Как это делается? Да очень просто. Вот уже давно отработанная схема: общественность годами просит и даже требует внести ветшающий объект в реестр памятников, а органы охраны наследия под благовидным предлогом отказывают. А потом приходит девелопер и крушит без зазрения совести и невзирая на Административный кодекс.
Недавно случилось нашумевшее (в прямом смысле!) разрушение старой заводской трубы в Санкт-Петербурге. Жители Архивной улицы пожаловались: снос велся тайно, среди ночи, а высокую кирпичную трубу попросту... уронили. При падении огромные обломки разлетелись, повредив полдюжины автомашин, парковку и ближайшие здания. Вылетели оконные стекла и входные двери, сами дома, по рассказам жителей, тряхнуло, будто взрывом. Нам и террористов не надо...
Прокуратура Невского района выяснила: Госстройнадзор Петербурга не выдавал разрешение на проведение работ — хотя бы потому, что застройщик не направлял в надзорные органы соответствующее уведомление. Теперь остается уповать лишь на то, что зарвавшийся девелопер возместит убытки и принесет извинения жителям.
Вообще-то закон требует охраны здания даже в том случае, если оно только взято на учет как обладающее признаками исторической ценности или зафиксировано как вновь выявленный объект культурного наследия. До окончательного решения экспертов возможна лишь его консервация. Однако пока экспертизы идут себе неспешным ходом, экскаваторы не дремлют.
В последнее время особенно не везет исторической промышленной архитектуре XIX — начала XX века. Трудно забыть разрушение краснокирпичной неоготики на территориях вагоноремонтного завода в Мытищах и московского «Серпа и Молота», а скоро та же участь ждет столичный Бадаевский завод. И все это, невзирая на громкие имена создавших предприятия промышленников вроде Саввы Мамонтова или архитекторов уровня Романа Клейна — кстати, строителя Музея изящных искусств (ныне ГМИИ имени Пушкина), магазина «Мюр и Мерилиз» (ЦУМ) и Бородинского моста в Москве. Если же вдруг прокурор возбудит дело, максимум, что грозит девелоперу, — так это «административка» и штраф до 5 млн рублей. Булавочный укол для фирм, ворочающих миллиардами.
Свежий случай — снос дореволюционного промышленного холодильника в Жуковом проезде в Замоскворечье. Ни отсутствие проектной документации на демонтаж здания и градостроительное развитие территории, ни имеющиеся запреты от официальных органов (предписание Мосгорнаследия приостановить работы, мнение Объединения административно-технических инспекций города Москвы (ОАТИ), согласно которому демонтаж нарушает условия выданного ордера, отказ Москомархитектуры согласовать новое строительство в этом месте) — ничто не помешало подрядчику разрушить три фасадные стены с оригинальным декором.
Но если уж в столице запрет наделенных всеми полномочиями структур застройщику не преграда, то что говорить о глубинке? На днях в Воронеже на глазах у возмущенного города разнесли старинный хлебозавод — постройку 1873-1929 годов. Старинная крупорушка с дымовой трубой в мавританском стиле и элегантным цеховым корпусом издавна была любимым мотивом открыток «с приветом из Воронежа», демонстрируя процветание дворянско-купеческого города. Хлебозаводом стала она и в советское время, а изначально была паровой мельницей. До сегодняшнего дня дожила как последний из подобных комплексов в Центральном Черноземье.
.jpg)
Хлебозавод выстоял даже в Великую Отечественную, когда через город проходила линия фронта
Но на беду очутилась практически в центре разросшегося города. Старинные цеха, где еще недавно пекли караваи, оказались обузой фирме, скупившей все 10 хлебозаводов былой всероссийской житницы с целью оставить один. А что проще и доходнее всего сделать с остальными? Конечно, продать участок под снос и застройку типовыми человейниками, которые благодаря центральному расположению еще и за «элитное жилье» сойдут. По такому пути и пошла купившая здания хлебозавода компания «Выбор».
Хотя все могло быть иначе. Историк и писатель Павел Попов, активисты ВООПИиК Ольга Рудева и Александр Никитин не раз просили дать комплексу паровой мельницы охранный статус. Но регулярно получали отказ. Идеи приспособления старой архитектуры под современные функции, как это сделано, например, в московских культурных кластерах «Красный Октябрь» или «Трехгорка», городские власти и новых хозяев объекта не вдохновляли. Хотя госорганы не могли не знать о худой репутации «Выбора», который в 2015 году уже пытался снести Рождественскую церковь XVI-XVIII веков. Тогда лишь объединенными усилиями общества и епархии, сумевших достучаться до руководства РПЦ, удалось предотвратить варварство...
.jpg)
То, что не сделали фашисты, удалось нынешним девелоперам и их покровителям во власти
Общественность не успокаивалась и на этот раз. Возмущенные письма людей, узнавших в октябре о продаже комплекса под снос, шли в полицию, мэрию, Госдуму. Полетела петиция на имя президента России. Жалобу прокурору направил и депутат Госдумы РФ писатель Сергей Шаргунов. Только после этого полиция зашевелилась, областное Управление по охране объектов культурного наследия, наконец-то (случайно ли, что в последний момент?) «разглядевшее» признаки объекта культурного наследия, возбудило административное дело. Однако проверка, согласно закону, длится 30 дней, а бульдозер куда разворотливее.
Похоже, губернатору Александру Гусеву, как и стоящему за девелоперами депутату областной думы единороссу Александру Цыбаню, да и другим законодателям без разницы, насколько инородными будут высотные «термитники» на фоне уцелевшей исторической застройки старинной улицы, прежней Малой Дворянской, дублера главной магистрали — Большой Дворянской, ныне проспекта Революции.
P.S. Узнав о настроении горожан, губернатор пришел оправдываться в эфире местного телевидения. Но это ничего не изменило. Девелоперы лишь ускорили разрушение, понимая, что никаких серьезных санкций по поводу их вандализма не последует. Кто же таким образом показывает себя врагом отечественной культуры?
