«Труд» уже рассказывал (№ 131 от 12 сентября) об исторической драме «Орда» в интервью с исполнителем главной роли Максимом Сухановым. Разговор продолжает режиссер фильма Андрей Прошкин, с которым наш обозреватель встретился в канун выхода ленты в прокат.
— Андрей, до сих пор вы снимали камерные ленты: «Спартак и Калашников», «Апельсиновый сок», «Миннесота»: Теперь вот разродились блокбастером...
— Насколько я понимаю значение этого слова, «блокбастер» — фильм, взрывающий кассу. Вряд ли это грозит нашей картине про святого. Меня спрашивают: в фильме батальные сражения есть? — Нет. Любовь есть? — С этим тоже как-то не очень. «Орда» — точно не блокбастер. Это просто масштабная и по нашим меркам дорогостоящая историческая картина.
— «Дорогостоящая» — это сколько? Во время Московского кинофестиваля вы уходили от этого вопроса...
— Тогда еще не все затраты были посчитаны. Кроме того, я режиссер, а не продюсер. Но, насколько знаю, картина обошлась в 12 миллионов долларов.
— Что для вас было труднее всего в столь дорогостоящем опыте?
— Как раз давило ощущение, что ты каждый день тратишь огромные деньги. На съемках «Орды» я понял, что мне все-таки больше нравится делать недорогие картины, когда о деньгах ввиду их относительной незначительности просто не думаешь. Хотя... Я первый раз работал на фильме, имея столько денег, сколько было нужно. Это не значит, что мы ими швырялись направо и налево. Но мне не приходилось изворачиваться, чтобы снять за две копейки то, что стоит рубль. И результат, на мой взгляд, получился неплохим. На съемках «Орды» для меня окончательно рухнул миф, что мы, русские, чего-то в кино не умеем, что есть вещи, которые, дескать, подвластны только Голливуду. Сегодня я уверен: мы можем снять кино любой технологической сложности. И на достойном художественном уровне.
— Едва ли не самой трудной творческой задачей для вас, как я понимаю, было воссоздать визуальный образ Орды, давно канувшей в Лету. Из чего вы лепили этот мир?
— Из всего понемногу. Мы изначально отказались идти по пути исторической реконструкции. Камертоном для меня стала фраза из сценария Юрия Арабова: «Показался глиняный город, которого уже никогда не будет на земле, а может, никогда и не было». Мы снимали фильм-миф, основанный на житийном сюжете. Хотя изучили все имеющиеся исторические источники. Особенно нам помогли воспоминания иноземных путешественников.
— Столицу Орды Сарай-Бату построили с нуля?
— Декорацию ордынской столицы из дерева, глины, соломы построили под Астраханью, недалеко от того места, где нынче проводятся археологические раскопки и где когда-то в реальности стоял город Сарай-Бату. После съемок мы оставили декорацию Астраханской области. Местные власти укрепили ее, туда ездят туристы. Я рад этому. Хотел бы только, чтобы где-то была табличка с названием фильма и фамилией «зодчего» этого города. Это ведь все придумано художником Сережей Февралевым, который использовал в своей работе массу собственно ордынских, азиатских и даже африканских архитектурных мотивов. В результате получился образ этакого средневекового Вавилона.
— Говорят, вы пошили для съемок фильма порядка тысячи костюмов...
— Гораздо больше. И костюмы, и оружие, и домашняя утварь — все было сделано руками наших художников. Кое-что было пририсовано мастерами компьютерной графики. А вот верблюды, лошади, замечательные актеры Максим Суханов, Роза Хайрулина, Андрей Панин — они настоящие, живые.
— Простите за наивный вопрос: в чем современность этого фильма, погруженного в XIII век?
— Как вам ни покажется странным, но «Орда» — фильм не о прошлом, это метафора сегодняшнего времени. Осуждение прагматизма, сиюминутной выгоды, возведенных в принцип жизни, — разве эта мысль не современно звучит? А ощущение силы, мощи, расцвета, которые покоятся на гнилой почве, — разве это не про сегодняшнюю цивилизацию? Орда живет в нас, она оказала долговременное воздействие и на нашу ментальность, и на систему власти.
— Лев Гумилев считал, что не было никакого нашествия Золотой Орды, а было взаимовыгодное сосуществование двух цивилизаций. Вы с ним в картине не полемизируете?
— У нас не было такой задачи. Хотя мне сложно примириться с мыслью, что монголы, дескать, были посланы Руси чуть ли не во спасение. Я читал воспоминания одного путешественника, который после набега Орды проходил мимо Киева и увидел вместо цветущего града город-призрак, в окрестностях которого гнили горы человеческих костей...
— Не боитесь, что ваш фильм не понравится в Татарстане, что он поспособствует межнациональной напряженности? Мне уже приходилось читать отклик журналистки из Казани, что вы, дескать, пошли «по пути исторического обмана»...
— Мне приходилось читать из Татарстана и другие отзывы: мол, наконец-то, сняли первый фильм о Золотой Орде, давно пора. Одни упрекают, что мы воспеваем православие в ущерб прочим религиям, а другие уверяют, что мы сняли антирусский и богомерзкий фильм. По мне, такие отклики говорят о том, что мы пошли выверенной дорогой, а не стали угождать пошлым ожиданиям тех или иных социальных, этнических, религиозных групп.
Но вообще-то я устал комментировать стереотипные глупости. Я знаю, что мы отдали этой картине кусок жизни, более двух лет тяжелого, но вдохновенного, честного труда. И верю, что непредвзятые зрители это почувствуют и оценят.
