На этой неделе подавляющее большинство россиян не стали праздновать Всероссийский день трезвости. Хотя он появился в календаре еще 110 лет назад, вернулся к нам в 2005 году, после чего был снова забыт. Между тем министр здравоохранения Михаил Мурашко отрапортовал о снижении потребления алкоголя в 2022 году на 5% в сравнении с доковидным 2019 годом. Можем ведь, когда захотим!
Впрочем, сегодня зеленый змий летит обратно. И норовит охмурить молодежь. По сообщению Росалкогольрегулирования, последние пару лет винно-водочные продажи в лицензированной рознице снова растут — на 4% к прошлогодним. В текущем году общая прибавка ожидается в количестве 4 млн декалитров — по граненому стакану с лишним на каждого россиянина, включая грудных младенцев.
Учтем, что эта статистика дает цифры по общему объему алкогольных напитков крепостью свыше 9%. Которые опасны так же, как водка: молодой организм быстрее «осваивает» слабоалкогольную выпивку. А еще ведомство оптимистично объясняет нынешний рост «устойчивым трендом последних лет по обелению рынка» — мол, борьба с самогонщиками приносит долгожданные плоды.
Доволен и Минфин: продукт приобретается в легальной торговле — следовательно, государство имеет с него свой профит в виде акцизного налога 613 рублей за каждый выпитый населением литр спирта. Но независимые эксперты предупреждают об отдаленных последствиях: если санкционный режим Запада приведет нашу экономику к дальнейшему снижению доходов от нефтегазовой торговли и росту дефицита региональных бюджетов, потребность в алкогольных акцизах увеличится. К чему это может привести, нетрудно догадаться.
Но пока грех жаловаться: зависимость регионов от акцизов держится в диапазоне 3-3,5%, среднедушевое потребление горячительных напитков (в расчете по чистому этанолу), по официальным данным Росстата, не превышает 9 литров в год вместо почти 16 литров в 2008 году (оценка Минздрава РФ), а число умерших от алкогольного отравления уменьшилось почти впятеро по сравнению с пиковым уровнем 2003 года — с 45 тысяч человек до 9,3 тысячи.
Еще можно гордиться отсутствием России в топ-10 самых пьющих стран мира, составленном Global Drug Survey по результатам глобального социологического исследования 2021 года. Тогда самой пьяной страной мира оказалась Австралия, жители которой в среднем напиваются по 27 раз за год, что почти вдвое превышает среднемировой показатель (14,6 раза). Под словом «напиваться» исследователи имели в виду состояние опьянения, при котором «физические и умственные способности ослаблены до такой степени, что наблюдаются нарушения речи и равновесия, а ваша способность говорить и держать себя явно меняется, что замечают другие люди». То есть рейтинг мудро составлялся не по «потреблению», а по «злоупотреблению» алкоголем.
Вслед за Австралией в топ-10 вошли Дания и Финляндия, жители которых напиваются в среднем по 23,8 раза в год, США (23), Великобритания (22,5), Канада (22), Ирландия (20), Франция (17,5), а также Швеция (16) и Нидерланды (15,7). А России там нет!
Это не значит, что наша страна вдруг стала малопьющей. В свежем рейтинге Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), составленном по уровню потребления алкоголя, мы заняли 6-е место с потреблением 11,5 литра в год на жителя, пропустив вперед Белоруссию (14,5), Литву (12,9), Гренаду (11,9), Чехию и Францию (по 11,8). Позади нас остались Ирландия (11,4) и Германия (11,3), Польша (10,9) и США (8,7). То есть пьем, но не пьянствуем? Но, во-первых, данные ВОЗ почему-то сильно отличаются от внутрироссийской официальной статистики. Во-вторых, независимые эксперты утверждают, что в стране около 28 млн человек испытывают проблемы, связанные с алкоголизмом и алкогольной зависимостью, а это каждый пятый россиянин. В-третьих, вопреки данным Росалкогольрегулирования о легальных продажах спиртного по 9 литров алкоголя на душу населения, региональная статистика показывает, что жители Сахалина в прошлом году выпили по 12 литров, а Магаданской области — по 11,4, Коми — по 10,6, Чукотки — по 10, Карелии — по 9,6 литра. Соответственно эти регионы лидируют и по нервно-психическим заболеваниям, связанным с пьянством.
Впрочем, эксперты Центра исследований федерального и регионального рынков алкоголя (ЦИФРРА) объясняют высокий уровень употребления алкоголя на Севере спецификой регионов с холодным климатом, где традиционно предпочитают крепкие напитки. А в Норильском промышленном районе еще в советские времена работала специальная экспедиционная группа медиков Сибирского отделения Академии наук СССР, изучавшая состояние здоровья местного и приезжего населения. На пресс-конференции, которую академики устроили перед отъездом, было сказано: «Конечно, это не для пропаганды и даже, наверное, не для широкого распространения. Но наши исследования показали: в меру выпивающие жители Крайнего Севера болеют значительно меньше непьющих...».
