По согревающим душу маршрутам ведут эти книги: от дальнего Хазарского моря через близкое (не только по километрам, но и по уму и сердцу) заповедное Болдино до труднодостижимого «места счастья».
Франсуа Федье «Голос друга»
«Друг дарит мне меня — того меня, о существовании которого я без него не догадался бы». Это сквозная мысль эссе французского философа, размышляющего о феномене дружбы. Он согласен с Монтенем, который видел в ней «самое большое счастье своей жизни» и характеризовал как «нечто совершенно единое и единственное, и потому еще редчайшее, такое, что труднее всего сыскать на свете». Потому что друг не твое alter ego, не двойник. Его голос дает понимание, чего именно тебе не хватает, чтобы быть тем, кем ты должен быть. «Даже если возможно иметь нескольких друзей, дружба в действительности проживается только между двумя». Федье много лет переводит на родной язык немецкого экзистенциалиста Мартина Хайдеггера. А его нам перевела поэт Ольга Седакова — и чувствуется, что она получала от этого процесса творческую радость.
Валерия Белоногова «Открытый остров»
«Какими путями труда и чуда» рождаются тексты величайшего поэта? Нижегородский искусствовед касается этой темы, разбираясь в том, как село Болдино подсказывало и помогало Пушкину создавать шедевры. Из-за холерного карантина Александр Сергеевич оказался запертым, будто на острове, в родовой вотчине на три осенних месяца 1830 года. И небу было угодно, чтобы никогда и «нигде больше не испытал он состояния такой стойкой концентрации творческой мысли». Завершил «Евгения Онегина», сочинил «Повести Белкина», «Сказку о попе...», «Маленькие трагедии» и несколько десятков стихотворений. С кем встречался и разговаривал поэт в те дни в этом особенном, хранящем, по заверениям автора, поныне пушкинский дух месте? Болдинская неспешность, свобода, встречи с крестьянами и местной элитой. Отдельная глава о Гоголе и сюжете «Ревизора». Но главный герой монографии — само Болдино, куда автор сбежала когда-то из областной газеты, работала в музее-заповеднике и теперь постоянно возвращается на знаменитые литературные чтения. Нет, не зря Пушкину так хотелось удрать сюда, плюнув на Петербург...
Ясмина Михайлович «На берегах Хазарского моря. Две жизни — одна любовь»
Постмодернистский «Хазарский словарь» Милорада Павича переведен на 36 языков. И вот дождалась выхода на русском книга его вдовы. Ясмина Михайлович путешествовала по Закавказью, пробыла неделю и в Азербайджане, где ее принимали с особым пиететом. Гостеприимство Востока безгранично. Ощутив себя почти хазарской принцессой, она по-детски радуется нескончаемому числу подарков: шелкам, белужьей икре, злату-серебру, книгам. Знаменитый серб в своем «Словаре» показал миру, что на брегах Хазарского (по-нашему — Каспийского) моря живут потомки воинственного племени кочевников и Азербайджан может считаться наследником великого каганата. С Ясминой носились, как с драгоценным ковром (она упоминает здешнее «Министерство ковров», вероятно, имея в виду Азербайджанский музей ковра в Баку). Ее рассказ о богатом, динамично развивающемся городе — евразийском Париже и его обитателях — полон сверкающих красок. Не совсем путеводитель, но свежей любопытной информации предостаточно.
