Театральное сообщество не успевает уворачиваться от увесистых новостей. Столичный департамент культуры с новой силой принялся объединять театральные труппы, и не просто абы как, а «успешных с неуспешными». Внятных критериев, по которым оценивают успешность труппы, чиновники не озвучивают. Хотя и без того видно: они берут в расчет лишь финансовые показатели. А на такие тонкие материи, как авторский стиль, художественное кредо, чувства зрителей, этим господам наплевать.
Все началось прошлой осенью со слияния двух «Таганок». На первый взгляд, логично: конфликт, приведший к расколу легендарного театра на две труппы, давно себя исчерпал. А с уходом из жизни в августе 2020-го Николая Губенко «Содружество актеров Таганки» осталось не только без худрука, но и без внятной художественной программы. Но ведь и Театр на Таганке за те семь лет, которые им руководит Ирина Апексимова, звезд с неба не хватал, и очередей под кассами как не было, так и нет.
Но чиновников это, видимо, не смущает, и сделан следующий ход: указ о слиянии с «Таганкой» театра «АпАрте». Такой подарок к 25-летию получила любимая многими москвичами труппа. Отдает не мудростью, а цинизмом. Особенно если учесть, что «АпАрте» не так давно получил новое помещение, пережил длительный ремонт и уже собирался отмечать новоселье. Но главное, по своим творческим методам это совершенно разные театры! Даже не великого ума гоголевская героиня понимала, что невозможно «губы Никанора Ивановича да приставить к носу Ивана Кузьмича». Если уж так необходимо сливать театры, то хотя бы одной группы крови, иначе отторжение неизбежно. «АпАрте» готов принять под свое крыло, допустим, театр «Около дома Станиславского», но к аргументам обоих коллективов и их руководителей господа чиновники глухи.
Недавно в департаменте культуры приняли новое судьбоносное решение — слить театры «Сфера» и «Эрмитаж». Оба театра — авторские и опять-таки совершенно различной природы. «Эрмитаж», в котором всю жизнь работает Михаил Левитин (худруком с 1987 года) — это стихия шаржа, гротесковой заостренности. Еще в 2011 году историческое здание театра в саду «Эрмитаж» (памятник архитектуры!) было признано аварийным. Почему спустя более 10 лет ремонтным работам конца-краю не видно — вопрос не к театру. Труппа вынуждена давать спектакли в крошечном помещении на Арбате, абсолютно для того не приспособленном. Так, может, прежде чем рентабельность «Эрмитажа» оценивать, нужно бы с ремонтом поторопиться?
«Сфера» — театр поистине уникальный. В 1981-м выдающийся режиссер Екатерина Еланская провозгласила принцип, по которому здесь живут уже больше 40 лет: «Мы отвергаем идею театра — куба со снятой стенкой и подглядыванием, мы утверждаем театр как сферу общения». Авторский театр сохранил свое кредо и после смерти создательницы. Александр Коршунов, руководящий труппой больше 10 лет, сохраняет ее «лица необщее выраженье». И она категорически не согласна его терять по произволу чиновников.
В распоряжении «Труда» имеется коллективное письмо, в котором, в частности, говорится: «Данное решение является необдуманным и разрушительным не только для театра с уникальной историей и сценой, но и для всей театральной Москвы». Но прислушаются ли в департаменте к гласу вопиющих в пустыне? Сомневаюсь, ибо вакханалия слияний разрастается подобно снежной лавине, сметающей все на своем пути.
Очередной жертвой ее стал театр МОСТ. Про Московский открытый студенческий театр можно с полным правом сказать: в столице он такой один. Театр-студия, где на сцену выходят географы и химики, юристы и математики. Да, у них есть, если можно так выразиться, основная специальность, но без театра они жить не могут. Вот такие они удивительные люди — физики и лирики в одном лице. И зрители идут сюда, за чудом рождения театра, творимого такими же людьми, как они сами. Нигде больше в Москве такого места нет. И, получается, вскоре вообще не будет. Потому что Театру имени Моссовета, который и сам только-только вступает в новую фазу своей истории, с этой студийностью делать нечего. Она ему абсолютно несоприродна.
Лучом света на этом мрачном фоне представляется только объединение «Прогресс сцены Армена Джигарханяна» и московского Театра Сатиры. Но это не есть результат мудрой политики столичных чиновников. Во-первых, кандидатуру лидера «Прогресс сцены» Сергея Газарова в качестве своего преемника рассматривал сам Александр Ширвиндт. Во-вторых, недавние постановки режиссера — «Ревизор» и «Мольер, avec amour» в «Табакерке» и «Балалайкин и Ко» на «Прогресс сцене» — демонстрируют такую сатирическую отточенность, что это позволяет надеяться на возрождение Театра Сатиры в его истинном качестве, в котором он существовал при Валентине Плучеке. И, наконец, в-третьих по целому ряду причин бывшему Театру Армена Джигарханяна, пробывшему в состоянии летаргии не один год, просто нечего терять.
А теперь, внимание, главный вопрос: для чего устраиваются все эти слияния? На чем хотят сэкономить? На зарплатах и расходах на постановки? Когда-то большевики хотели скрестить Большой театр с Мариинским. Но там хоть сэкономленные средства собирались направить на народное образование. Так театр — это тоже образование. Товарищ Луначарский это понимал и осадил чересчур резвых оптимизаторов. Найдется ли у него последователь сто лет спустя?
P.S. Бюджет Москвы нуждается в оптимизации расходов? Самые эффективные способы экономии — на поверхности. Причем не театральной, а земной: достаточно перестать каждый год перекладывать плитку на тротуарах, менять бордюры, закатывать низкосортным асфальтом дороги под проливным дождем и делать прочие бесполезные для людей и Отечества дела. Тогда экономия будет куда существенней.
