Певец и композитор Юрий Лоза разродился очередным скандальным постом в социальных сетях, на сей раз «киноведческим», который на информационном безрыбье поторопились пересказать некоторые СМИ. На этот раз досталось от Лозы не Моцарту или Россини, не Дмитрию Билану или Сергею Лазареву, а режиссеру Климу Шипенко и его фильму «Текст». Фильм, напомню, стал в прошлом году одним из лидеров российского проката, заслуженно получил шесть номинаций на Национальную премию «Золотой орел», был реальным претендентом на выдвижение от нашей страны на «Оскар».
Лозе в «Тексте» не понравилось категорически все. И матерные слова он заменил бы «крепкими, но все-таки цензурными» – «как это делают в большом взрослом кино». И постельную сцену не снимал бы или снял бы ее «хотя бы красиво». И актерский состав подобрал бы другой, ведь этот «просто никуда не годится». И на осветительных приборах бы не экономил – «слишком уж много темно-серых планов». И сам фильм сократил бы в полтора-два раза. И так далее и в таком же духе.
Жалко мне Юрия Эдуардовича Лозу. Живет он, как мне кажется, с советских времен на своем плоту с кругозором, который открывается с этого самого плота, и без устали, размашисто и якобы глубокомысленно высказывается о самых разных вещах, в которых подчас мало что понимает – от политики и спорта до кино. Таковой, в частности, мне представляется и его критика фильма «Текст». Начну с мелочей. С мата, который уязвил тонкий слух певца.
Напомню ему, что в «большом взрослом кино», например, европейском – от соседней Польши до Франции, Германии, скандинавских стран – мат давно уже не запрещают, не вырезают, не запикивают, а снабжают фильм соответствующим возрастным цензом и предупреждением на киноафише. А дальше взрослые люди сами разберутся, идти на фильм или нет, уместен мат в картине или не очень.
По мне, в фильме «Текст» мат уместен, поскольку характеризует отношение главного героя к безвыходной, тупиковой ситуации, в которой он оказался. Напомню, герой фильма Илья Горюнов, выйдя из тюрьмы, где он отсидел семь лет за подброшенные ему наркотики, в ходе разборки со своим обидчиком – майором полиции Хазиным – ненароком убил его. И теперь ему предстоит в лучшем случае вернуться на зону, а в худшем погибнуть от пули спецназа, что в финале и происходит. Тут не только матом заговоришь, тут по-волчьи, по-звериному завоешь…
Идем дальше. Сексуальная сцена в этом конкретном фильме красивой быть никак не должна – это же не сладкая романтическая история, не какая-нибудь гламурная «Красотка» о внеземной любви миллионера и проститутки, а жесткое, социально-проблемное кино с наркотиками, кровью, насилием, убийством и воздаянием за него. Да и герои совсем не ангелы, они вращаются в преступном мире, усвоили его повадки, – при чем тут «сделайте нам красиво»? Претензия точно не по адресу.
Насчет экономии на осветительных приборах… Так ведь кино уже давно обходится практически без них, цифровые камеры позволяют снимать утро как утро, ночь как ночь, сумерки как сумерки. И если режиссеру нужна была в кадре «серость» или «темнота» для передачи мрачноватой атмосферы фильма, то он с этой визуальной задачей с помощью оператора Андрея Иванова справился, как мне кажется, наилучшим образом. Я смотрел «Текст» в кинотеатре, несмотря на «темно-серые планы», все прекрасно разглядел, а если Лоза смотрел пиратскую копию фильма, то это его проблемы…
Что касается актерского состава, то он, на мой вкус, безупречен. Исполнитель главной роли Александр Петров – сейчас самый популярный и, не боюсь этих слов, лучший актер своего поколения. Он хорошо чувствует и умеет передать характеры таких вот негероических героев, как Илья Горюнов – простецких парнишек из панельных, утопающих в снежной каше маленьких подмосковных городков типа Лобни, где и происходит основная часть действия.
Молодой Иван Янковский с его острой, нервной пластикой, как никто другой, умеет сыграть обыденность и, если угодно, обаяние зла – и он в этом фильме в роли коррумпированного мента на месте. Как и Кристина Асмус, сумевшая на небольшом экранном пространстве передать хрупкую, нежную, но и слегка порочную красоту своей «нездешней» героини, которая так взволновала сердце Ильи Горюнова. И – перевернула его судьбу. Да и сюжет «Текста».
Насчет того, что фильм можно сократить в два раза – это и вовсе наивный, графоманский, извините, совет. Фильм укладывается в типовой метраж, он достаточно плотно спрессован, режиссер Клим Шипенко старается максимально передать дух и букву объемного романа Дмитрия Глуховского «Текст», и у него это получилось практически без потерь. Роман, кстати, переведен на 20 языков, в том числе на все европейские, надеюсь, что и фильм ждет серьезная международная судьба.
При всем своем сюжетном напряжении экранный «Текст» содержательно значим. По мере развития действия в фильме отчетливо проступают уродливые «родовые пятна» современной российской действительности. Это наглый беспредел силовиков (не зря случай Ильи Горюнова, которому подбросили наркотики, столь очевидно «рифмуется» с реальным резонансным делом журналиста Ивана Голунова), несправедливость судебной системы, беспрецедентный размах коррупции, огромное социальное расслоение общества на сверхбогатых и нищих. И этот серьезный социальный посыл фильма служит для меня убедительным ответом на главный вопрос Юрия Лозы: «Кстати, а зачем вообще было всё это снимать? Неужели создатели намеревались при помощи данной картины сделать наш мир лучше?».
Да, Юрий Эдуардович, авторы фильма хотели обозначить серьезные, кричащие проблемы нашего нынешнего бытования, показать зло на крупном плане, обнажить, развенчать его. И им это, на мой взгляд, во многом удалось. А значит, с появлением этого серьезного, честного фильма и добра в нашем несовершенном мире, надеюсь, станет хотя бы на крупицу больше.
