Труд: Когда дуб «дает дуба»

Главная Культура 20:04 14 Мая 2022 8364

Когда дуб «дает дуба»

Реставрационным мастерским Русского музея - 100 лет

Напечатать

За сто лет реставраторами Русского музея накоплен бесценный опыт. Фото ГРМ

Об «Оргии» Котарбинского мало кто из сегодняшних россиян слышал хотя бы краем уха. Почти сто лет была скрыта от глаз соотечественников масштабная картина русского художника польского происхождения на популярную у академистов «римскую» тему. Между тем в 1898 году на академической Весенней выставке в Императорской Академии художеств ее с восторгом приняла публика, и она поступила в Русский музей. Где вскоре после революции 1917-го была накатана на вал, а потом отправлена в запасники.

Суровые ли нравы той поры не позволяли вернуть «Оргию» публике или иные причины, теперь уже не суть. Важно, что специалисты о ней не забыли. И, готовясь к нынешнему масштабному проекту «Сохраняя историю», сделали возрожденное полотно одним из главных героев выставки, посвященной столетию Службы реставрации музейных ценностей Государственного Русского музея.

В экспозиции, открывшейся в корпусе Бенуа, что на канале Грибоедова, представлены живопись, графические работы, иконы, предметы декоративно-прикладного и народного искусства, скульптура — всего 330 самых интересных с реставрационной точки зрения работ. Эти произведения были восстановлены в разные периоды, что, по замыслу организаторов, позволяет понять, как менялись способы исследования, совершенствовались технологии реставрации.

Помимо собственно выставки возрожденных культурных ценностей в рамках юбилейных событий проходят показы фильмов, посвященных истории реставрационной службы крупнейшего в мире собрания русского искусства, мастер-классы для детей и взрослых...

Многие из представших здесь «биографий» произведений — в полном смысле истории жизни и смерти — и снова жизни. Ведь до попадания в руки реставраторов эти картины, скульптуры, художественные изделия пребывали в состоянии медленного, но верного умирания. «Медицинская» терминология неслучайна. Чтобы убедиться в этом, достаточно назвать хотя бы один из 13 (плюс два вспомогательных) отделов Службы реставрации — химико-биологический. Его сотрудники говорят на полном серьезе: «Играем роль клинической лаборатории при поликлинике». Пробирки всевозможных размеров для детального изучения материалов, с которыми предстоит работать мастерам, — наглядная тому иллюстрация.

Буквально накануне открытия выставки «Сохраняя историю» завершилась четырехлетняя реставрация богато инкрустированного бюро с цилиндрической крышкой. Выгравированное внутри имя автора Иоганна Коля, изготовившего вещь, судя по той же надписи, в Санкт-Петербурге в 1779 году, прежде специалистам не встречалось. Чтобы понять, какие материалы им использовались, и подобрать подходящие для восполнения утрат, химики Русского музея досконально исследовали то, что сохранилось. Выяснилось, что при создании наборного бюро использовались розовое дерево, сандал, палисандр, некоторые другие редкие породы древесины, прекрасно пережившие минувшие века. А вот северный дуб, пошедший на боковины, в отличие от южного, более жесток, почти всегда кривослоен, плохо держит форму, а при высыхании дает трещины. Что и случилось с дорогим во всех смыслах, включая исторический, предметом.

К слову, приобрел его Русский музей в 1965 году. Тогда же была предпринята попытка узнать историю вещи. К расследованию подключились историки мебели, но удалось им, к сожалению, немногое. Имя Коля обнаружилось лишь еще один раз — в 1785 году он участвовал в конкурсе на изготовление резного иконостаса Александро-Невской лавры. Ждет разгадки и монограмма предполагаемого заказчика на крышке бюро: две сплетенные буквы «НД».

Практически каждая работа сотрудников Службы реставрации — это расследование: истории предмета, материалов, утраченных фрагментов, наслоений поздних эпох. Так было и с «Оргией» Котарбинского. Когда специалисты отдела станковой живописи сняли полотно с вала, оно являло собой плачевное зрелище. В частности, из-за того, что в 1926 году его заклеили с лицевой стороны, пытаясь спасти от осыпания верхнего красочного слоя, не тонкой папиросной бумагой, а оберточной, да еще и низкого сорта — за неимением, видимо, иного. Из-за долгого хранения в накатанном виде обертка пожелтела, окислилась, прилипла к краске, казалось, намертво. Как результат — расслоение живописи.

«Изображение практически не просматривалось, — рассказывает «Труду» Ольга Кленова, художник-реставратор высшей категории. — Многочисленные утраты верхнего красочного слоя разрушили контуры фигур, раздробили сюжет. Впервые для нас живопись оказалась не на картине, а на бумаге. Даже о названии картины мы узнали лишь благодаря надписи на валике. Только после этого смогли выяснить, кто ее автор, когда написана. Ушло на реставрацию восемь месяцев ежедневной кропотливой работы. Использовали мы, в частности, метод инъекции, впрыскивая шприцем необходимый раствор внутрь ткани полотна. Сажали на место специальным клеем разлетевшиеся кусочки живописи, прессовали...»

Я поинтересовалась у Ольги Юрьевны (прежде занимавшейся реставрацией таких известных произведений из коллекции Русского музея, как «Портрет князя Е.Г. Гагарина ребенком» Кипренского, «Серия из четырех картин на стеклах» Кандинского и многих других), сколько человек восстанавливали масштабное полотно. Ведь «Оргия» — самая большая картина нынешней экспозиции, ее размеры 3×5 метров. Один человек вряд ли бы справился за неполный год. Выяснилось: их было трое — Марат Дашкин, Наталия Романова и Мария Солдатенкова. Двое последних вместе с Кленовой возрождали в 2019-м «Святую Русь» Нестерова. Эта их работа была отмечена номинацией на премию «Реставрация года» редакции газеты The Art Newspaper Russia.

Остается добавить, что реставраторы Русского музея высоко котируются за рубежом. Прежде всего благодаря своей школе, традициям и собственному стилю, в основе которого использование натуральных материалов и бережное отношение к первоисточнику. На «том берегу» склоны применять акриловую синтетику, большую палитру лаков (а они содержат небезвредные для картин синтетические составляющие). На нашем — материалы обратимые, которые легко убрать, не повредив авторской живописи. Там в реставраторы идут, как правило, химики, искусствоведы, фотографы. Здесь — профессиональные художники, разбирающиеся в тонкостях живописи, ваяния, прикладных видов искусств.

P.S. Продлится выставка «Сохраняя историю» до 18 июля.

Напечатать

Культура 13:36 / 21 Мая 2026 20284

Что будет с Кижами? Нет нам ответа

В редакцию поступило письмо музея-заповедника «Кижи» с комментарием к опубликованной в «Труде» статье «Взять и заколотить Кижи». Приводим этот текст для полноты картины

Василий Соболев

Построенная в 1714 году церковь Преображения Господня остаётся без надежной системы пожаротушения

«3 марта 2026 г была опубликована статья «Просто взять и заколотить Кижи» Ирины Смирновой. Музей-заповедник «Кижи» полагает необходимым заявить, что информация, содержащаяся в данной публикации, не соответствует...