На 66-м Берлинском кинофестивале показали фильм Михаила Местецкого «Тряпичный союз». Это единственная российская полнометражная игровая лента в афише смотра. Она попала в престижную программу «Поколение 14+».
Местецкий — ас короткого метра. Остроумного и нежданного. Его полнометражный дебют «Тряпичный союз» — цепочка разнокалиберных аттракционов — был нацелен на эксцентричное кино. Четверо молодых героев составили ироничный союз, воссоединили самоигральные эпизоды. Энергичным парням предстояло пережить свой инфантилизм и мечтания в лихом развитии действия. Однако конструкция фильма, разбитая на дивертисментные сцены, повзрослевшего режиссера не породила.
Началось все с того, что нежный Ваня (Василий Буткевич) выбрал себе товарищей, чей характер не совпадает с его собственным. Тихий Ваня тянется к безобидным «экстремистам», жаждущим свободы в мире скучных, глупых или надоедливых правил существования. Стеснительный Ваня восхищен свободой панков-бунтарей. В них кипит кровь, играет витальная сила. А Ванина жизнь — благодаря такой дружбе — обещает стать чуть более осмысленной, не ущемленной одиночеством. Ваня становится сообщником, а точнее ангелом-хранителем «Тряпичного союза» — тайной организации, осуществляющей мечты не только об анархии, но и о стоицизме. Анархические порывы героев Местецкого, будто бы не согласных с постоянным контролем над их родным городом, направлены на статую Петра I, то есть на памятник эпохи Лужкова. Так герои картины понимают свой вклад в арт-протестные акции, очень наивные и похожие на цирковые трюки.
Выяснилось, что режиссер склонен к сентиментальности и добродушной насмешливости, хотя и гротесковый взгляд на жизнь молодых людей ему все-таки не чужд. Настойчивость режиссера запечатлеть молодежный драйв ведет к незапланированному результату. Не справившись с тягомотной реальностью, «союзники» капитулируют перед ней и предают свои устремления. Казалось, что в этот момент Местецкий поменяет жанр эксцентрической комедии на хотя бы драму, которая обнажит крах юношеских иллюзий. Но на подобный ход режиссер не решается. Ваня надеется склеить разбитую дружбу с отступниками «Союза» и потому нечаянно превращается в героя. Увы, умозрительного.
«Тряпичный союз» с его обличительным пафосом, упакованным в обаятельное хулиганство артистичных персонажей, наверняка задуман в нулевые и, к сожалению, разошелся с нынешней реальностью — с теми надеждами и настроениями, которые тревожат взрослеющих ребят в десятые годы. Похвальное желание Местецкого реализовать свободу самовыражения столкнулось с простоватым желанием раззадорить публику бесконечными гэгами. Вместо рассказа о ранимых опустошенных юношах с псевдобунтарскими замашками получилось постмодернистское упражнение способного режиссера, который подменил травмы взросления стилистическими играми. Смешной местами, фильм Местецкого бьет из пушек по воробьям. Для отечественных зрителей он запоздал.
Но для зарубежной публики такое свойство «Союза» никакой роли не играет. В Берлине фильм смотрели хорошо — с неподдельным удовольствием. А прекрасные актеры — Василий Буткевич, Павел Чинарев, Иван Янковский, Александр Паль — и вовсе вытянули эту не то чтобы старую, но несколько устаревшую «песню о главном» и не дали берлинской публике заскучать.
