Сегодня наш корреспондент побеседовал с четырехкратным олимпийским чемпионом о двух предстоящих громких событиях, участниками которых он будет. Сначала Алексей будет проводить праздник «Большого спорта» с участием великих атлетов из России и из-за рубежа. Затем он отправится на первый после лондонской Олимпиады чемпионат мира по гимнастике, где проследит за тенденциями в своем любимом виде спорта.
Работа в журналистике сложная и непривычная. Но интересная — И все же Алексей, давайте начнем с вашей нынешней деятельности. Чем вы определяете политику своего журнала?
— Многое зависит от тех людей, которые здесь работает. — рассказал Немов «Труду». — Все они профессионалы в этом деле, в отличие от меня. В большей мере моей задачей является популяризация журнала, который рассказывает о спорте, о людях большого спорта. Знаменитости-чемпионы на страницах нашего журнала рассказывают о своем видении спорта, высказывают свои идеи о том — как сделать физкультуру и спорт более популярными и любимыми среди молодых людей. Лично я стараюсь, чтобы на страницах нашего журнала информация подавалась именно так, как ее видят профессиональные спортсмены «изнутри».
— От кого зависит выбор кандидатур в качестве персонажей статей вашего журнала?
— Выбирают и наши авторы, и я сам. Кандидатуру какого-то спортсмена иногда предлагаю я им, а иногда — они мне. Стараемся найти в качестве персонажа не просто достойного человека — знаменитого и успешного чемпиона, а еще чтобы с его именем, с его личностью как-то были связаны грядущие самые важные спортивные события в мире или в России.
Но всякий раз возникают сложности с выбором свободного времени у этого человека. Причем, эта проблема актуальна даже в тех случаях, если этот человек уже закончил свои выступления на международном уровне. Многие выдающиеся чемпионы, завершив выступления, становятся ответственными чиновниками, бизнесменами, успешными тренерами, так что им и в этом статусе сложно бывает найти «окно» для развернутого интервью. Но всякий раз выходим из положения, проявляя настойчивость и смекалку.
Многое в спортивных шоу делается на дружеских контактах
— Какие крупные мероприятия вы будете проводить в ближайшее время?
— 31 октября мы проводим мероприятие совместно с журналом «Большой спорт» и международной благотворительной организацией Лауреус. Это мероприятие под названием «Друзья большого спорта» состоится в арт-центре «Ветошный» — прямо рядом с Красной площадью.
Принимать участие в этой церемонии в Москве будут великие зарубежные спортсмены. Уже нам удалось договориться насчет участия теннисиста Бориса Беккера. Возможно, удастся получить подтверждение о прибытии к нам Нади Команечи и кого-либо еще из академиков Лауреус. Это будет второе масштабное и официальное мероприятие Лауреус в России — после вручения наград в феврале 2008 года.
Причем, во время приезда в Москву их участие не ограничится выходом на сцену в «Ветошном». Они будут здесь находиться два дня. За это время проведут встречу с детьми, участвующими в играх Special Olympic, которые проводятся для детей с ограниченными умственными возможностями. Дадут пресс-конференцию в одном из крупнейших информационных агентств.
— Можно сказать, что Беккер едет по вашему личному приглашению?
— Мероприятие проводится редакцией нашего журнала «Большой спорт» и его, надеюсь, поддержат официальные лица Всероссийского комитета по спорту. Но приезд таких знаменитостей, как Беккер, возможен и благодаря тому, что в процессе совместной работы в «Лауреус» у меня с ними установились уже неформальные, дружеские отношения.
— Недавно я приятно удивился, узнав, что на вашей родине состоялся турнир Алексея Немова. А до того многие любители спорта удивлялись: проводятся крупные соревнования на призы какие-то людей, которых никто в спорте толком не знает. А гимнастических первенств имени 4-кратного олимпийского чемпиона не было. Такие вопросы решаются большими деньгами?
