Внезапно менять руководство на пороге нового сезона — вполне в традициях Большого. Именно так уволили в 2000-м художественного руководителя — директора Владимира Васильева, в 2009-м — музыкального руководителя Александра Ведерникова.
Но не припоминается случая, чтобы лидеру указали на дверь меньше чем через год после назначения. Ведь контракт у Леонида — до конца 2011 года. Но, как удалось выяснить «Труду», помимо официального соглашения с Десятниковым был устный уговор: его зовут до той поры, пока не будет найден долговременный музыкальный руководитель. Во всем мире такой фигурой является дирижер. И вот его нашли — не через два с половиной года, которые первоначально отводились на поиски, а всего лишь через год.
Отчего же выбрали Синайского? В Большом на контракте числятся пять дирижеров. Среди них — амбициозные молодые Владимир Юровский, Теодор Курентзис и Кирилл Петренко. Есть и ветеран — Александр Лазарев, руководивший ГАБТом в 1987–1995 годах. Возможно, воспоминание о скандальной обстановке, в какой увольняли главного дирижера Лазарева, не дало назначить его второй раз. А молодежь, по мнению тех, кто принимал решение, может подождать.
Василий Синайский же устраивает большинство. В отличие от склонного к эксперименту Десятникова, он приверженец академических традиций. Сильный профессионал, работал с Госоркестром России, Лондонским симфоническим и другими знаменитыми оркестрами.
«Труду» удалось узнать, что в Большом подумывают вернуться к системе «главных специалистов», от которой отказались в
Мнения
Леонид Десятников, композитор: «К кандидатуре Василия Синайского отношусь позитивно»
— Не понимаю, из-за чего весь этот сыр-бор, почему все так взволнованы. Есть официальное заявление генерального директора Большого театра Анатолия Геннадиевича Иксанова, опубликованное РИА Новости, и мне нет нужды его оспаривать. Вы же были год назад на пресс-конференции в Большом театре. Я неоднократно заявлял, что рассматриваю свое пребывание в должности музыкального руководителя как некую интерлюдию в жизни театра, как временное явление. Все были недовольны. Теперь я увольняюсь – и опять все недовольны. Да новости-то нет! Вы лучше меня спросите про что-нибудь другое. Например, про триумфальные гастроли Большого в Лондоне.
Работа над балетом «Утраченные иллюзии» продолжится в обычном режиме, премьера ожидается весной 2011 года. Кстати, некоторые ваши коллеги блещут остроумием, обыгрывая название этого произведения в заголовках новостей. Мне жаль их.
К кандидатуре Василия Синайского отношусь позитивно. Это безусловная фигура с хорошей репутацией. Он, кстати, входит в нашу пятерку, «могучую кучку» сотрудничающих с театром приглашенных дирижеров. То, что один из них теперь назначается главным дирижером, мне представляется абсолютно естественным.
Михаил Швыдкой, зампредседателя Попечительского совета ГАБТа: «Большому нужен музыкант такого масштаба, как Синайский»
— Когда приглашали Леонида Аркадьевича, речь шла о конкретных сроках и задачах, которые он в значительной степени решил. То есть представить к апрелю модель следующего года жизни театра и завершить музыку балета, который он пишет специально для Большого. Ему как большому художнику сочетать композиторское творчество и руководство оказалось достаточно затруднительно. Но его уход ни в коей мере не означает разрыва отношений. Я считаю, что работа над современным репертуаром, вызывающая большие споры, тем не менее много дала для того, чтобы Большой театр вернул себе позиции одного из немногочисленных лидеров мирового оперного и балетного искусства. Однако надо отдавать себе отчет, что через год Большой начнет работать на двух площадках. И его художественная жизнь претерпит значительные изменения. Малая сцена всегда была местом для экспериментов. А Большая предполагала постановки русской и мировой классики. Для этого нужен музыкант такого масштаба, как Василий Синайский.
Эта тема уже обсуждалась несколько месяцев, и Попечительский совет просто поддержал это решение, исходящее из интересов театра, из необходимости создать баланс между экспериментом и традициями. Современная режиссура, которую представляет Дмитрий Черняков или, допустим, Василий Бархатов, останется как тенденция живого современного искусства, которая необходима на крупнейшей академической сцене. От такого рода неудач, как с недавней постановкой «Летучей мыши», не застрахован никто. Но ведь у Бархатова за плечами несколько удачных работ в Мариинском театре. А если у молодого постановщика не будет площадки для эксперимента, пусть рискованного, не всегда приводящего к результату, то не будет и удач. Просто проблема в том, что эта сцена сегодня единственная, ее рассматривают как главную для Большого театра. А когда войдет в строй обновленная историческая сцена, то баланс восстановится.
