Изобретатель мрачно-ироничных сказок Раду Поклитару привез в Москву на фестиваль «Летние балетные сезоны» свое свежее (премьера была в 2013 году) «Лебединое озеро» театра «Киев Модерн Балет». Что нового можно сказать в самом интерпретируемом из классических балетов после хрестоматийной «императорской» версии Иванова-Петипа-Горского, к которой за 130 лет добавились спектакли десятков других ярких хореографов?
Оказывается, можно — художнику, способному пройти по лезвию между старомодным сентиментализмом и современной тотальной иронией. Поклитару в общем-то не отходит очень уж далеко от идеи, зажегшей Чайковского: поманившись глянцевой копией, мы можем потерять живой оригинал. Но облекает ее в существенно иначе закрученный сюжет: Зигфрид — не принц, а сам бывший лебедь, отловленный фанатиком-экспериментатором Ротбартом и хитрой операцией превращенный в человека. Но голос природы не заглушить: даже воспитанного среди боевиков Ротбарта, Зигфрида все равно влечет к своим настоящим сородичам. И во сне он находит прекрасную Одетту — на месте которой, однако, при пробуждении сказывается помощница Ротбарта Одиллия. Взбешенный, бывший лебедь выходит из подчинения, и его расстреливают: «что-то пошло не так», эксперимент прерван...
Кому-то такой поворот может показаться слишком уж прямолинейно-жестоким. Возможно, так бы оно и выглядело — если б не самобытная и талантливая (ни в коей мере не высосанная из пальца) хореография Поклитару. Его танец — гремучий сплав классических па и ритмизованной пантомимы, где даже мимика работает как непременное (и сильное) продолжение пластики. Одна из главных интонаций этой хореографии — ирония. Она — в преувеличенной пафосности движений, контрастирующей со сниженным смыслом действий (например, в танце со швабрами, которыми челядь Ротбарта решительно выметает со сцены остатки перьев бедного лебеденка). Ирония и в гипертрофированной птичьей тревожности, не столько даже лебединой, сколько куриной — лиричнейшая из всех балетных героинь мира, Одетта (у Поклитару босоногая), в ответ на ласки Зигфрида по-цыплячьи поджимает пальцы и лишь в моменты полного душевного единения позволяет ему шагать за ней все той же цыплячьей поступью. И конечно же ирония — в хите хитов, танце маленьких лебедей, которых тут трое, притом обоего пола, и забавно-неуклюжи они до степени даже не цыплят, а лягушат (не под влиянием ли китайского цирка-балета, несколько лет назад показывавшего у нас свое «Лебединое озеро», родился этот номер?).
.jpg)
Сцена из спектакля. Фото предоставлено пресс-службой театра «Киев Модерн Балет»
А как свободно строит Поклитару драматургию, насколько естественно, без швов, наплывом сменяют у него друг друга камерные эпизоды — и групповые пляски вроде сцены военизированной тренировки, этакого «антифонтана дружбы народов» (представьте себе хоровод красавиц в изящно приталенных шинелях, вооруженных не венками, а штыками). Как мистически-красив кульминационный момент любви Зигфрида и Одетты, чьи силуэты только угадываются сквозь простыню: этакий оживший кусок мрамора с намеком на будущую прекрасную скульптуру, которой так и не суждено родиться...
Отметим и индивидуальные исполнительские удачи — «деревянную» (оттого что неискренна) соблазнительницу Одиллию (Анна Терус), солдафона Ротбарта — фельдфебеля, мнящего себя орлом (Дмитрий Кондратюк), навечно закомплексованного неврастеника Зигфрида (Алексей Бусько), наконец угловатую и одновременно эротичную Одетту (одна из главных харизматиков труппы — Элина Винникова, чем-то парадоксально напомнившая знаменитую украинскую секс-бомбу Настю Каменских).
Как всегда у Поклитару (помните «Щелкунчика» 2007 года, показанного на «Золотой маске» в 2010-м?), его спектакли совмещают живописность и экономию. Не нужно строить взметающиеся под колосники своды — достаточно слегка стилизованных ширм хирургического кабинета, чтобы возник колорит готики (сценограф Андрей Злобин). А остроумные костюмы Анны Ипатьевой сойдут и за щегольский мундир, и за придворный камзол, и за камуфляж на случай боевых действий. Поклитару знает одну из главных тайн искусства: во внешней скромности больше загадки, чем в самой наироскошнейшей детализированности. Весь вопрос в степени таланта.
Отдельное спасибо за великолепное звучание музыки в записи под управлением дирижера-постановщика Сергея Голубничего. Хоть и далеко не всю оригинальную партитуру использовал хореограф, проведя довольно решительную ее вивисекцию процентов на 30-40, да вдобавок попереставляв номера из действия в действие, так что, пожалуй, только начало, конец, маленькие лебеди да мистический гром в эпизоде явления призрака остались на своих местах. С другой стороны — должен же был постановщик хоть в чем-то дать повод рецензенту пожурить его.
Ну и напоследок — молодцы, что вообще приехали. Понимаю, что уроженец Молдавии, ученик Московской хореографической академии, гражданин Белоруссии, давно ставший киевлянином, но по-прежнему много работающий в России (постановки в Большом театре, Пермской опере, даже на Олимпиаде в Сочи), Поклитару и в нынешнее смутное между Россией и Украиной время вряд ли бы поступил иначе. Но сколько мы сейчас видим рвущихся связей даже на уровне семей, которые разбивает политика. Сколько демонстративных отказов от сотрудничества с нашей страной — жесты Даниэля Ольбрыхского, Алвиса Херманиса и пр., в которых, подозреваю, больше снобизма и оглядки на ближайшее окружение, чем реальной заботы о разрешении конфликта. На этом фоне всякий нормальный человеческий контакт — на вес золота. Тем более несущий такой мощный заряд таланта . И любви, несмотря на всю иронию.