— Не только. В данном случае этот турнир получил большую поддержку губернатора Самарской области Николая Меркушкина. Этот человек известен всей России тем, что когда он руководил Мордовией, массовый и большой спорт в этой республике бурно развивался. И теперь благодаря ему удалось организовать турнир именно в Тольятти. А до того три года подряд соревновались в Сызрани — их спонсировали местные бизнесмены, мои друзья.
— А теперь эти соревнования перевели в из Сызрани в Тольятти?
— Вовсе нет. Теперь проводится два турнира моего имени. И по-прежнему в Сызрани, и еще в Тольятти.
— А на базе чего проводились эти турниры?
— На базе местных гимнастических школ. В Сызрани прямо в помещении гимнастической школе и в присутствии 400-500 человек. А в Тольятти все необходимое оборудование мы перевезли из местной гимнастической школы и установили в спортивном центре «Олимп», где тренируется и выступает местная гандбольная команда. Там очень просторный зал и трибуны на 2000 зрителей. Таким образом, вживую турнир на призы моего имени смогла посмотреть большая аудитория болельщиков. Но, по имеющимся у меня сведениям, губернатор Меркушкин уже подписал приказ о создании за государственный счет гимнастического центра моего имени.
— А кто были участники этого турнира?
— 14 городов России, на следующий год будут и зарубежные, по крайней мере, из ближнего. Причем, не только для детей, но и взрослых. В составе каждой команды были перворазрядник, кандидат в мастера и мастер спорта.
Алексей Немов между женой Галиной и … Алексеем Немовым. Фото: Георгий Настенко
Гимнастика становится сложнее и зрелищней
— По какому пути идет гимнастика, каким образом она изменяется?
— Какие-то изменения в правилах, в том числе и системе оценок за выступления происходят сразу после Олимпиады. И вот сейчас с 29 октября по 7 ноября в Антверпене — в Бельгии пройдет чемпионат мира. Там и посмотрим, как изменили гимнастику новые правила.
— Каким образом обычно в таких случаях меняется соотношение сил в мировой гимнастике?
— В первый год после Олимпиады часто случают неожиданности в группе призеров и мировых лидеров, но потом в течение оставшихся трех лет, как правило, азиатские ребята налаживают свои программы и снова начинают доминировать — прибирать медали к своим рукам.
— С целью привлечения рекламы и спонсоров какие-то изменения в форме гимнастов могут произойти?
— В плане чего изменения?
— Например, президент ФИФА Зепп Блаттер предлагает в женском футболе вместо футболок и трусов до колен ввести эротически обтягивающие комбинезоны.
— Куда нам еще эротичнее?! У нас вот гей-парады на носу! Но если серьезно ... У нас довольно консервативный вид спорта. Потому что имеет одну из самых долгих историй. Обычно мужчины у нас выступают в вольных упражнениях в трусах и майке, а в остальных дисциплинах — в трико.
— Это что зрители называют ползунками?
— Да. Раньше это трико по покрою было похоже на ползунки. Но сейчас его уже делают обтягивающим. И потому оно смотрится более современно. И подобные новшества у нас случаются редко. Изменения даже касающиеся снарядов не так часто происходят.
Сейчас, например, поменяли форму коня, через который гимнасты прыгали. Он значительно увеличил свою ширину, и теперь относительно безопасно гимнасты смогут выполнять на нем еще более сложные прыжки. Например, с поворотом на 360 градусов еще до контакта с конем теперь уже не промахнешься мимо коня вправо или влево.
Значительно изменилась система показа гимнастики на телевизионный экран. После введения формата 3D теперь можно рассмотреть выполнение каждого элемента «объемно», то есть, с разных ракурсов, в том числе снизу и сверху. На этом направлении к Лондону прогресс получился гораздо более значительным, чем до того перед Пекином и перед Афинами. В том числе и в плане красочности.
— Что наибольшим образом привлекло в последнее время ваше внимание в мире спорта, кроме любимой гимнастики?
— Чемпионат мира по легкой атлетике. Но я его смотрел не вживую, а только по телевизору — был в Испании.
