У Алексея Германа-младшего — короткий перерыв в съемках новой картины «Под электрическими облаками», и по пути из Одессы в Петербург, куда режиссер поехал доснимать основную часть фильма на студии «Ленфильм», он сделал остановку в Москве. В беседе с корреспондентом «Труда» Алексей Алексеевич объяснил, почему в наше время, как он считает, хороших картин снимается меньше, чем в советское, и назвал тех, кто мешает кинопроцессу в стране и его родном городе.
— Андрей Кончаловский на недавнем открытии выставки «Тарковский: Space», посвященной
— Как мне кажется, Тарковский не мог не думать о том, чтобы снять современную картину. Возможно, он не знал, как ее снять. Этот конфликт свойствен многим великим художникам, которые больше, чем свое время, и у которых понимание эстетики шире и глубже, чем эстетика современности. Очевидно, что Тарковский в своем стремлении говорить об этом большем не боялся слыть бунтовщиком. И за это его многие не любили. Если продолжить тему времени, то для Андрея Арсеньевича важно было успеть за свою жизнь как можно больше сделать. Я сам не всегда успеваю за реальным временем и не очень его люблю. Боюсь в нем раствориться — и поэтому придумываю своего рода параллельное время, которое как бы и настоящее, но при этом только мое.
— Во время работы вы склонны торопить события или же стараетесь делать все в размеренном темпе?
— Над картиной «Под электрическими облаками» мы работаем вместе с моей женой Леной (она сопродюсер) и как раз ругаемся
— Что ж, миром испокон века правит закон «время — деньги». Еще лет 25 назад Россия тщилась считать, что ей он не писан, но теперь и мы — часть мирового сообщества.
— Во время перестройки нам объяснили: надо снимать быстро, как американцы. Но дело в том, что американцы снимают фильмы
— Две из 11 новелл вашего будущего фильма снимались в Одессе. Довольны ли вы сотрудничеством с украинскими партнерами?
— На мой взгляд, на Украине очень хороший глава Агентства по вопросам кинематографии — Екатерина Копылова, которая правильно связывает будущее украинского кино с подготовкой кадров, с интеграцией в мировой кинопроцесс. Конечно, нужно снимать не только сериалы и рекламу, чтобы появились новые кадры, свежий взгляд и, как результат, хорошие фильмы. Набирает авторитет Одесский международный фестиваль, да и старейший украинский смотр — международный фестиваль дебютного кино «Молодость», к счастью, жив. Замечу, что в России настоящих, серьезных фестивалей не так уж и много.
— Говорят, судьба
— Ни моего отца Алексея Германа, ни Александра Сокурова, ни Андрея Плахова (известного кинокритика, отборщика прошлого кинофорума. — «Труд»), судя по всему, уже не будет на этом кинофоруме. Лично я не очень хорошо понимаю, как будет функционировать международный фестиваль без режиссеров, чьи картины попадали в конкурсы фестивалей класса «А». Не новость, что Дмитрий Месхиев поругался не только с кинематографической общественностью Петербурга, но и с театральной. Яркий пример — ситуация с режиссером Юрием Бутусовым (которого, по сути, вынудили отказаться от поста художественного руководителя Театра им. Ленсовета, так как в противном случае комитет требовал от него отказаться от постановок в других театрах. — «Труд»). Может ли возглавлять культурное ведомство города человек, у которого испорчены отношения с большим количеством выдающихся режиссеров, а среди них не только Алексей Герман с Александром Сокуровым и Юрием Бутусовым, но и Андрей Могучий, Валерий Фокин? При всем моем уважении к Дмитрию Месхиеву как к режиссеру, он не участвовал в серьезных культурных событиях за пределами России (фильм Месхиева «Свои» получил приз Московского международного кинофестиваля, в заграничных же фестивалях участвовал в основном в информационных показах. — «Труд»), а следовательно, просто не знает, по каким законам развивается кинематограф в мире. Боюсь, что после известной попытки распродажи «Ленфильма», против которой выступили многие известные петербуржцы, часть чиновников Смольного намерена отомстить тем, кто пытается спасти студию. Кстати, замечу: мы работаем на базе «Ленфильма» во многом затем, чтобы на ней продолжалась творческая жизнь, хотя могли бы снимать в любом месте. И сегодня на «Ленфильме» все не так уж плохо.
— Недавно Борис Акунин на встрече с читателями сказал про сегодняшних россиян, которых сравнил с советскими людьми: «Мы стали лучше».
— На мой взгляд, мы не стали лучше. Культурный подъем
— Алексей, простите, а лично вы знаете, какую мысль сегодня необходимо дать людям в качестве пищи для размышлений?
— Самый плохой кинематограф — это умозрительный.
— Какие же фильмы вам нравятся?
— Свой взгляд на мир, например, у Сергея Лозницы, и он имеет на него право. Я даже поругался с публицистом одного модного портала
— Алексей, в настоящий момент вы очень напоминаете счастливого человека. Не опасно ли это состояние счастья, умиротворения для создания нового фильма? У некоторых художников лучше получается, когда они злые, недовольные, голодные.
— Еще недавно я был очень недобрый. А сейчас просто недельку удалось отдохнуть. Если серьезно, нельзя быть постоянно злым и несчастным, потому что это приводит к душевному уродству. Но страх, точнее, боязнь сделать плохо обязательно должны оставаться.
От редакции
Мы надеемся, что Комитет по культуре
Личное дело
Алексей
Родился в 1976 году в Ленинграде, сын кинорежиссера Алексея Германа и сценариста Светланы Кармалиты.
Окончил в 2001 году ВГИК. Снял фильмы «Последний поезд» (2003), «Garpastum» (2005), «Бумажный солдат» (2008, «Серебряный лев» Венецианского фестиваля) и другие.
