Труд: ВИКТОР КРЕСС: ТОМИЧИ ПИТАЮТСЯ НЕФТЬЮ И ГАЗОМ

Главная Жизнь 01:01 18 Августа 2000 188

ВИКТОР КРЕСС: ТОМИЧИ ПИТАЮТСЯ НЕФТЬЮ И ГАЗОМ

В Томской области экономика базируется на трех "китах": нефти, газе, электроэнергии. Несомненно, успех зависит от грамотной политики в топливно-энергетическом комплексе, от тесного взаимодействия субъекта Федерации с Центром. О ситуации в региональном ТЭК

Иванкова Евгения

Напечатать

- Виктор Мельхиорович, бюджет области более чем на треть формируется за счет нефти. Полагаю, что вам, как и многим вашим коллегам-губернаторам, приходится воевать с нефтяными магнатами за каждую бюджетную копейку.
- Было дело, конфликтовали с ЮКОСом - хозяином Восточной нефтяной компании. Период активных "боев" начался пару лет назад, когда пришли на ВНК новые собственники. Но вскоре поняли, что "война" не приносит пользы никому. Понимание это было взаимным. Сейчас работаем в режиме сотрудничества.
Это вовсе не значит, что мы, как говорится, "легли" под ЮКОС. Продолжаем настаивать на том, что мало они нам пока платят, насчитывают налоги с низкой корпоративной цены. Такая проблема существует не только у нас, а и в целом по стране. По нашему налоговому кодексу компаниям не запрещено вести налогоисчисление именно таким способом: не с рыночной цены нефти, а с корпоративной. Если бы налоги отчислялись с рыночной, другое было бы дело. Мы докопались "до корней" и поняли, что в таком положении заинтересована в первую очередь центральная власть. Потому как, недоначисляя нам, федеральный бюджет имеет возможность брать больше с олигархов. Не случайно акцизная политика ужесточается. Было бы понятно, если бы часть акцизов оставалась за территорией, но все акцизы с нефти идут именно в федеральный бюджет.
Так что чем больше денег от нефтяников поступает в Москву, тем меньше остается территориям. При такой политике могут выжить без особых проблем лишь те регионы, где нефти много. Ханты-Мансийский автономный округ, например. У нас нефти меньше, хотя эта отрасль для области и является бюджетообразующей. Сейчас повышаются акцизы на бензин. Это ударит не только по потребителям, но и по территориям, где добывается "черное золото". Федеральный бюджет возьмет с нефтяных компаний больше, а те, в свою очередь, будут искать юридические лазейки недоплатежей территориям.
- Ситуация понятна. А есть ли у вас "пилюля от головной боли"? Ведь не все же виноватых искать да на жизнь пенять.
- Да мы в принципе в жилетку не плачемся. У нас есть вполне конструктивные предложения. По нефти, да и не только по ней, на мой взгляд, должна быть совершенно иная система налогообложения. Я являюсь сторонником налога с добытой тонны - так называемой ренты. Добыли тонну нефти - заплатили по фиксированной ставке. В зависимости от мировой цены ренту можно менять. Раз в год, например, чтобы производителей, добытчиков не загубить. Скажем, добыли тонну - 40 процентов в федеральный бюджет, 30 процентов - в областной, столько же - в районный.
Можно и другие соотношения рассмотреть. В этом случае все бы было понятно. А так получается, когда компании-собственники вертикально интегрированы, офисы их находятся в Москве, вся статистика там проходит, мы на территории не знаем, что фактически происходит в нефтяном бизнесе на нашей территории. Перед нами никто по закону не отчитывается. И мы вынуждены ситуацию постоянно "догонять".
Есть у нас программа, согласно которой мы должны существенно увеличить добычу нефти. Томская область традиционно добывает ее в пределах 6 - 6,5 миллиона тонн ежегодно. Планируем года через три выйти на 10 миллионов тонн, а дальше - с пуском трубы на Китай - увеличить добычу до 14-15 миллионов тонн. Сырьевая база региона это позволяет.
- Выходит, что если бы к вашим предложениям прислушались в правительстве да ЮКОС реализовал их на практике, Томская область зажила бы припеваючи?
- Расцвела бы, в этом я убежден.
- Если продолжить нефтяную тему, то, насколько я знаю, одна из забот нефтяников - так называемые малодебитные скважины...
