Времена, когда в театр можно было пойти наобум, на первое приглянувшееся название, ушли и вряд ли вернутся. Для зрителя обыкновенного, попадающего в обитель Мельпомены и Талии, как говорится, по праздникам, то есть раза три-четыре в год, посещение сего очага культуры может обернуться незапланированным сеансом культэкстрима.
Можно даже поностальгировать по тем не таким уж далеким временам, когда ошибка в выборе спектакля была чревата только приступом скуки и сожаления о впустую потраченных деньгах. Сегодня наличие на афише спектакля имени Шекспира или Достоевского не является гарантией того, что публика сама не окажется униженной и оскорбленной. Отработка собственных комплексов и фобий за счет резервов психики зрителя — главный тренд нынешней постпостмодернистской режиссуры. Но на такой эксперимент, согласитесь, отважится далеко не каждый театрал. Зрительскому же большинству, с завидным постоянством обвиняемому в ретроградстве и косности, по-прежнему хочется, чтобы театр говорил с ним на одном языке и по возможности помогал жить в нашем безумном-безумном мире, не утрачивая самоуважения.
Кстати, классический театр совсем не обязательно должен выглядеть как пыльный музей. Чтобы в этом убедиться, достаточно увидеть недавнюю премьеру режиссера и художника Дмитрия Крымова «Ой. Поздняя любовь» в театре «Школа драматического искусства». Тонкая, хитросплетенная вариация на тему одной из самых незатасканных пьес А.Н. Островского, вписанной в реалии сегодняшнего дня без искажения духа оригинала: вопрос выбора между деньгами и любовью будет стоять перед человеком до тех пор, пока будет стоять мир.
А вот в случае с «Безумным днем, или Женитьбой Фигаро» публике предстоит выбор иного рода. Евгений Писарев сделал комедию Бомарше одой любви и радости, не убоявшись доверить роль Фигаро певцу Сергею Лазареву. А вот если в любовь вы не верите, мизантропия одолела или род человеческий стал не мил, вам — к вахтанговцам, на спектакль Владимира Мирзоева, где правит бал циничный донельзя граф Альмавива (Максим Суханов) с руками по локоть в крови, пусть и бутафорской.
Любителям острых ощущений непременно надо отметиться на «Борисе Годунове», поставленном в «Ленкоме» мэтром эпатажа Константином Богомоловым. Детей категории «18-» с собой лучше не брать, даже если вы задались благой целью облегчить им знакомство с пушкинской классикой. И дело не только в изобилии не слишком нормативной лексики и даже не в том, что Марина Мнишек (Мария Миронова) пользуется мобильным телефоном, а Пимен пишет свою летопись на спинах сокамерников. Любви к своей стране (чем, собственно, и руководствовался незабвенный Александр Сергеевич) сия постановка в вас не пробудит. В вашем чаде — тем более.
Если вы не занимаетесь политикой, политика займется вами (прав был Шарль де Монталамбер, но кто его в XIX веке слушал!). Осмыслить то, что ежедневно вливается в ваши глаза и уши с экранов телевизоров и планшетов, можно в темном зрительном зле, когда рядом еще несколько сотен таких же, не равнодушных к судьбам мира людей. Это «Нюрнберг» Алексея Бородина, самая резонансная премьера РАМТа. Судят не первых лиц Третьего рейха, а простых «исполнителей», которые «только выполняли приказ». Кто кого и во имя чего убивал, какую ответственность он за это несет — вопросы и сегодня совсем не праздные.
Однако не премьерами едиными жив театр. Искушенные театралы даже за правило почитают на первые 10-15 послепремьерных показов не ходить, подождать, пока спектакль «дозреет». Среди хорошо не забытого старого немало постановок, не просто заслуживающих внимания, но достойных неоднократного лицезрения. К примеру, «Филумена Мартурано» в Малом театре с блистательным дуэтом Ирины Муравьевой и Юрия Соломина: страсти человеческие не утихают ни в 40, ни в 50, ни в 70! Или, скажем, «Триптих» — едва ли не самая пронзительная работа великого мастера Петра Фоменко, на которую в театр, носящий его имя, до сих пор (а спектакль живет седьмой сезон) сложно достать билеты. Вот что стоит нынешним отрокам показывать для побуждения вкуса к поэзии вообще и к Пушкину в частности, чтобы не ахать потом, что они -«потерянное поколение».
Собственно говоря, по нынешним временам взрослые и сами порой себя чувствуют как потерянные. Так что, если жизненный спидометр на нуле, сходите на «Битву жизни» к «женовачам». Старый добрый, да еще и с любовью поставленный Диккенс — прекрасное лекарство от тоски. Как, в общем-то, и театр...
