18 сентября случилась трагедия в воздухе. Командир рейсового лайнера компании «Икар», направлявшегося из Новокузнецка в Санкт-Петербург, из-за сердечного приступа скончался прямо в кабине. Второму пилоту удалось благополучно совершить экстренную посадку в аэропорту Омска. Подобная история случилась три года назад с пилотом «Аэрофлота» на подлете к ростовскому аэропорту Платов.
Оставляем за скобками продвигаемую Минтрансом идею замены второго пилота роботом. Просто зададим важный для нас, пассажиров, вопрос: как в кабине пилота оказались люди, которые, судя по всему, имели опасные для жизни хронические заболевания? Герои блокбастера «Экипаж» с тревожным чувством ждали ежегодную врачебную комиссию, которая безжалостно отбраковывала заслуженных летчиках при малейшем отклонении от нормативов. Так вот, ответ для обывателей прозвучит обескураживающе: строгие консилиумы столичных докторов, перед которыми раз в год представали все без исключения пилоты гражданской авиации, остались только в старых советских фильмах. Сегодня каждый авиаперевозчик имеет свои врачебные комиссии, оформляющие допуск к полетам.
Авиационные эксперты с тревогой отмечают, что автоматизация процессов управления лайнером повышает вероятность ошибок при решении простых задач. А по информации ИКАО, сегодня 90% пилотов отмечают утомление как основную сложность в своей работе. Это одна из ключевых проблем, связанных с так называемым человеческим фактором.
При расследовании катастрофы Boeing 737-800 компании Flydubai, разбившегося в Ростове-на-Дону в ночь на 19 марта 2016 года, был установлен факт влияния утомления на действия экипажа. Годом раньше находившийся в глубокой депрессии немецкий пилот Андреас Лубиц заперся в кабине и направил в скалу Аirbus со 150 пассажирами, следующий из Барселоны в Дюссельдорф. Совсем не факт, что гибель Ту-154 в конце 2016 года над Черным морем, летевшего в Сирию с артистами Ансамбля имени Александрова, произошла из-за отказа техники. Есть версия, что пилот пребывал в состоянии сильнейшего нервно-психологического напряжения, вызванного физической усталостью из-за бессонной ночи.
Работавший во времена СССР начальником летного управления Министерства гражданской авиации заслуженный пилот Жорж Шишкин вспоминает, что соблюдение режима работы и отдыха авиаторов в советские времена было обязательным для каждого экипажа. В МГА существовало медико-санитарное управление, контролировавшее работу своих полномочных служб в каждом управлении «Аэрофлота». Следили за этим и в отраслевом профсоюзе с помощью доверенных врачей на местах. При малейшем подозрении на недомогание членов экипажей или диспетчеров направляли в Москву для прохождения комиссии. А еще авиаторы всех служб были обеспечены путевками в ведомственные здравницы. Жорж Константинович вспоминает, что в бытность пилотом Ли-2 на Чукотке он дважды за год летал на отдых в Крым либо на Черноморское побережье Кавказа...
Сегодня другие порядки. Медики в каждой авиакомпании контролируют состояние персонала, но единого отраслевого медицинского центра давно нет. Может, потому в авиационном ведомстве некому обеспокоиться тем, что гражданская авиация лишилась целого комплекса отраслевых здравниц в Крыму, на Северном Кавказе, в Подмосковье? Хотелось бы надеяться, что смерть в полете командира лайнера авиакомпании «Икар» что-то изменит.
Надо отметить, что ишемическая болезнь — нередкое явление в летной среде. По мнению медицинских экспертов, ее признаки можно определить даже стандартными инструментальными методами контроля. Например, в процессе проведения велоэргометрической пробы при прохождении ВЛЭК. Но сегодня это доступно лишь «Аэрофлоту» в бывшей общей для всех ЦКБ МГА СССР. Пока же у Минтранса и Минпромторга совсем другие планы. Например, там недавно посчитали, что пилоты должны не только управлять самолетами, но и ремонтировать их. Пришлось профсоюзу летного состава напоминать «инициа-торам» очевидное: летчики и техники — это две абсолютно разные профессии. А еще российские авиакомпании порекомендовали пилотам поменьше использовать тормоза при посадке и рулении, чтобы сберечь ресурс западных лайнеров, запчасти к которым стало так сложно получать из-за санкций.
