Листая архив «Труда» за 2000 год, наткнулась на опубликованную в апреле заметку «Побегоопасный сезон» — о том, что с наступлением весны в разы растет число попыток сбежать из мест не столь отдаленных. Именно попыток: почти всех беглецов ловят. И подивилась: с тех пор у нас изменилось все, даже сама страна, а тенденция сохранилась! Только теперь речь все больше идет о побегах из-под домашнего ареста. В марте мы слышали о нескольких случаях, причем не только в России. И электронные браслеты не всегда предостерегают. Кстати, а как же люди обходились без них? Ведь домашний арест придумали не вчера.
Начнем с Франции. 1791 год, Великая французская революция. Уже взята Бастилия, установлена конституционная монархия. Король с семьей из Версаля перевезен в Париж, в замок Тюильри, где живет под охраной — практически под домашним арестом. Монаршие дворы Европы наперебой шлют депеши с протестами, Екатерина II грозит санкциями, сторонники Людовика XVI склоняют его бежать. Но тот колеблется, опасаясь вызвать гражданскую войну. И лишь когда семейству не позволили выехать в предместье Сен-Клу, чтобы встретить Пасху, король решился на побег.
На картине Томаса Маршалла (в начале статьи) мы видим кульминацию побега. Название говорит само за себя: «Арест короля Людовика XVI и его семьи, одетых в буржуа». Кто не понял: король — это не импозантный господин в центре, рядом с Марией-Антуанеттой. Он крайний слева, в профиль — так же, как изображен на банкноте. Не правда ли, один в один?! Вот и почтмейстер из местечка Сен-Ману так решил, увидев профиль в окне кареты. И поднял тревогу: гонцы уже разнесли весть о побеге из дворца.
Беглецов схватили всего в 50 километрах от цели их пути, укрепленной роялистской крепости Монмеди на границе с Австрией, где короля ждало верное ему войско. Тщательно разработанный план пошел насмарку, как это часто бывает, из-за случайности: в наше время — не удержался и позвонил по мобильному, тогда — просто выглянул в окно.
Кстати, младший брат короля, будущий Людовик XVIII, бежал из Франции тогда же, в июле 1791-го. Но у него все получилось. Жил в Европе, три года в России, в Англии, пока не вернулся на престол во время реставрации Бурбонов в 1815 году. Рассказывают, что он, узнав о казни брата в январе 1793-го, заметил: «Я тоже мог бы там оказаться, если б поддался на уговоры ехать вместе. Нет, в компании хорошо пировать, а убегать лучше поодиночке».
А теперь перенесемся в наше время. На фото внизу слева — постер к фильму Би-би-си «Последний полет», снятому по мотивам сенсационного побега из-под домашнего ареста бывшего главы альянса «Рено — Ниссан — Мицубиси» Карлоса Гона. Топ-менеджера арестовали в Японии в ноябре 2018 года по обвинению в финансовых махинациях и почти год то держали в тюрьме, то выпускали под домашний арест. Электронные браслеты в Японии надевать не принято. Там назначают огромный залог, отбирают паспорта и ставят видеокамеру над дверью. Так было и с Гоном. Он мог ходить в булочную и в спортзал в сопровождении агентов полиции. И на допросы, где с каждым днем становилось все очевиднее: срок будет не меньше 10 лет. В Японии правосудие еще более «обвинительное», чем у нас, — оправдывают меньше полпроцента подсудимых. Ну а когда Карлосу еще и запретили видеться с женой, он понял: надо бежать!
.jpg)
Фото из открытых источников
Помочь Гону взялись бывший сотрудник спецназа США и его сын. Привлекли и других: всего в команде было человек 15. Решили, что операция пройдет накануне Нового года, когда отдыхает даже полиция. Придумали и способ, как Гону тайно покинуть страну. Для этого использовали кофр для музыкальных инструментов (на фото вверху справа). Первый этап операции — оторваться от наблюдения и сесть в поезд до аэропорта Осаки, где уже ждал арендованный бизнесджет. Это удалось: Карлос заранее купил одежду «как у всех» и попытался слиться с толпой. Плюс маска — ее носят многие. В поезде беглец залез в кофр. Надеялись, что ящик не смогут досмотреть: рентген-установка на терминале для бизнесджетов не вмещала большой багаж. Получилось!