— Как испанцы восприняли российскую организацию чемпионата мира?
— Мне кажется, к «королеве спорта» они вообще довольно равнодушны. Они игровики — помешаны на футболе, баскетболе. На том, что у них лучше получается. На всю Барселону мы с Галиной нашли лишь один бар, где транслировали легкую атлетику.
— Но вы ведь футбольный болельщик.
— Да, я болею за ЦСКА в нашем внутреннем чемпионате. И еще более рьяно — за сборную России. Но матчи ни той, ни другой команды по испанскому телевидению не транслировали.
— С кем из легкоатлетов вы хорошо знакомы?
— С Юрой Борзаковским, С Сергеем Бубкой, с Леной Исинбаевой.
— Ну, многие шестовики прошли через гимнастику. С Феофановой как гимнасткой пересекались?
— Конечно. Мы долгое время вместе занимались на сборах на базе «Озеро Круглое». И ее бывшего тренера по гимнастике Елену Шевченко я также очень хорошо знаю.
— До Олимпиады в Рио вы еще поедете?
— Я уже был там на вручении наград академии Лауреус. В феврале там проходила церемония. И в ближайшем феврале ее проведут там же. Так что я с большим интересом посмотрю все готовящиеся там объекты. Особенно то, что связано с гимнастикой.
— Вас не пугает, что в Бразилии гимнастика не столь популярна как в Европе и Азии?
— Она там быстро набирает интерес у болельщиков. В частности, у Бразилии есть свой олимпийский чемпион в упражнении на кольцах.
— Его не российский тренер подготовил?
— Кто его тренирует — не знаю. Но бразильянок готовит Олег Астапенко, успешно ранее работавший с девчонками из сорной России.
— В гимнастике есть явление вроде промышленного шпионажа?
— Есть «тещин язык». Но одно дело говорить, а другое — что реально происходит. Когда-то моего тренера наставник другой сборной стращал тем, что в его команде готовят просто уникальные по сложности элементы. Но потом на самих соревнованиях я у них ничего особенного и не увидел.
— А бывает так, что какое-то новшество судьи слишком низко оценивают, а потом этот элемент оказывается революционным шагом?
— Когда-то впервые ввели тройное сальто. Но при всей сложности этого элемента те, кто его исполняли, не получали солидного преимущества. Его трудно выполнить, а если получался недокрут или перекрут или даже небольшой «доскок», судьи значительно снижали оценки. В нашей сборной его выполнял Евгений Подгорный, а я не делал. Так что со временем от этого сложного и опасного элемента уже отказались — делают другие сложные элементы, но в связке. Для себя я об этом говорю «к сожалению».
— Еще какой-то элемент можете сравнить с тройным сальто по сложности?
— Перелет Ткачева с поворотом на 360 градусов.
— Вы его делали в Сиднее?
— Нет, на чемпионатах мира с 1993 по 1995 годы. И тоже потом отказался. Потому что у меня при выполнении ноги расходились, и мне за это оценки снижали.
— Вы его первым исполнили?
— Нет, Валера Люкин.
— Можно ждать дальнейшего усложнения гимнастики?
— Все стремятся работать так, чтобы нравилось зрителям и телезрителям. Наибольший интерес вызывают силовые упражнения на кольцах, сальто на бревне у девочек. Но от нынешних стандартов далеко не уйдут.
— Из соображений безопасности спортсменов?
— Нет, именно из-за опасения спортсмена и тренера получить низкую оценку из-за срыва сложного элемента. К настоящему времени все правила гимнастики обеспечивают максимальную безопасность. Все вокруг брусьев и перекладины и так уже мягкими подушками обложили. А ведь еще во время моих выступлений лежал лишь один мат снизу, и все. Так что скоро появятся в программах все более зрелищные и даже рискованные элементы.
В Лондоне, например, голландский гимнаст показал каскад таких сложных и зрелищных перелетов, что просто удивил меня.
— Вы такие делали?
— Только по отдельности. А в связках — нет.
