Генеральный директор всем известной «Ленинки» начинал свой путь в библиотеке МАИ — по первому образованию Вадим Дуда инженер-механик. А еще он — менеджер бизнес-администрирования с дипломом Американского института бизнеса и экономики. В Министерстве культуры вырос до главы международного департамента, потом был директором ВГБИЛ («Иностранки»), а с 2018-го возглавляет главную библиотеку страны. Но что останется от былого величия ведущих мировых сокровищниц книги через несколько лет? О будущем отечественных книгохранилищ, натиске цифровизации на старую добрую «бумагу» и моде на интеллект Вадим Валерьевич рассказал «Труду».
— На конференции недавнего Всероссийского дня библиотек много говорилось об онлайн-форматах как самом современном направлении работы с читателями, а в период пандемии и единственно возможном. Но вот забрезжили первые признаки выхода из кризиса. Не боитесь ли вы, что, привыкнув к мгновенной интернет-доставке желаемого, люди просто не пойдут в традиционные книжные хранилища?
— Мы все, конечно же, очень скучаем по читателям и привычной работе. Но к проблеме важно подойти ответственно. Наши ближайшие шаги, как и у всех, зависят от ситуации с коронавирусом и, разумеется, должны соответствовать требованиям Роспотребнадзора, указам президента и мэра, инструкциям Минкульта. Если все сложится благополучно, с 15-20 июня будет открыт один читальный зал, и мы начнем принимать первых читателей. Пока не более сотни человек в день и только по предварительной записи. Что же насчет падения интереса к бумажным книгам, убежден — ваши опасения напрасны, этого не случится еще очень долго. Немного арифметики. Даже при мощной технической базе РГБ цифруется около 30 тысяч документов в год. А всего их в библиотеке — более 47 миллионов. Это сотни лет работы!
Но даже если предположить, что процесс со временем ускорится — изначальная, физическая сущность многих фондов останется такой же важной, как и содержание. Для всех, от ученых-исследователей до обычных читателей: согласитесь, все мы ценим особенное удовольствие от хорошей книги, ощущения бумаги, шелеста страниц. Уверен, мы еще долго будем жить в мире, где книгам в их традиционном виде обеспечено внимание, в том числе (или даже — прежде всего) в библиотеках.
— Только ленивый не критиковал прошедшую недавно библиотечную реформу — за лихие кадровые перестановки, идею слияния фондов московской РГБ и питерской РНБ («Публички»), намерение превратить «модернизированные» библиотеки в досуговые центры... Насколько система нуждалась во всех этих нововведениях?
— Прежде чем говорить о каких-либо изменениях, слияниях-поглощениях и прочем, необходимо четко понимать, что они дадут — читателям, сотрудникам библиотек, государству. И обсуждать какую-либо реформу надо открыто, на базе определенного документа. Иначе это превращается в муссирование слухов — дело, на мой взгляд, совершенное не продуктивное. Именно так произошло с идеей слияния РГБ и РНБ. Считаю, объединять надо не учреждения, а какие-то их функции и процессы, и снова подчеркну — только после четкого осознания, зачем вообще это нужно.
Что касается реформы библиотечной сети — вопрос очень актуальный. Но и здесь дело должно начинаться с четкой постановки стратегических задач. Должен заметить, Минкульт внимательно относится к профессиональному сообществу, и как раз такая стратегия готовится сейчас рабочей группой, куда входят и руководители высокого ранга, и практики библиотечного дела.
— Что требует изменений?
—Прежде всего — система взаимоотношений библиотек и власти. Допустим, приходит заведующий библиотекой к главе муниципалитета: «Не хватает книг, надо срочно обновлять фонд, ремонт пора делать». Что он слышит в ответ? «Все равно у вас читателей нет и не будет — зачем вам средства?» Ну а раз нет ресурсов, значит не будет ни новых книг, ни привлекательного помещения, и читатель в самом деле в библиотеку не пойдет. И на следующий год тот же чиновник скажет уже с гордостью за свою предусмотрительность: «Вот видите, вправду незачем было тратиться на бесперспективное дело». Порочный круг. Хотя система общедоступных библиотек России (крупнейшая в мире, более 40 тысяч) могла бы стать очень хорошим активом для развития человеческого капитала, создания равных возможностей, социальных лифтов, улучшения взаимоотношений местных сообществ и власти. Именно для этого в 2014 году Минкультом был запущен проект «модельных библиотек».