Теперь путь лежал в Ливан, на вторую родину Гона, где он был бы в безопасности: Бейрут не выдает своих граждан. Но летели не напрямую, боясь вызвать подозрения, а через Стамбул. Маршрут большей частью пролегал над Россией. Гон надеялся: если Токио спохватится и потребует посадить самолет, российские власти не подчинятся. Ведь автомобильный магнат имел тесные связи с нашей страной и даже четыре года возглавлял «АвтоВаз», выведя его в прибыль.
Но японцы не спохватились. Прямо на летном поле в Стамбуле кофр перегрузили в другой бизнесджет, и через два часа беглец был в Бейруте, где его встречала жена Кэрол (она на фото). Считают, что вся операция обошлась в 20 млн долларов, включая 14 млн залога.
А что в России? До середины XIX века у нас, как и в большинстве стран Европы, домашний арест хоть и не упоминался в числе законных мер пресечения, но использовался. Вспомнить хотя бы Петра Чаадаева. После его «Философических писем», первое из которых журнал «Телескоп» опубликовал в 1836 году, император Николай I счел автора сумасшедшим. Писателя заключили под домашний арест, разрешив одну прогулку в день. И ежедневно визит полицейского лекаря. Который при первом же знакомстве сказал: «Если б не моя семья, жена да шестеро детей, я б им показал, кто на самом деле сумасшедший». Через год домашний арест сняли.
В 1857 году в своде законов Российской империи появилась статья о домашнем аресте. Однако применяли эту меру реже, чем раньше: надо было вносить большой залог. А вот большевикам она пришлась по душе. Под домашним арестом дожидались высылки большая часть пассажиров «философского парохода» (а кто не внес залог — в тюрьмах ГПУ) в 1922-м. А чуть позже, с приходом НЭПа, для чекистов и вовсе открылась золотая жила. Иссякла она лишь к началу репрессий: какой уж тут домашний арест — надо пополнять ГУЛАГ. Хотя и здесь случались нюансы...
.jpg)
Фото из открытых источников
Две семьи, что на снимке, связывала долгая дружба: Светлана Аллилуева и Полина Жемчужина познакомились в начале 1920-х, а их мужья, Сталин и Молотов, — куда раньше. Какое-то время они даже жили в одной коммунальной квартире в Кремле. Полина успешно продвигалась по службе, поочередно руководя то парфюмерной фабрикой «Новая заря», то рыбной отраслью, то текстильной. Она боготворила Сталина, с готовностью выполняя его поручения. Так в 1942 году она, еврейка, оказалась в Еврейском антифашистском комитете (ЕАК), который собирал по всему миру помощь СССР. А после войны содействовал появлению государства Израиль: Сталин надеялся обрести свой форпост на Ближнем Востоке.
Но скоро позиция вождя изменилась: Израиль явно был более расположен к США. Да и советские евреи с появлением «своего» государства оживились и засобирались. «Лавочку» надо было прикрывать. В 1949-м ЕАК разогнали, почти всех его участников взяли под арест, позже их расстреляют. Тогда же арестовали и Жемчужину. Ее отправили в ссылку в Казахстан, в Кустанайскую область. По сути, это был домашний арест — в домике на краю поселка, с запретом видеться с кем бы то ни было. Несколько раз в неделю приходили сотрудники госбезопасности, приносили еду. В конце 1952 года Полину опять арестовали — якобы за попытку побега. Позже, уже выйдя на свободу после смерти Сталина, Жемчужина рассказала, что это была провокация, у нее и в мыслях не было бежать: «как правительство решит, так и будет». Гвозди бы делать из этих людей...
Ну и, наконец, день сегодняшний. На фото вверху справа — электронный браслет и мобильное устройство к нему для контроля за «домашними арестантами». В прошлом году таких было почти 25 тысяч, причем 96% носили браслеты. Меньше ли стало побегов из-под домашнего ареста с 2010 года, когда в РФ стали применять эти устройства? Безусловно. Хотя бегут все равно, по данным ФСИН, порядка 1%. Самый распространенный способ — тот, что выбрала в прошлом году участница Pussy Riot Мария Алехина. Девушка разрезала ремешок браслета (он на это никак не отреагировал!), переоделась в униформу курьера сервиса доставки — на плечах зеленый короб, на лице маска, к чему мы привыкли за время пандемии, — и вперед! На машине добралась до одной из границ, которую легко преодолела, ведь ее к тому времени еще не хватились.
Кстати, это тоже произошло весной. Недаром же говорим — побегоопасный сезон!
