В московском киноцентре «Октябрь» стартовала ретроспектива к 85-летию классика отечественного кино Андрея Кончаловского. Открыла киномарафон «История Аси Клячиной, которая любила, да не вышла замуж». Черно-белая картина, снятая в 1967 году, но тогда же положенная на полку и впервые показанная зрителям только в перестроечные годы, выходит на экраны.
Для молодого режиссера Андрея Кончаловского «Ася Клячина» стала второй его работой. До этого он снял в Киргизии поэтичную и яростную картину «Первый учитель» по повести Чингиза Айтматова. Та лента принесла ему призы в Венеции, Риме и на Всесоюзном кинофестивале в Киеве. Кроме того, в качестве сценариста Кончаловский успел к тому времени поработать с Тарковским над фильмами «Каток и скрипка», «Иваново детство», «Андрей Рублев». Так что периода ученичества у него, по сути, не было: в наше кино после окончания ВГИКа сразу пришел зрелый мастер.
Для своей второй картины Кончаловский выбрал сценарий Юрия Клепикова из деревенской жизни. История бескорыстной, жертвенной любви беременной хромоножки Аси Клячиной к непутевому и, в сущности, глубоко равнодушному к ней шоферу Степану, к удивлению многих, тронула душу горожанина и рафинированного эстета Кончаловского. Он загорелся этим замыслом, невзирая на скепсис ближнего круга и киношного начальства. Но когда дело дошло до выбора актеров, обнаружилось, что роли словно заранее расписаны на определенных исполнителей: эта — для Мордюковой, эта — для Рыбникова. А режиссер решил сломать стереотипы. По городам и весям были отправлены ассистенты с задачей найти на роли народные типажи.
В итоге в фильме оказались только две профессиональные актрисы: Ия Саввина, только что сыгравшая даму с собачкой в экранизации чеховского шедевра и согласившаяся поселиться на время новых съемок в деревенской избе, стать хромоножкой Асей, и неизменно органичная Любовь Соколова в одной из ролей второго плана. Да еще кинорежиссер Александр Сурин с внешностью записного ловеласа точно попал в образ Степана — первого парня на деревне, которому смертельно надоело женское внимание. Остальные роли не сыграли, а прожили на экране самые простые люди.
Всего в съемках, которые прошли в селе Кадницы Горьковской области, было занято более 40 непрофессиональных исполнителей. Суздальский электрик Геннадий Егорычев, сыгравший влюбленного в Асю горожанина Сашу Чиркунова; низкорослый, горбатенький председатель колхоза; беспалый, ставший на войне инвалидом бригадир; отсидевший 8 лет в ГУЛАГе дед Тихомир; механизаторы, работники тока, поварихи, солдаты близлежащей воинской части — все они стали украшением фильма.
Снимали их репортажно, в документальной манере — двумя-тремя камерами и с синхронным звуком. Они произносили свои собственные, выстраданные монологи и реплики: о любви, о пережитой войне, о лагерной жизни. Все это как бы отодвинуло на второй план мелодраматические перипетии сюжета и принесло на экран доселе невиданную в нашем кино, не отлакированную стихию народной жизни. Тяжелый труд от зари до зари, убогие вагончики, в которых люди ютятся во время жатвы, черные от пота и грязи майки, непричесанный, ядреный людской говор — все это было на экране внове.
«Мое подсознательное желание зафиксировать в «Асе Клячиной» правду человеческого существования, как я теперь понимаю, было абсолютным вызовом обществу, давно привыкшему ко лжи, — вспоминал впоследствии Андрей Сергеевич. — Правда вообще была исключена из обихода искусства, даже кинодокументалистики. Потому картину и восприняли как революцию. Потому Смоктуновский на премьере в ленинградском Доме кино прямо на сцене встал передо мной на колени. Потому со Шкловским на просмотре в момент сцены похорон деда случился сердечный приступ. Потому же картину и запретили».
На дворе стоял 1967-й, год 50-летия Октября. В искусстве к этой дате устроили форменную чистку. Искали крамолу даже там, где она не ночевала. В 1966-м запретили «Скверный анекдот» Алова и Наумова по рассказу Достоевского. В 1967-м положили на полку «Комиссара» Аскольдова и остановили запуск «Агонии» в постановке Элема Климова. В 1968-м невинной жертвой пала «Интервенция» Геннадия Полоки, потом наступил черед «Проверок на дорогах» Алексея Германа...
Начались бесконечные придирки и по отношению к бедной «Асе». Дескать, почему на экране все герои — уроды? Один горбатый, другой беспалый, а героиня хромая? Неужели в светлой советской яви нет здоровых, красивых людей? Из Чехословакии тем временем веяло дыханием Пражской весны. Тогдашний председатель КГБ Семичастный сказал как отрезал: «Асю Клячину» мог сделать только агент ЦРУ«. Лента была недолго показана в изрезанном виде под глумливым названием «Асино счастье», затем прочно легла на полку.
«Мою картину критика не уничтожила, и общественное мнение не уничтожило, — писал по этому поводу Кончаловский. — Ее запретила власть. И я был в эйфории, потому что я стал диссидентом на время. Я не страдал абсолютно. Когда ты запрещенный художник, все на тебя смотрят с уважением. Все же понимают, что это такое...»
Подлинная премьера «Аси» в авторском варианте состоялась только через 20 лет, в перестроечном 1987 году. Вернула ей права гражданства Конфликтная комиссия Союза кинематографистов СССР, которую возглавил киновед Андрей Плахов. Вышедшая на экраны «Ася Клячина» триумфально победила на Всесоюзном кинофестивале в Баку, завоевала две «Ники» (за лучшую режиссуру и лучший сценарий), получила спецприз на фестивале авторского кино в итальянском Пезаро. А в 1990-м создатели фильма были удостоены Госпремии РСФСР.
«Грустно, конечно, что фильм поздно вышел, через 20 лет. Он еще тогда прямо сразу обошел бы все экраны мира. Я уверена в этом», — говорила в то время исполнительница главной роли Ия Саввина, которая очень любила свою грешную и святую хромоножку Асю. Актриса, правда, позже отказалась сниматься в фильме Кончаловского «Курочка Ряба» — своеобразном продолжении «Аси Клячиной», сочтя едкий, эксцентричный сценарий клеветой на русский народ. Вместо Саввиной в фильме снялась отважная Инна Чурикова. Но это, впрочем, тема для отдельного сюжета.
Вместо послесловия
К сегодняшнему дню на счету Кончаловского около четырех десятков фильмов, игровых и документальных, десятки спектаклей, драматических и оперных, поставленных им по всему миру. К своим 85 годам он словно прожил три жизни: снимал кино в СССР, потом в Америке, куда эмигрировал в 1980 году, потом в постсоветской России, куда вернулся после падения коммунистического режима. Лавры диссидента его больше не прельщают. Он вполне лоялен к нынешней российской власти. Она платит ему взаимностью — его фильмы неизменно получают поддержку у государства и аффилированных с ним структур и фигур. Так, бюджет его фильма «Щелкунчик и Крысиный король» составил более 90 млн долларов, которые в казну не вернулись. За последние десятилетия Кончаловский трижды получал престижные призы на Венецианском фестивале, его фильмы трижды выдвигались от России на «Оскар». Но многие критики до сих пор считают скромную черно-белую «Асю Клячину» его главной и лучшей картиной.