— О них много разговоров, но в глубинке пока слабо себе представляют, что это такое — дополнительные гаджеты, компьютеры, виар-очки, игровые приставки?..
— Не совсем так. Вы говорите про технические частности (хотя это тоже очень важно), но речь вообще о новых подходах к библиотечному делу, о создании сети из сотен современных, востребованных интеллектуальных и образовательных центров. Как раз в глубинке, где в отличие от Москвы или Питера не слишком много возможностей для образования и культурного развития, такие центры особенно нужны. Помимо новых книг, это высокоскоростной интернет, доступ к периодической печати и различным информационным ресурсам, в том числе к государственной информационной системе «Национальная электронная библиотека». Разумеется, само помещение должно быть уютным, привлекательным, в том числе для лиц с ограничениями по здоровью. И к квалификации библиотекарей требования повышаются — они должны стать проводниками в мир книг и знаний, ориентировать в потоке литературы и информации, продумывать просветительскую программу — встречи, лекции, семинары по искусству, истории, краеведению...
Пилотный этап прошел в 2014-2018 годах и дал, на мой взгляд, прекрасные результаты. А с 2019 года это часть Национального проекта «Культура». Программа рассчитана на шесть лет, каждый год будет запускаться 110 модельных библиотек. В 2019 году их уже запущено 134, так что идем даже с некоторым опережением. Отклики — и от читателей, и от местных властей, и от библиотечного сообщества — исключительно положительные. Люди потянулись за книгой, интересным общением, развитием. В некоторых библиотеках даже появились новые сложности — невозможно закрыться вовремя, так как слишком много читателей, есть и очереди. Понятно, что модельные библиотеки не решат всех проблем, но они дадут важный толчок к модернизации библиотечной сети. Новому учимся вместе!
— Раз уж мы заговорили о НЭБ, нельзя не напомнить, что этот проект столкнулся с серьезной трудностью — на многие книги распространяется авторское право, и их нельзя получить в электронном виде.
— К сожалению, тут от библиотекарей пока зависит немногое. В современном обществе баланс интересов смещен в сторону правообладателей. И мы просто обязаны уважать действующий закон. Притом в будущее смотрим с оптимизмом. Уже два года как приняты поправки к закону об обязательном библиотечном экземпляре, и теперь все, что издается в нашей стране, мы получаем как в традиционном, так и электронном формате. Так что надеемся — в дальнейшем, с совершенствованием норм (и конечно с соблюдением интересов издателей и правообладателей) сможем предоставлять читателям широкий набор электронных ресурсов. Уже сейчас на портале НЭБ rusneb.ru около четырех с половиной миллионов документов из библиотечных, архивных, музейных фондов. Патенты, диссертации и авторефераты, периодика, современная литература, совершенное особенная коллекция книжных памятников. Прекрасный проект, который только начинает развиваться!
— Это правда, что во время карантина НЭБ пользовалось намного больше людей, чем в прошлом году — чуть ли не по 65 тысяч в день?
— Цифра верная, и это — рост в десятки раз относительно 2019 года. Сильно вырос и объем онлайн-услуг РГБ.
— Подытоживая — что бы вы возразили тем, кто считает, будто библиотеки — анахронизм?
— Сейчас крепнет мода и, если хотите, спрос на интеллект, на успешных и хорошо образованных людей. Точнее, она была всегда, особенно в нашей читающей стране, но в какой-то момент стала не такой явной, а теперь — возвращается. Чем больше таких компетентных людей, тем более мы, как страна и народ, конкурентоспособны. Так что библиотека в вашем городе — это символ вашего успеха.
