Американская киноакадемия представила новые оскаровские правила для категории «Лучший фильм». Отныне, чтобы быть номинированной на премию, картина должна соответствовать хотя бы двум из четырех групп стандартов. Так, главный герой фильма или один из значимых второстепенных персонажей должен быть темнокожим, азиатом, латиноамериканцем, жителем Ближнего Востока или представителем любой другой узкой расовой или этнической группы. Не повредит фильму, если основная тема картины будет касаться расовых, гендерных проблем или проблем людей с ограниченными возможностями, а также погрузится в заботы представителей нетрадиционной сексуальной ориентации. Но это еще не все.
Что в кадре, то и за кадром. Не менее 30% творческого состава фильма должны быть представлены женщинами, этническими меньшинствами, членами ЛГБТ-сообщества или людьми с ограниченными возможностями. Новые правила распространяются также на маркетологов, специалистов по связям с общественностью, дистрибьюторов — то есть всех тех, кто сопровождает выход фильма в прокат. Среди них тоже должны быть люди с ограниченными возможностями, этнические и (или) сексуальные меньшинства.
Перечислил, причем в урезанном виде, новые правила, размещенные на сайте Американской киноакадемии, — и, признаюсь, рука бойца писать устала. Это невозможно вот так сразу все осмыслить, обобщить, сложить в законченный пазл. А как эти мудреные стандарты совмещать с творческим процессом, воплощать в жизнь? Пока никому неизвестно. Боюсь, всемирно признанному режиссеру, одному из корифеев мирового кино Чарльзу Спенсеру Чаплину не довелось бы в нынешних условиях даже посмот-реть в сторону «Оскара».
Ведь его герой, бродяжка Чарли, переходя из фильма в фильм, оставался белым американцем, влюблялся преимущественно в блондинок, а если даже и в брюнеток, то отнюдь не в чернокожих африканок. Проблемы сексуальных меньшинств режиссера, который был известным женолюбом, не занимали ни в жизни, ни на экране. Съемочную группу он тоже формировал исходя из творческих, а не расовых или гендерных принципов. И разве что прелестная слепая героиня из фильма «Огни большого города», попадающая по новым стандартам в категорию лиц с ограниченными возможностями, могла бы послужить Чаплину в качестве проводника в клуб соискателей «Оскара».
Шутки шутками, но если бы нынешние правила были введены во времена старого доброго Голливуда эпохи его взлета и расцвета, то оскаровские наградные списки выглядели бы совершенно иначе. Из них выпали бы многие шедевры мирового кинематографа. В одном фильме обнаружилась бы явная нехватка чернокожих персонажей. В другом гендерное равновесие было бы нарушено преобладанием рассерженных мужчин. В третьем фильме среди героев не оказалось бы ни одного инвалида. В четвертом оскаровский комитет насторожило бы полное отсутствие гомосексуалистов или трансвеститов. А избыточное наличие героев-геев, наоборот, могло бы ущемить творческие и иные права слабого пола...
Новые правила вводятся якобы в целях борьбы с притеснениями женщин, расовых, этнических, сексуальных и других меньшинств. На самом деле эти правила беззастенчиво притесняют права создателей фильмов, право художника. Ибо новые стандарты — это не что иное, как акт цензуры. Сказано же: свободный дух веет, где он хочет. А творчество — это прежде всего свобода. Свобода выбора темы, жизненного материала, концепции, сюжета, круга героев. Режиссер не может и не должен творить по заранее заданным лекалам, которые загоняют его вдохновение и фантазию в жесткие рамки, в силки «новой этики».
Искусство не аптекарская лавка, где в выверенных пропорциях смешиваются ингредиенты для создания фильма и последующего выдвижения его на «Оскар». Мол, напишем сценарий, где будет 50% расовой проблематики, введем 30% героев с ограниченными возможностями, а остальные 20% экранного времени разбавим однополыми страстями. Но именно к этому подталкивают художников новые стандарты, которые, впрочем, уже вызвали немалый переполох в среде кинематографистов. Во всяком случае в России, которую пока еще не накрыло волной разнузданной «толерантности».
Так, их уже подвергли резкой критике кинорежиссеры Александр Сокуров, Алексей Герман, Павел Чухрай, режиссеры-мультипликаторы Константин Бронзит и Александр Петров, президент Гильдии киноведов и кинокритиков Кирилл Разлогов. Андрей Звягинцев, фильмы которого дважды номинировались на «Оскар», назвал новые правила противоречащими самим принципам искусства.
«Мои творческие цели и планы никогда не были сопряжены с «соответствием» каким бы то ни было критериям, кроме единственного — абсолютная свобода высказывания, — заявил режиссер. — Твой фильм должен являть собой образец искусства, а не каталог толерантности. Настоящие авторы согласятся со мной, потому что знают: фильмы снимаются не для премий, а для истины».
Новые правила касаются пока только главной оскаровской номинации — «Лучший фильм». Но негласно они будут, конечно же, распространяться и на остальные категории, в том числе и на номинацию «Лучший фильм на иностранном языке». К счастью, пресловутые стандарты должны вступить в силу не завтра, а только в 2024 году. Так что у кинематографистов всего мира еще есть время, чтобы объединиться и дать бой покушению на их права и творческую свободу и, в конечном счете, на интересы зрителей. Уж они-то всегда умеют отличить фильм, созданный истинным вдохновением автора-художника, от конъюнктурной, скроенной по одному образцу поделки.
И, конечно, надо поднимать уровень российского кинематографа, его конкурентоспособность, а заодно и престиж отечественных премий — «Ники» и «Золотого орла». Мы не должны столь тотально зависеть от влияния и причуд Голливуда, как это сложилось, увы, в последние десятилетия.