- Правильно подметили. Сегодня у нас несколько сотен скважин либо не работают вовсе, либо низкорентабельны. Это предмет постоянных переговоров с собственниками. Понятно, что ЮКОС отстаивает свои интересы. Нам говорят: давайте с этих скважин совсем налоги не брать, тогда мы их запустим в оборот. Я был бы согласен, если бы так же поступил федеральный бюджет. А то получается, что на малодебитных скважинах начнется добыча, мы от налогов откажемся, а федеральный бюджет - нет. Тогда мы в убытке. По малодебитным скважинам на федеральном уровне политика должна быть иная. Есть у нас предложение сделать такие низкорентабельные скважины своего рода социальными предприятиями. Бог с ней, с прибылью, главное, чтобы месторождения помогали обеспечивать решение социальных вопросов. Пусть малодебитные "кормят" тех, кто живет и работает в той местности.
- Малодебитные скважины - это примерно то же, что и нерентабельные, дотационные угольные шахты. Но нефтяники дотаций не имеют...
- Считается, что мы должны за счет рентабельных скважин все убытки покрывать. В целом у нефтяной отрасли по сравнению с угольной рентабельность более высокая. Поэтому подход федеральной власти, отказывающей нефтяникам в дотациях, в общем-то понятен. Но, с другой стороны, те люди, которые сегодня эксплуатируют высокорентабельные месторождения, задаются вопросом: почему мы должны кого-то "со стороны" кормить?
- Нефть - не единственный ресурс Томской области, есть еще газ, который приносит вам, кажется, меньше головной боли. По крайней мере объемы добычи "голубого топлива" в области наращиваются, как прежде говорили, ударными темпами.
- Да, в этом году добудем газа даже выше потребности области. Здесь у нас хорошая перспектива. Через несколько лет выйдем на добычу 9-10 миллиардов кубометров в год при потребности области в пределах двух миллиардов. Даже если придем с газом во все населенные пункты области, а их более 600, то и тогда потребность не превысит трех миллиардов кубов. Если соберемся дополнительно перерабатывать газ и переведем на него ТЭЦ "Сибхимкомбината", то максимум через 20 - 30 лет область станет потреблять четыре миллиарда кубометров "голубого топлива". Так что семь миллиардов -это товар для кемеровчан, алтайцев, новосибирцев.
Что касается газификации наших населенных пунктов, то в прошлом году газ провели в 660 квартир, в этом планы посолиднее. Также "под газ" должны переоборудовать 12 котельных. Помимо того, что газ пока дешевле угля, это совершенно новое качество жизни.
- Но ведь по ряду объективных причин добыча газа снижается. Газпром справедливо призывает к экономии, а у вас, получается, все наоборот.
- Я бы не сказал, что мы идем вразрез с Газпромом. У нас с дочерним предприятием этой компании - "Востокгазпромом" - разработаны такие условия сотрудничества: рубль вкладывает территория, второй рубль - газовики. Так, в нынешнем году мы запланировали под газификацию 104 миллиона рублей. 41 миллион вкладывает бюджет, 41 - "Востокгазпром", остальное - предприятия-потребители.
Что касается активного наращивания добычи газа, то в отличие от других регионов мы имеем такую возможность. Вот в прошлом году общероссийская добыча "голубого топлива" снизилась на семь миллиардов кубометров. Ну а мы, так уж получается, растем, прибавляем. И помимо преимуществ, связанных с увеличением добычи, у нас, несомненно, появляется мощный рычаг влияния на различные предприятия, расположенные за пределами Томской области. Ведь сегодня, если называть вещи своими именами, над нами буквально издеваются некоторые руководители стройиндустрии Кемеровской, Новосибирской областей. Предприятия, производящие цемент, веревки из нас вьют, требуя предоплату на месяц вперед. А ведь работают эти предприятия на газе. Так что через его поставки мы сможем корректировать торговую политику, чтобы Томскую область ставили в одинаковые условия со всеми другими потребителями. Отныне при заключении договоров через "Востокгазпром" с другими регионами будем в первую очередь учитывать интересы области. Мы - за справедливые межрегиональные отношения.
- Виктор Мельхиорович, вы один из немногих губернаторов, которые входят в совет директоров РАО "ЕЭС России". Как складывается конъюнктура на томском энергетическом рынке?
