В Каннах в среду вечером открылся 70-й международный кинофестиваль. Заявлены десятки мировых премьер, в главном конкурсе — 19 лент, включая работы прославленных Михаэля Ханеке, Софии Коппола, Франсуа Озона... Особенно отрадно серьезное российское присутствие в программах смотра: в том же главном конкурсе — фильм «Нелюбовь» нашего Андрея Звягинцева, «Кроткая» украинского режиссера Сергея Лозницы с актерами екатеринбургского Коляда-театра на современном отечественном материале. В программе «Особый взгляд» — дебют молодого российского режиссера Кантемира Балагова «Теснота»... Ну и свежие внеконкурсные работы Романа Полански, Дэвида Линча: последний представит ни больше ни меньше как новый сезон культового сериала «Твин Пикс». А также — кинопремьеры в формате виртуальной реальности, крупнейший в мире кинорынок и много чего еще.
Традиционная красная дорожка, дамы в блистательных вечерних туалетах, мужчины в смокингах — дресс-код распространяется здесь и на фотографов у легендарной лестницы фестивального дворца, и на ловцов лишних пригласительных на подступах, ведь если повезет с билетом, надо заранее быть на каблуках или при бабочке. Все, как всегда — только вот через рамки металлоискателей участники, гости фестиваля и аккредитованные журналисты проходят на просмотры впервые. Меры безопасности на этот раз, по признанию организаторов, беспрецедентные, сродни тем, что принимают на саммитах «большой двадцатки». Намекают, что наблюдатели-физиономисты в штатском незаметно внедрятся даже в толпу на пляжных вечеринках. Открыто же за порядком будут следить сотни правоохранителей всех мастей, от кавалеристов до вертолетчиков.
Хозяйкой церемонии открытия выступила неувядающая Моника Беллуччи, в полупрозрачном иссиня-черном платье и роскошном бриллиантовом колье, одолженном актрисе ювелирной фирмой-спонсором. Впрочем, рядом на сцене главного фестивального зала Люмьер красовалось еще более драгоценное для всех собравшихся изделие — Золотая пальмовая ветвь, которую получит победитель. Награды через 12 конкурсных дней распределит жюри под председательством режиссера Педро Альмодовара. Постоянный участник каннской программы, знаменитый испанец сам никогда главного приза здесь не удостаивался. Но нарезка из ярких и страстных картин мастера будто напомнила залу, что это, скорее, досадное упущение. Еще до того, как приступить к ответственной работе, Альмодовар оказался втянут в дискуссию, которая обещает стать одной из главных на фестивале: выживет ли кинопрокат перед нашествием интернет-платформ, где фильмы стали появляться, минуя кинотеатры. Дон Педро признался, что свои произведения предпочел бы видеть именно на большом экране, и выразил надежду, что традиции походов в кино не отомрут. Фестиваль же выступил с заявлением, что со следующего года не примет в конкурс фильмы, которые предполагается распространять через сеть, а не выпускать в прокат.
Впрочем, главное для оценки фильма — все же его качество. Открылся юбилейный Каннский фестиваль «Призраками Исмаэля» французского режиссера Арно Деплешана. Эклектичная лента, где перемешано несколько жанров, от триллера до мелодрамы и комедии, напомнила о многоликости кинематографа. Главный герой — постановщик, работающий над новой картиной с запутанной шпионско-дипломатической интригой. Персонажи оказываются то в Восточной Европе, то на постсоветском пространстве, вплоть до Таджикистана. Автор же в это время строчит сценарий у себя дома и разбирается с двумя любимыми женщинами-музами, бывшей и нынешней. Актерский треугольник в составе популярных во Франции Матье Амальрика, Шарлотты Генсбур и Марион Котийяр украсил и экран, и каннскую дорожку. Но в целом пресса приняла внеконкурсных «Призраков Исмаэля», скорее, прохладно. А вот фильму Звягинцева уверенно аплодировали.
