с другим.
— В предыдущем бою с Мартиросяном не было заметно больших проблем у вас ...
— Но за это спасибо Мартиросяну. А бои Ишиды редко бывают зрелищными, за исключением тех случаев, когда он бывает вынужден постоянно идти вперед.
— А как насчет экстренной сгонки веса?
— Перед боем с Мартиросяном я решил не насиловать свой организм, специально сгоняя вес. Мои весы перед взвешиванием показали запас в килограмм. Но на официальной церемонии получилось на полкилограмма больше. Пришлось срочно идти в парилку. Обычный мой вес — 78-80 килограммов. Но до требуемых 72.6 килограммов мне удается «подсушиться» по ходу интенсивных тренировок. Так что специальную сгонку веса перед боем не приходится проводить.
— Среди чемпионов кого бы вы выделили, у кого даже хамство против соперников получалось довольно остроумно и даже артистично?
— Не только я, но и 90% профессионалов бокса назовут вам Мухаммеда Али. В какой-то мере еще Мейвезер. Но мое поколение российских боксеров подобные методы психологической борьбы перед боями еще не восприняло. Лично я до сих пор не могу воспринять всю ругань, которую боксеры позволяются себе, как часть некоего шоу. Чтобы нахамить своему сопернику, мне в какой-то мере пришлось бы переступить через себя. Я не собираюсь заниматься элементами шоу-бизнеса, чтобы повысить свой рейтинг. (до и после пресс-конференции Пирог и Ишида, в самом деле, очень миролюбиво общались друг с другом. И никому не пришло бы в голову их растаскивать по разным углам зала — как это часто делается накануне титульных боев — «Труд»)
— Но ведь при помощи скандалов боксеры, в самом деле, повышают не только рейтинг, но и интерес к самим боям.
— Возможно, и так. Но мне трудно переделать себя, и не хочется. Я на виду у прессы такой же, как и всегда в своей повседневной жизни.
— Как много «своих» болельщиков вы ждете на этот бой?
— Если бы бой проходил, я уверен: собрался бы полный зал, каким бы громадным он ни был бы. А Москва — специфический город. Я не удивлюсь, если некоторые трибуны зала «Динамо» не будут заполнены до конца. Но мне уже сейчас известно: довольно много приедет в Москву моих «персональных» болельщиков. И моих земляков-кубанцев, и многих других любителей бокса, которые постоянно следят за моей карьерой. Довольно часто мне звонят люди, которых я даже не знаю по именам-фамилиям, интересуются моим ближайшим боем, моей подготовкой. Правда, за месяц до поединка я обычно уже отключаю сигнал на своем телефоне, и отвечаю на звонки, только крайне необходимые.
— Всех российских любителей бокса интересует все-таки объединительный бой Пирога. Потому, что вы — единственный российский чемпион без приставок типа «временный», «почетный» и т.д.
— Если все-таки удастся организовать объединительный бой, то маловероятно, что он состоится в России. Потому, что права на него закупит НВО или какой-то другой американский канал, а значит — проведут бой у себя. Мне с одной стороны, проводить бой перед своими болельщиками сложнее — в том плане. Что хочется не просто выиграть, а сделать это красиво. И все же, несмотря на эти особенности, мне больше хочется выступать в России, чем за рубежом. Я хочу популяризировать бокс в России. Впрочем, не только бокс, но и любой вид спорта.
Претендент на звание чемпиона, кроме японского, другими языками не владеет. Но один из его менеджеров помог нам провести короткую беседу. Вот что нам поведал Ишида:
— Если точно произносить мою фамилию, получается И-с-ч-и-д-а. Но я уже привык к тому, что на других языках ее немного коверкают.
Что касается России, это не чужая мне страна. Муж старшей сестры моей жены — русский. Так что от него я узнал о вашей стране очень много, и даже перепробовал многие блюда национальной русской кухни.
Тут у меня спрашивали — как я отношусь к русским женщинам. Я признаю, что они очень красивые. Но на результат моего боя в худшую сторону никак не повлияют. Потому что со мной в Москву приехала моя жена.
