На СТС состоялась премьера программы «Теория относительности», где актриса беседует со знаменитостями на актуальные темы.
— Юлия, как актриса Снигирь стала телеведущей?
— Меня всегда привлекало телевидение, именно журналистика. Проект СТС мне подходит по темпераменту: я очень любознательный человек.
— Как готовитесь к съемкам?
— Интернет — мой главный помощник. Хочется брать интервью не формально, а действительно искренне интересоваться человеком. Я нервничаю и до съемки, и во время, и после. Ночью не могу заснуть — думаю о гостях и темах:
— Вы не хотели бы пойти на журналистские курсы?
— Я посоветовалась с мудрыми людьми, и они объяснили мне, что есть вещи, научить которым нельзя.
— Смотрите телевизор?
— Редко — новости и иногда кино. Ещё со школьных времен с удовольствием смотрю передачи Владимира Познера. Если есть мастер, на которого мне хочется равняться, так это он. Из женщин всегда нравилась Екатерина Андреева.
— А знаменитая Опра Уинфри для вас не пример?
— Она — профессионал. Но я не хотела бы вести такое ядреное шумное развлекательное шоу, как у нее. Толпа людей, где все кричат, смеются, перебивают друг друга, — это не мое.
— А какое — ваше?
— Пожалуй, программа о кино. Однажды даже пошутила, сказав Федору Сергеевичу Бондарчуку, что
— Кого из известных личностей вам хотелось бы позвать в гости в ближайшее время?
— Ренату Литвинову. Пожалуй, мне было бы интересно пообщаться с Владимиром Познером: Интересно, но очень страшно!
— Какие темы, муссирующиеся в СМИ в последнее время, задевают лично вас?
— Меня пугает жуткий национализм, расизм. Тема славянофильства, лозунги «Россия для русских» и «Москва для москвичей»: Ещё меня волнует национальный комплекс: русские люди
— Вам случалось отказываться от работы, руководствуясь этими соображениями?
— В свое время ушла из школы, где преподавала английский язык. Я поняла, что мне неинтересно, что на уроках я скучаю. Это было непорядочно по отношению к детям.
— Вы родом из Тулы.
— Да. Во многом поэтому лозунг «Москва для москвичей» меня пугает. Она приняла меня не сразу. Я пыталась найти работу, но почти везде меня принимали неприветливо. Денег не было, я падала в метро в голодные обмороки, проблемы с жильем… И объявления расклеивала, и секретарем работала. Сейчас я уже срослась с Москвой, успела от нее устать и захотеть жить в лесу. Мне кажется, это высшее проявление «московитости».