«Нелюбовь», снятая без господдержки, была закончена буквально накануне фестиваля. Досъемки шли вплоть до начала апреля. Андрей Звягинцев снова, после «Елены» и «Левиафана», живописует узнаваемую российскую действительность, быт и особенно нравы. Однако камера его постоянного оператора Михаила Кричмана подает эту действительность так красиво, что порой едва веришь глазам: неужели и впрямь из многоэтажки на городской окраине может открыться совершенно брейгелевский вид на заснеженный перелесок, речку, овраг и детишек, катающихся с горки?.. Впрочем, умиротворенность пейзажей без людей, открывающих картину, лишь оттеняет то, что начинается, когда эти люди в ней появляются. Поскольку они в фильме только то и делают, что изводят друг дружку. Разводится супружеская пара. И муж, и жена уже обзавелись новыми партнерами. Мешается под ногами только их 12-летний сын Алеша. Не дожидаясь, пока раздраженные родители продадут квартиру и сбудут его в интернат, мальчик исчезает. На розыск ребенка подряжается поисковый отряд, поражающий четкостью и слаженностью работы. Осторожная, но все же симпатия авторов к волонтерам контрастирует с довольно злой сатирой на корпоративно-офисную «цивилизацию», где трудится отец распавшегося семейства, и с явным отчаянием, которое вызывает у постановщиков тотальная людская нелюбовь к ближнему, к членам семьи. Словно чужому человеку помочь и сочувствовать проще, чем тому, кто рядом. А если в вас, с подачи режиссера, закипит неприязнь, скажем, к изображенной тут стервозе-матери, возненавидевшей дитя, подождите немного — появится бабушка, в сравнении с которой мать покажется еще терпимой. А затем, глядишь, и во вновь образованных после развода ячейках общества начнется то же досадное взаимное охлаждение и недовольство, и надоедливыми отпрысками, и друг другом.
Семейный конфликт в «Нелюбви» запараллелен с политическим и военным. Фоном в сюжете звучат (поза)прошлогодние телесюжеты об обстрелах в Донбассе. Художественный руководитель Каннского фестиваля Тьери Фремо, представляя картину Звягинцева при объявлении каннской программы, заметил: когда распадаются семьи, страдают дети, когда конфликтуют страны — страдают люди, их населяющие. Похоже, западная публика именно так и «считала» все умозрительные символы, наполняющие фильм, начиная с обрывка красно-белой «тревожной ленты» в руках расстроенного мальчика — такими ленточками обычно ограждают места преступления и прочей опасности. Если бы создатели картины еще больше доверились избранному ими языку знаков, не дублируя его устами персонажей, цена приема только бы возросла. Но и так, учитывая, что Андрей Звягинцев из Канн ни разу не уезжал без призов, «Нелюбовь» может претендовать на самые серьезные награды.
Отдельно хочется отметить музыку Евгения Гальперина, неуспокоенную, бьющую на эмоциональный отклик. «Это большой успех Андрея Звягинцева и его постоянной команды, — отметил продюсер картины Александр Роднянский. — И мы очень горды, что впервые за долгое время, еще при объявлении каннской программы, в отношении российского кино были найдены особые слова о том, что у нас наблюдается некая новая витальность, некое возрождение. Глядя на фильмы, поданные в этом году на Кинотавр, могу это подтвердить: много любопытных картин».
Имена лауреатов 70-го Каннского фестиваля станут известны вечером 28 мая.
Взгляд из редакции
Леонид Павлючик, обозреватель «Труда»
Думаю о судьбе Андрея Звягинцева, новый фильм которого, как пишут коллеги, произвел фурор в Канне. Удивительно насыщенный путь прошел этот режиссер на наших глазах. Он стартовал поздно — в канун своего 40-летия поставил фильм «Возвращение», завоевавший два «Золотых Льва» в Венеции. А уже в 50, сняв «Левиафан», получивший «Золотой глобус» и номинированный на «Оскар», стал главной фигурой в российском кино и одним из лидеров кино мирового. Думаю, произошло это потому, что Звягинцев, при всем своем стихийном, потаенно созревавшем таланте, не рассматривает режиссуру как профессию, или средство добывания денег, или даже увлечение, весьма, возможно, приятное. Мне кажется, режиссура для него — служение, миссия, сжигающая душу страсть. А только так и можно добиться в искусстве истинных вершин.
И еще...Андрей Звягинцев — один из немногих в нашем кино, кто, как мне кажется, живет по пушкинскому завету: «Самостоянье человека — залог величия его». Он не входит ни в какие советы, не возглавляет фонды и студии, не примыкает ни к каким группам и группировкам, не угождает ни власти, ни церкви, ни зрителю. «Ты царь и Бог, живи один», — сказал поэт, адресуясь другим художникам. Именно так и живет, по моим наблюдениям, Андрей Петрович Звягинцев. И своей судьбой, своими фильмами убеждает нас в исключительной правильности такого жизненного подхода.