- В советское время область производила до 20 процентов потребляемой электроэнергии, остальные 80 закупали на оптовом рынке. За годы реформ ситуация несколько изменилась. Потребление электроэнергии не упало, но мы начали производить ее сами и изменили "советские" пропорции. Сейчас область обеспечивает себя собственной энергией на 50-55 процентов. Идет строительство ТЭЦ-3, которая станет работать на газе, уголь будем использовать в качестве резервного топлива. С запуском ТЭЦ-3 дефицит электроэнергии в области значительно сократится. Кроме того, реализуем программу создания газотурбинных установок на севере региона. Там есть небольшие месторождения, откуда транспортировать газ по трубе нецелесообразно, зато выгодно поставить газотурбинную установку, производить электроэнергию и отправлять ее по линиям электропередачи. Так что до 2010 года собираемся превратить Томскую область из территории дефицитной в территорию, которая будет продавать избыточную электроэнергию.
Что касается тарифной политики, то, с одной стороны, необходимо решать вопросы жизнеобеспечения людей и делать все для того, чтобы тарифы были дешевле, а с другой - нельзя допустить банкротства энергосистемы. В России есть регионы, где тарифы низкие, а энергосистема разваливается. Вообще, решая вопросы, всегда приходится балансировать: чтобы дать больше денег в бюджет, "прижимаешь" предприятия, но потом надо и отпустить, дать им, как говорится, глотнуть кислорода. А иначе с кого потом налоги брать?
- Специалисты считают, что Томская область по топливно-энергетическому комплексу инвестиционно весьма привлекательный регион. Так ли это?
- Да, именно в энергетической отрасли мы входим в число шести инвестиционно привлекательных регионов. Есть инвестиционные проекты по ТЭЦ-3, по газотурбинным установкам, по энергосберегающим технологиям, по малой энергетике. У нас немало населенных пунктов, где нет централизованного энергообеспечения. Работают морально устаревшие дизель-генераторы, и стоимость электроэнергии "на выходе" высока. Если заняться техническим перевооружением, перевести установки на нефть и газ, стоимость киловатт-часа электроэнергии значительно снизится.
- И сколько стоит, если можно так выразиться, ваша инвестиционная привлекательность?
- Для того чтобы ввести генерирующие мощности в один мегаватт, надо вложить миллион долларов. По газотурбинным установкам у нас разработана программа на производство 220 мегаватт - значит нужно 220 миллионов долларов инвестиций. На ТЭЦ-3 следует дополнительно ввести еще три энергоблока мощностью 770 мегаватт. Так что только инвестиционная емкость "Томскэнерго" составляет миллиард долларов. Примерно 500-600 миллионов требуется для осуществления проекта по переработке газа и производству сжиженного "голубого топлива". Такой заводик строим на территории Кузбасса, близ Юрги. Это технически оправданно, потому что газопровод, который тянется с севера, проходит мимо Томской области, на город идет отвод от магистрали. А для того чтобы получить 500 тысяч тонн сжиженного газа, надо прокачивать как минимум 7,5 миллиарда кубометров. Таких объемов в нашем газопроводе нет. Если прокладывать трубу до Томска, это обойдется дороже строительства самого завода.
- Похоже, в ТЭКе вы удерживаете баланс интересов. А как с этим в политической и социально-экономической сферах?
- Без ложной скромности скажу, что Томская область по политической стабильности - в лидерах. Но стабильность не означает застоя. Власть у нас открыта для конструктивной критики со стороны прессы и готова к сотрудничеству с различными политическими силами, предлагающими здравые идеи и проекты. Я всегда был уверен, что для решения задач по превращению Томской области в динамично развивающийся регион необходимо использовать потенциал социальной энергии всего населения.

Напечатать

Жизнь 16:00 / 19 Февраля 2026 25869

Маска равнодушия и негативный контент

О чем на самом деле вопиет убийство ребенка из многодетной семьи?

Ирина Смирнова, Санкт-Петербург

Как внезапно выяснилось, в школу Паша не ходил: мать пыталась записать его, но не успела

Жителей Петербурга потрясло убийство девятилетнего Паши Тифитулина 38-летним педофилом Петром Жилкиным. Многие восприняли эту беду как свою личную. Сотрудники полиции, спасательные службы, волонтеры «ЛизаАлерт» и просто неравнодушные...