Труд: И грянет выстрел

Главная Жизнь 00:05 13 Августа 2021 14456

И грянет выстрел

На линии огня вполне законно окажутся животные из Красной книги?

Напечатать

В России открывается очередной охотничий сезон — первый после вступления в силу поправок к законам «О животном мире» и «Об охоте...», вокруг которых идут ожесточенные споры. Зоозащитники и ученые-экологи уверены, что цель изменений — легализовать трофейную охоту на редких животных. Минприроды же заверяет: ни-ни, охота на «краснокнижников» запрещена, ну разве что в исключительных случаях... Ну и что из этого получится?

Фото из открытых источников

В 1865 году, когда Льюис Кэрролл написал «Алису в Стране чудес», птица дронт — тот самый Додо, который вручил девочке в качестве приза ее же собственный наперсток, — была уже существом полумифическим. А двумя веками раньше нидерландский художник Рулант Саверей запечатлел дронта как вполне реального персонажа: на картине «Птичий пейзаж» (1628) он в правом углу.

«Птичий пейзаж» работы Руланта Севери, 1628 год. Фото из открытых источников.

Первыми о птице, не умевшей летать, упомянули голландские моряки, прибывшие на остров Маврикий в Индийском океане в 1598 году. Нежное мясо дронта пришлось им по вкусу, да и охотиться на доверчивых додо было нетрудно. К истреблению подключились привезенные переселенцами кошки и свиньи, разорявшие гнезда на земле. И меньше чем за столетие вид уничтожили.

Еще через сотню лет, когда Международный союз охраны природы выпустил первое издание Красной книги (1963), ученые зафиксировали потерю более сотни видов зверей и птиц. Порой их истребление объяснялось вполне разумными причинами — подобно тем пяти исключительным случаям, что прописаны в упоминавшихся поправках к закону «О животном мире», действующих с 1 августа. У нынешних законодателей это устранение угрозы человеку, охрана здоровья населения, защита от эпизоотий, мониторинг регулирования численности и обеспечение традиционного образа жизни коренных и малочисленных народов. В прошлом же больше упирали на вред урожаю и домашним животным. Да и вообще предпочитали стрелять, а уж потом искать объяснения — если спросят...

Показательна история странствующего голубя, который в XVI-XVIII веках был самой многочисленной птицей на Земле: от 3 до 5 млрд особей! Для коренных народов Северной Америки это был важный продукт питания, второй после дикой индейки. Индейцы бережно относились к «кормильцу», при охоте соблюдали меры предосторожности, чтобы стая не покинула гнездовья. Иное дело пришлые — европейцы с их карабинами и дробовиками. Для массовых заготовок голубя использовались даже пушки, заряженные дробью (помните у Фенимора Купера в «Пионерах»?). А стрельба по голубям стала еще и популярным спортом: в одной из газет Луизианы запечатлена спортивная охота в 1875 году (на рисунке в начале статьи).

Вдобавок ко всему голубей объявили вредителями: они-де уничтожают урожай! Этот фокус чуть раньше проделали с бизонами: дескать, они вытаптывают Великие равнины. Остатки бизонов удалось отстоять. А вот голубь к концу XIX века пропал из дикой природы, а в 1914-м умерла и последняя особь в зоопарке, знаменитая Марта. Пришлось охотникам, чье поголовье, в отличие от беззащитных птиц, стремительно нарастало, переключиться на добычу другого перелетного вида — эскимосского кроншнепа. Через полвека и он разделил судьбу странствующего голубя...

А где же законы? В 1857 году на рассмотрение сената Огайо поступил законопроект о защите странствующего голубя. Но спецкомитет сената его отверг, что неудивительно: большую часть комиссии составляли заядлые стрелки, у двоих было по несколько наградных жетонов, каждый из которых давали за 30 тысяч убитых птиц.

Знакомая картина! У нас в числе инициаторов вышеупомянутых поправок оказались: члены элитного Клуба горных охотников, имеющие бриллиантовый и золотой уровень — свидетельство трофейных охот на снежного барана, винторогого козла мархура, серну и других «краснокнижников».

Фото из открытых источников

Браконьерство и трофейная охота стали главными факторами исчезновения видов. Так произошло с двумя тиграми, балийским и закавказским (на фото). Уничтожение балийского, красавца с шерстью ярко-оранжевого цвета, поставили на поток (на фото слева барон Оскар Войнич демонстрирует добычу). И через четверть века, в сентябре 1937-го, на острове убили последнего тигра.

Не менее драматична история закавказского, или туранского, тигра, одного из самых крупных представителей вида. Ярко-рыжий, обитавший в камышах по берегам рек в Средней Азии, Иране и на Кавказе, веками сосуществовал с местными жителями. Но нашествия русских переселенцев зверь не пережил. Они сами стреляли хищников и устраивали развлечение для приезжих чинов из столиц. Начальник штаба войск Туркестанского округа даже привлекал для этого свой батальон. Слухи в 1883 году дошли до Александра III. «По просьбе населения истребляем хищников», — отрапортовал генерал. Одного из последних «туранцев» убил бывший московский градоначальник Владимир Голицын в 1906 году. Позднее закавказского тигра видели по берегам Амударьи, в заповеднике «Тигровая балка» (последний раз зимой 1954-го). Но с середины прошлого века во всех Красных книгах этот вид обозначается исчезнувшим.

А вот его ближайшего родственника, амурского тигра, кажется, спасли. Спохватились в последний момент. В 1947-м, когда в СССР запретили охоту на него, в Приморском и Хабаровском краях оставалось не больше полусотни особей. Но постепенно ситуация выправляется, особенно после того как в России в 1996 году приняли стратегию сохранения амурского тигра. По переписи-2019 численность популяции на Дальнем Востоке достигла 580 — оптимальный уровень для уссурийской тайги. Однако амурский тигр остается в числе наиболее охраняемых. В Китае, например, за его убийство полагается смертная казнь. У нас помягче: за отстрел тигра, как и алтайского горного барана, дальневосточного леопарда, снежного барса, белого медведя, сайгака, зубра (эти «краснокнижники» чаще всего становятся объектами незаконной охоты) положено до семи лет тюрьмы и штраф до 2 млн рублей. Конечно, если нет разрешения Росприроднадзора, выданного по причине «исключительного случая»...

Вместо послесловия

А напоследок казус с амурским тигром, точней, с его изображением на гербе Иркутска. На фото слева — самый первый герб, утвержденный Екатериной II в 1790 году: «В серебряном поле щита бегущий тигр, а в роту у него соболь». Следующий же раз, когда на утверждение пришел герб Иркутской губернии (уже в 1878-м, при Александре II), в описании вместо «тигр» указали «бабр», что на сибирском наречии тот же тигр. Но чиновник герольдии поправил «бабр» на «бобр», посчитав это опечаткой. Пришлось художнику-геральдисту поломать голову: как же изобразить бобра с соболем в зубах. Получилось то, что мы видим на фото справа, — мифическое существо, «геральдический бабр». Который, кстати, и по сей день украшает герб Иркутска, хотя в 1996 году опечатку «про бобра» и поправили. Это ли не пример устойчивости вида!

Фото из открытых источников

Жизнь 19:01 / 10 Октября 2026 11498

О чем я подумала, когда машина летела в озеро

В моем детстве простые вещи запоминали сразу - на то они и простые

Гузель Агишева

Труд

Забыла наушники, а за окном темень, ничего не видно, так что высматривать что-то и отвлекаться не получается. Двери вагона на шарнирах — каждый входящий и выходящий энергично их распахивает...