Корецкий — один из самых известных современных писателей-детективщиков. Более 40 его романов выдержали 200 с лишним изданий, а суммарный тираж перевалил за 20 млн. По его романам снято семь лент. При этом Корецкий — еще и известный специалист в сфере борьбы с преступностью, доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист, полковник милиции в отставке, почетный сотрудник МВД. А недавно издательство «АСТ» выпустило уже пятый по счету роман в его знаменитой серии «Антикиллер».
Криминальная обстановка в маленьком городке закипает. На трассе зверски убита семья туристов, вор в законе вступает в борьбу за «трон»...
- Данил Аркадьевич, как к пятой книге серии удается повысить градус страстей?
— По всем законам драматургии так и должно происходить. Придумывая сюжет, я использовал дело «банды амазонок»: преступная группа совершала убийства на трассах, жестокие нападения на дома, когда хозяев убивали буквально за кусок колбасы или початую пачку масла из холодильника.
— Ждать ли продолжения?
— «Антикиллера- 6» ждать точно, материал для него уже есть.
— В «Антикиллере» с бандитами справляется начальник уголовного розыска Коренев по прозвищу Лис (в двух фильмах его сыграл Гоша Куценко). Есть ли у героя прототип?
— Прообразом Лиса стал инспектор уголовного розыска Кировского РОВД города Ростова-на-Дону в 1968-1975 годах Анатолий Рублев. Он, увы, рано умер от инфаркта. Инспектор уголовного розыска — работа, которая к долголетию не располагает.
— Ваш фирменный стиль — богатство деталей. Откуда это?
— Да из жизни. Я работал следователем прокуратуры, потом пять лет исследовал преступность в системе Минюста, 30 лет прослужил в органах внутренних дел. Встречался с людьми по разные стороны баррикад.
— Неужели и с кем-то из криминального мира?
— Пересекаться приходилось. Был человек, назову его Игорь Игоревич, который меня консультировал. А однажды я обратился к нему за помощью, когда моим знакомым это потребовалось.
— К «авторитету»?!
— Увы и ах! У него на лбу не было клейма, а вот 10-летний стаж службы в МВД имелся. Встречались мы не на «малине», а в частном охранном предприятии, которое он возглавлял. И он помог.
— Представители криминального мира ваши книжки читают?
— Читают. Такого амикошонства, чтобы рядом сидел какой-нибудь Ваня Косой и объяснял мне, как правильно надо писать, конечно, нет. Но однажды семьей мы за городом сидели в шашлычной. Остановился тонированный джип с людьми весьма специфической внешности. Один из них подошел и обратился ко мне: «Вы Корецкий? Можно пожать вам руку?» Я спрашиваю: «А в связи с чем?» И парень отвечает: «Хотя мы из братвы, но вас читаем, и нам нравится, что вы нас не парафините и не фаршмачите». И читатель с писателем пожали друг другу руки.
— Автор детективов Татьяна Устинова говорит, что не хочет увеличивать энтропию мира, поэтому все ее книги кончаются хорошо. Ваши романы куда более жестки.
— Все мои романы тоже кончаются хорошо. Хеппи-энд — закон жанра. Если бы они кончались так, как это бывает в реальной жизни, вряд ли бы их читали. Вот, например, недавно завершился процесс над одинцовской ОПГ. За 20 убийств главарь приговорен к пожизненному заключению, его подельники получили большие сроки. Можно закончить историю на благостной ноте торжества справедливости. Но в ходе процесса и уже после вынесения приговора убили двух адвокатов и жену свидетеля...
— Александра Маринина уже много лет как ушла из милиции и занимается только писательством. Вы — автор десятков книг и в то же время продолжаете преподавать.
— Верно, я профессор юридического факультета Южного федерального университета. Не хочется бросать дело, которым занимался всю жизнь. Вот сейчас в моем портфеле лежит кандидатская диссертация, по которой буду выступать оппонентом. Как профессор пишу научные статьи, отзывы на монографии и диссертации. Разработал научное направление — «Криминальная армалогия», учение о правовом статусе оружия и способах противодействия вооруженной преступности. Бывая за рубежом, довольно много ходил по оружейным музеям и, рассматривая различные коллекции, убедился, что форма оружия отражает менталитет нации.
— Вы издаетесь в Москве, а живете в Ростове. Почему не переезжаете в столицу?
— Я издаюсь и в Питере, и в Велико-Тырново, и в Пекине, и в Риге, и в Лодзи, а мои земляки считают, что я давно живу в Москве. Наверное, оттого, что у нас понимание достигнутого успеха связано с необходимостью пробиться в столицу. Вряд ли Дэн Браун бросит свой маленький городок Экстер в штате Нью-Гэмпшир и переедет в Нью-Йорк, а Мюссо ради Парижа оставит крошечный Антиб с его соленым ветром и яхтами. Жилище писателя не вокруг него, а в нем самом. И когда я спрашиваю: «А зачем мне Москва?» — вразумительного ответа не слышу.
— Ну, хотя бы за тем, что здесь проистекает основная литературная и издательская жизнь.
— Это не совсем так. В Переделкино я написал один «Антикиллер», и то наполовину. А у меня сейчас 45 книг, три сотни научных трудов, около 10 тысяч выученных офицеров милиции и 35 выпущенных кандидатов наук. А еще я отец и дедушка. В Ростове я вырос, тут меня все знают. Иду и встречаю на улице человек 15 знакомых. Здороваюсь, разговариваю. Разве в Москве такое возможно?
