Когда я училась в школе, у нас в классе не было ни одного левши, их брали в оборот еще в детском саду. И только дома они позволяли себе такие вольности, как хлебать суп, держа ложку в левой руке. У моей дочери в классе двое левшей — мальчик и девочка. Еще первоклашками они были вооружены до зубов: у них имелись не только специальные прописи, но и особые шариковые ручки и даже ножницы для леворуких.
Движение левшей началось в 1980 году в США с митингов в защиту уволенного полицейского Франклина Уинборна. Уинборн, согласно уставу, должен был носить кобуру справа, а ему, левше, было удобнее слева — так и цеплял. Следом прошла кампания в поддержку левши Роберта Грина. Работая на почте, Грин сортировал конверты левой рукой, а начальник потребовал, чтобы подчиненный выполнял свою работу правой. Обиженный сотрудник был вынужден обратиться в суд.
На самом деле левши и правши отличаются друг от друга не только тем, какой рукой они пишут и держат ложку. Левое полушарие головного мозга отвечает за речь (там проходит обработка вербальной информации, счет, чтение, анализ), а правое — за образное, зрительно-пространственное, чувственное восприятие, интуицию. Так вот, у правшей доминантное полушарие левое, а у левшей — правое. Потому-то среди левшей много художников, композиторов, музыкантов, поэтов. Ученые подсчитали, что таких «особенных» — впечатлительных и эмоциональных — сейчас на Земле проживает более 500 млн. И 20 лет назад, 13 августа 1992 года, они впервые отметили Международный день леворуких. В этот день левши всего мира стремятся привлечь внимание производителей товаров к необходимости учитывать и их удобства и в очередной раз напоминают педагогам о том, что левшей не нужно переучивать.
«Переучивая леворуких детей держать в правой руке ложку, карандаш, мы тем самым перекладываем врожденные функции их ведущего правого полушария на левое, в котором у них нет так называемой проекционной базы для тонких движений пальцев и артикуляционного аппарата, — объясняет учитель-логопед Светлана Сухова. — Развивающаяся на базе слухового восприятия речь „не знает“, в каком полушарии ей „осесть“, ее все время „запихивают“ в другое полушарие головного мозга».
