Любите ли вы Брамса? На вопрос, заданный Франсуазой Саган в далеком 1959 году, у меня давно есть ответ: еще как люблю! Да разве я одна такая? В переходе на «Арбатской» две девочки, скрипка и виолончель, играют Симфонию № 3, третью часть. Вечно спешащие куда-то москвичи и гости столицы замедляют шаг, а некоторые даже, представьте себе, останавливаются. И когда последние ноты тают в июльской духоте, разражаются аплодисментами. Уличные музыканты, а успех как в Большом зале Консерватории! Который, кстати, тут рядом. Впрочем, не все они играют Брамса.
Лето, Москва и бродячие музыканты — неотделимые друг от друга приметы. И жара уличным артистам не помеха. В центре столицы шага не ступить, чтобы не попасть на эти «концерты самодеятельности». У метро, перед тем как спуститься в переход, мне пришлось выслушать почтенного возраста троицу, затянувшую старый хит «Песняров»: «В Вологде-где-где-где...» Прокатилась на машине времени и...
Чуть дальше — девушка с гитарой гнусавит что-то про разбитую любовь, еще через 20 метров баянист «урезал марш», будто в романе Булгакова, а там какой-то нахал взялся перепевать Кипелова «Я свободен!». И такая дребедень целый день.
Вся эта какофония, усиленная колонками разной мощности, сливается в странную симфонию, вызывающую беспричинную тревогу и легкое жжение в животе. Теперь мне понятно, почему в редакции «Труда» закрыты окна: Арбат совсем недалеко. Он слывет самой музыкальной улицей столицы. И сам Муслим Магомаев когда-то приглашал: «Ты к нам в Москву приезжай и пройдись по Арбату», но тогда наверняка тут было намного тише.
Ну что ж, давайте и мы пройдемся, поговорим с талантами и их поклонниками. Тем более очередная девушка с гитарой отложила инструмент в сторону, решила сделать передышку. Самое время спросить у нее, как становятся уличными артистами. Знакомимся. Вероника — обычная студентка, ее будущая профессия никак не связана с музыкой и вообще с искусством.
— Просто наконец-то решилась людей посмотреть и себя показать. Походила по Арбату и поняла, что тут не все звезды. И подумала: я тоже так могу. Взяла гитару, нашла себе местечко и запела свои любимые песни. И даже немного заработала. Прикольно! Хотя дело не в деньгах: мне нравится, когда тебя слушают и понимают.
— И что, все понимают, никто не ругается?
— Не все. Но есть те, кто и ободрить, и подпеть может. Недавно я исполняла песню «Люби меня, люби», ко мне подошла бабушка, бросила в мой стаканчик 100 рублей и говорит: «Спасибо, детка, песня-то про меня. Я тоже любила...»
— Ну конечно, придумываете тут разные истории для оправдания всяких бездарей, которые орут с утра до ночи, — вмешивается в разговор сердитая прохожая. Представляется Антониной Николаевной, норовит предъявить пенсионное удостоверение и требует, чтобы ее мнение тоже появилось в газете. Идем навстречу, вот оно...
— Я тут живу по соседству и окна закрываю. Невозможно эти концерты кошачьи слышать! Нельзя так издеваться над людьми, нужно сначала научиться чему-то, а потом уже выходить на публику. А еще вокруг каждого «артиста» бегает девчонка с шапкой и деньги собирает. Думаете, они налоги платят?
— Зря вы так, дамочка. Эти ребята молодцы, ничего плохого не делают, поют, развиваются, денежку зарабатывают. Им тяжело пробиться на сцену, я это вам как бывший музыкант говорю, — гражданин в красно-белой спартаковской майке не удержался, вступил в дискуссию.
Ох, надо бы закруглять разговор, а то сочтут за несанкционированный митинг.
А со стены напротив улыбается Виктор Цой. Он здесь старожил. А ведь когда-то начинал свой путь к славе в кочегарке.