Вам смешно? Но сегодня в страну стучится другая беда. В июне новосибирский Минздрав озвучил чудовищную цифру: в этом благополучном по всем показателям российском регионе за год на 18,2% выросло количество подростков с официально подтвержденным алкоголизмом. Врачи утверждают, что нашли причину — подростковое увлечение слабоалкогольными и сильногазированными коктейлями. Начинающие пьяницы воспринимают их как безвредный лимонад, хотя вреда от него больше: алкоголь поступает в кровь намного быстрее, а привыкание к нему формируется всего за год, тогда как у взрослых алкоголизм переходит в хроническую стадию за 5-10 лет.
Страна наша не подготовлена к новому явлению, хотя тревожные сигналы раздаются давно и повсеместно. Но по детскому алкоголизму у нас нет даже достоверной статистики. Минздрав еще в 2016 году сообщал о 60 тысячах подростков, состоявших на учете в наркодиспансерах как склонные к алкогольной зависимости. Ныне эксперты проекта «Трезвая Россия» утверждают, что за пять лет число таких несовершеннолетних младоалкоголиков возросло более чем на 60%. Из десяти на официальный учет ставится лишь один...
Дети пьют не только коктейли. Прогремевшее на всю страну июньское массовое отравление алкогольным суррогатом «Мис-тер Сидр» в Ульяновской и Самарской областях было случайностью: изготовители вместо этилового спирта добавили в свое пойло краденый метанол — сильнейший яд. Но производимый повсеместно и подкупающий своей дешевизной прохладительный напиток изначально, по рецепту, должен содержать в себе алкоголь — отраву для подростков — с концентрацией до 8,5% и даже до 12%, то есть втрое выше, чем в пиве. И никаких запретов на продажу его несовершеннолетним не было и нет. Пиво вроде бы нельзя, а сидр — пожалуйста!
И если бы только сидр. В июле Национальный союз защиты прав потребителей проанализировал состав квасов, приобретенных для проверки в крупнейших торговых сетях, в числе которых «Магнит», «Пятерочка», «Лента», «Верный» и «Азбука вкуса». Удалось выяснить, что треть образцов имеет нарушения по составу напитков — и прежде всего трехкратное и более превышение доли спирта, которая не должна быть выше 1,2%. Но изготовители и продавцы знают: «проспиртованный» квас пользуется повышенным спросом и распродается быстрее. Вот и наращивают продажи напитка, приучающего детей к алкоголю. Детки растут — и дозы растут.
Недавно в Санкт-Петербурге 16-летний подросток умер, отравившись алкоголем на дне рождения ровесника. Все произошло очень буднично: трое парней (одному 15, двоим по 16 лет) и 14-летняя девочка собрались, чтобы отметить день рождения старшего в компании. Купили водку и вино, смешали, глотнули самодельного «коктейля». После чего одному из парней и девочке резко поплохело. Приехавшая скорая госпитализировала собутыльников, но у парня алкогольное отравление вызвало сердечный приступ, врачи его спасти не смогли...
Здесь два вопроса. Первый: кто продал подросткам водку и вино? Второй: кто и когда приучил ребят к «слабоалкогольным коктейлям»?
Нынче в России возраст «разрешенного пьянства» — 18 лет. Хотя еще три года назад Минздрав подготовил законопроект о запрете на продажу алкогольной продукции крепостью более 16,5% лицам моложе 21 года. В пояснительной записке медики написали: «В период до этого возраста головной мозг более уязвим к различным внешним воздействиям, особенно к химическим отравлениям (алкоголь, наркотики и другие психоактивные вещества, токсины)». Исследователи сослались на зарубежный опыт возрастного ограничения продажи алкоголя во многих странах. Законопроект, однако, не прошел по «несоответствию» с законом о всеобщей воинской обязанности: мол, почему держать в руках автомат можно с 18 лет, а бутылку — лишь с 21 года?
Сегодня история повторяется: имеются и сторонники законопроекта, и противники. Но пришло другое время, а с ним и «другое пьянство». Красивое, «как в лучших домах». «Западная алкоголизация, при тех же объемах потребления, красивая, — сравнивает руководитель Центра исследования алкогольного рынка Вадим Дробиз. — Потому что алкоголь стоит там дешево, его там пьют даже бомжи. И никто не покушается на настойку боярышника. В России на пособие по безработице можно купить в магазине 20 бутылок водки, а в западных странах — 200. Там основная масса алкоголя выпивается в барах и ресторанах (около 40%), а у нас — всего 3%».
В нашей стране и нынче суррогатный алкоголь потребляют около 12,5 млн человек, гласит исследование. Но переход на «барную культуру потребления» идет очень быстро. Главная примета перемен: исчезновение вытрезвителей для взрослых пьянчуг из российских городов — в них более нет нужды.
Но не придется ли нам взамен создавать алкогольные психушки для внуков?
