В свои 45 лет Илья был вполне доволен жизнью. Больше всего на свете он ценил свободу и женщин - именно в таком порядке. Кочевал от одной женщины к другой, не обременяя вольную душу переживаниями. Единственной неприятностью в его жизни можно было считать неудачную женитьбу, о которой он уже и думать-то забыл. Даже лица Данилки, его сына, которому было чуть больше года, когда они с женой развелись, уже не помнил. У Ильи не осталось ни одной его фотографии.
С бывшей женой они разругались вдрызг.
- Чтобы ноги твоей на пороге не было! - в истерике кричала супруга, пока Илья паковал чемоданы. - И к сыну даже не просись - не пущу!
Слово свое она сдержала: все попытки Ильи увидеться с сыном пресекались на корню - жена просто захлопывала дверь перед его носом.
Унижаться Илья не любил и, поразмыслив, решил плюнуть на все: ну и пусть живет одна, если так хочется!..
У 45-летнего Ильи была приличная карьера, приличный живот и очередная женщина по имени Светлана. Правда, к этому списку прилагался еще один маленький пунктик: у Светланы был сын Максим.
Большой теплоты в отношениях с мальчиком у Ильи не было, но он по этому поводу не переживал: что ему чужой ребенок?
На лестничной клетке кто-то опять вывернул лампу, и поэтому Илья не сразу разглядел в полумраке съежившуюся фигурку, сидящую у самой его двери.
- Мне с вами поговорить нужно, - услышал он шепот Максима.
Даже не успев как следует удивиться, мужчина впустил мальчишку в квартиру. И тут мальчик его окончательно огорошил.
- Вы ведь мой папа, правда? - выдал вдруг Максим.
Илье стало не по себе от взгляда Максимки, который старательно пытался сложить дрожащие губы в улыбку. Он неловко уткнулся Илье в живот и затараторил...
Он всегда знал, что папа его не бросал - просто он был очень занят. По Максимкиным версиям, которые тут же менялись одна за другой, он, Илья, был и разведчиком, и капитаном подводной лодки, и безвременно застрявшим на орбите космонавтом - словом, человеком, крайне занятым государственными делами, а потому и не имевшим никакой возможности видеться с сыном.
- Но теперь ты вернулся к нам с мамой, - торопливо проговорил Максим. - Просто мама волновать меня зря не хотела. Вот она сразу не сказала, что мой отец ты, но я все равно догадался! А как же иначе? Мы ведь с тобой так похожи!..
Илья прижимал к себе рыдающего мальчишку и мечтал только об одном: чтобы тот замолчал. Когда всхлипывания Максима стали все реже и реже, Илья наконец привел мальчишку в комнату. Там он усадил его на диван, включил телевизор и пошел звонить Светлане. Та вскоре приехала и забрала заплаканного Максима.
В первый раз в жизни у Ильи было так погано на душе. Он совершенно не представлял, что теперь делать с Максимом. Признать себя его отцом? А что потом, если они со Светланой решат разбежаться? Но самое ужасное - то, что Илья вдруг подумал о родном сыне. А вдруг и он бросался на шею к чужому дядьке, умоляя, чтобы тот стал его папой? И Илье вдруг очень захотелось увидеть Данилу. Ему сейчас должно было быть за 25.
Узнать телефон бывшей жены было делом несложным. Набирая номер, Илья не испытывал ни волнения, ни чувства вины. Услышав в трубке женский голос, он откашлялся и вежливо попросил к телефону Данилу. Секунд через пять на другом конце провода раздался бас, как показалось Илье, напоминавший его собственный голос: "Я слушаю".
- Привет, я твой папа, - сказал Илья. Ему показалось, что стук его сердца слышен даже в телефонной трубке.
- Неплохо... - недоверчиво и с иронией протянул сын.
В тот вечер разговор у них не сложился. Потом Илья еще пару раз звонил, и они с сыном договорились о встрече.
Встреча вышла не особенно теплой. Поначалу Данила не испытывал к непутевому отцу ничего, кроме любопытства. Даже неприязни не было. Но, видимо, детская мечта иметь папу все же дала о себе знать. И постепенно их отношения наладились.
Спустя несколько месяцев оба щеголяли непривычными для себя словами "папа" и "сын" и всячески старались поддерживать связь друг с другом.
Илья чувствовал бы себя вполне счастливым, если бы не выжидательный взгляд Максима, который он чувствовал на себе, когда был у Светланы. Узнав, что у "папы" нашелся родной сын, Максим совсем сник. Он не выходил из комнаты, когда Илья приходил, перестал разговаривать с мамой. Учителя все чаще говорили Светлане о внезапной замкнутости ее ребенка.
В школе все помнили случай, который произошел полгода назад. Это была крупная драка. Уж чего не поделил Максим с одноклассником - неизвестно. Полшколы наблюдало за побоищем. Противник был повержен при всем честном народе. И при этом же народе он бросил разгоряченному Максиму:
- Это ты такой злой, потому что у тебя отца нет и никогда не было! Он от тебя отказался!
Удар противника попал в цель. Максим сразу сник, и победа в драке потеряла всякую ценность.
Вот уже несколько месяцев Илья чувствовал, что о Максиме, о чужом ребенке, он думает гораздо чаще, чем стоило бы. Впрочем, и слово "чужой" к Максиму уже не подходило.
И однажды рано утром Илья вдруг все придумал - как будто вдохновение нашло. Он даже удивился, что раньше это не приходило ему в голову.
Максим, как обычно, сидел, запершись в своей комнате. Илья по-хозяйски распахнул дверь и объявил пришедшему с ним Даниле:
- Познакомься, это Максим, мой сын и твой младший брат!
Потом было множество хлопот: регистрация брака со Светланой, оформление документов на усыновление, переезд в новую квартиру. Но не это было для Ильи главным. Оказалось, и в 45 лет можно быть абсолютно счастливым.
19:57
Сто лет для Севморпути
