В начале этого сезона московских театралов взбудоражила весть о том, что из репертуара МХТ им. Чехова убирают спектакль Константина Богомолова «Идеальный муж», созданный в 2013 году. Он пользовался популярностью у зрителей, остроумно и тонко высмеивал пороки российского «высшего света» – государственных чиновников, бизневумен, эстрадных исполнителей. Но вот недавно Богомолов представил в Театре Наций премьеру «На всякого мудреца», и поклонники режиссера заговорили, что это – новый «Идеальный муж». Так ли оно на поверку?
В новой постановке тема обличений остается главной – это правда, но в последнее время она проходит красной нитью и через многие другие спектакли Богомолова. Как и в «Идеальном муже», в нынешней работе режиссер, взяв за основу сюжет классической пьесы, меняет ее до неузнаваемости, помещая героев в современные реалии. Но интонация «На всякого мудреца» гораздо более жесткая и менее романтическая по сравнению с предшествующей постановкой. В «Идеальном муже» была тема любви – правда, гомосексуальной, но от накала страстей, кажется, искры со сцены летели. В «Мудреце» любви нет вообще, хотя молодых героев предостаточно, да и о сексе речь идет постоянно. Но он здесь – исключительно по расчету у бедных и по зову плоти у состоятельных. В общем-то в этом спектакле объектом едкой сатиры становятся не только богатые и знаменитые, но, кажется, абсолютно все слои общества. Глумов (Кирилл Власов), например, из интеллигентной семьи, его мама – поэт-песенник (ее прототипом могла быть Вероника Долина). Как режиссер относится к этим людям, ясно говорит бегущая строка над сценой, указывающая место действия. В случае с Глумовыми она гласит: «Старая вонючая квартира на Малой Бронной». Тем не менее, мама главного героя – единственная среди всех действующих фигур – производит более или менее приятное впечатление. Конкуренцию ей могла бы составить оппозиционерка, дочь Крутицкого Катя, если бы волей режиссера этот образ не воплощал бородатый мужчина (Александр Волочиенко). Вообще представители сильного пола играют в спектакле почти все женские роли. И как играют: например, чисто выбритый Сергей Епишев в образе той самой глумовской мамаши чрезвычайно похож на немолодую, но очень интересную женщину.
В спектакле несколько сюжетных линий, и все они позволяют сделать вывод: честных людей не бывает. Олигархи воруют, бедные любыми способами стремятся занять место повыше, а оказавшись на нем, поступают так же, как богатые. Состоятельные люди ничего не делают для неимущих просто так, а от благодеяний их чаще всего одни беды. Проявления доброты и человечности опасны, ибо могут слишком дорого стоить. Вот так поддался один из героев, молодой певец, минутному порыву, постоял на пикете рядом с оппозиционеркой, а его закрыли в колонии на несколько лет.
Честно говоря, от подобной позиции автора спектакля становится не по себе. Но за щедрым фейерверком шуток и режиссерских находок, на которые Богомолов мастер, ее мрачность большая часть публики, кажется, не замечает. Спектакль идет три с половиной часа, и они пролетают незаметно. Кстати, в постановке присутствуют цитаты не только из Островского. Герои говорят целыми монологами персонажей Чехова, Достоевского, Шекспира, которые режиссер искусно вплетает в нить повествования. И правда, зачем силиться писать об иных чувствах и явлениях, если это уже гениально сделали великие?! А современных реалий Богомолов, будьте спокойны, добавит. Помните – все лето общество страстно обсуждало «Большую глину № 4» на Болотной площади? В спектакле Мамаева с гордостью демонстрирует Глумовой принадлежащую ей миниатюрную скульптуру какашки, объясняя, что это – современное искусство, автор – известный художник, а произведение называется «Испуг народа №8».
Богомолов прекрасно работает с артистами – в спектакле очень хороши Александр Семчев, Виктор Вержбицкий, Наталья Щукина, а также более молодые Даниил Чуп и Григорий Верник. Игорь Миркурбанов в роли богатой дамы Турусиной столь виртуозен что, кажется, только чтобы посмотреть на него, стоит прийти на этот спектакль.
.jpg)
Богатые супруги Мамаевы (актеры Наталья Щукина и Александр Семчев) вместе только из-за денег
И все-таки постановка вызывает неоднозначные чувства. «Идеальный муж» оставлял хоть какую-то надежду, показывая болезнь лишь части общества. «На всякого мудреца» внушает, что порочны абсолютно все люди, так было, есть и будет, и не в силах человека изменить существующий порядок вещей. Вот с этим утверждением совершенно не хочется соглашаться.
В финале изображена перекличка в колонии строгого режима, на которую, подобно героям фильма Рязанова, опаздывают заключенный певец Курчаев и его бывший благодетель. Все артисты выстраиваются в проходах зрительного зала и откликаются на свои собственные имена. Прозрачный и пессимистичный намек на то, что от тюрьмы да сумы не зарекайся, завершает спектакль, во время которого так часто звучит смех узнавания.
