Труд: КТО ВЫ, ДОКТОР ЗЮГАНОВ?

Главная Жизнь 01:01 20 Сентября 2000 140

КТО ВЫ, ДОКТОР ЗЮГАНОВ?

На минувшей неделе "Труд" опубликовал в дискуссионном порядке статью губернатора Кемеровской области Амана Тулеева "Кто там шагает правой?" (номер от 15 сентября с.г.), в которой он излагает свое видение проблем и перспектив развития левого движения в Рос

Тулеев Аман

Напечатать

Я долго старался не реагировать на грубые нападки, выпады, инсинуации в мой адрес, исходящие от верхушки КПРФ, председателя партии Г. Зюганова. Во-первых, не в моих правилах объясняться и оправдываться тогда, когда уверен в своей правоте. Во-вторых, такая полемика не пошла бы на пользу левому движению.
Однако постепенно кампания дискредитации стала приобретать новое, я бы сказал, опасное для российского левого движения качество. Функционеры КПРФ уже не ограничиваются дискредитацией ряда неугодных им глав регионов, победивших на выборах в качестве кандидатов левых сил. Сегодня мы, по сути, имеем дело с попыткой насадить в этой части политического спектра России новый стиль взаимоотношений, новые нормы и правила политической игры, новые способы формирования и осуществления стратегии и тактики, в основе которых стремление КПРФ к монополии в левом движении. Если эта линия возьмет верх, под вопросом окажется само будущее в нашей стране того политического направления, которое я считаю самым органичным для России. И потому не реагировать и далее я считаю для себя невозможным.
Сначала о том, что касается лично меня. Г. Зюганов и его окружение предали меня анафеме как якобы отступника, отщепенца, перевертыша. Даже формально это нелепое обвинение, так как я ни дня не состоял в рядах возглавляемой им партии и уже потому ни под одну из этих категорий подпасть не могу. Но я категорически отвергаю это обвинение и по существу. Я был членом КПСС до последнего дня существования партии и никогда не пытался нажить политический капитал, оплевывая социалистическую идею. В тяжелейшие годы России я вместе с Зюгановым требовал отставки Б. Ельцина. На президентских выборах 1996 года я отдал голоса своих избирателей именно ему, а не кому другому. Вместе с ним я участвовал в создании НПСР как политической силы, призванной освободить страну от кошмара грабительских реформ. Я остаюсь и поныне приверженцем социалистической идеи, поборником интересов народа. Меня как губернатора можно критиковать за многое. Но никто не скажет, что я не проявляю заботы о простых людях, тех, кому сейчас особенно нелегко. Для трудящихся, ветеранов, семей, детей я стараюсь сделать все, что можно, что позволяют ресурсы Кемеровской области.
Иными словами, я не изменил своим убеждениям, своим политическим устремлениям. Правда, сегодня я расхожусь с Зюгановым по многим позициям: и в том, что касается текущей деятельности и стратегии НПСР, и в оценке политики, проводимой руководством КПРФ, и в понимании проблем и задач левого движения в нашей стране. Мог бы назвать и многое другое, в чем мы с ним расходимся. Это факт, например, что вопреки собственным обещаниям Зюганов не помог реально ни одному из губернаторов, избранному при поддержке НПСР.
Я не раз открыто говорил обо всем этом самому Зюганову, излагал свою позицию публично, не прибегая к нашептыванию и интригам. НПСР - не церковь, не секта, не масонская ложа, а сам Г. Зюганов, другие функционеры отнюдь не обладают догматом непогрешимости и исключительным правом на всю полноту истины. Поэтому осуждать и клеймить меня нет никаких оснований. Зато есть все основания говорить о нетерпимости и мстительности руководства российских коммунистов.
Я достоверно знаю, что подлинные причины нападок на меня лежат в политической плоскости. И главную из них я вижу в том, что с самого начала выступаю против стремления руководства КПРФ установить свою гегемонию, свой диктат внутри НПСР, левых течений в целом. Выступаю потому, что не только отечественный, но и мировой опыт красноречиво свидетельствует: любое движение, где в отношениях между участниками отсутствуют лояльность, терпимость и равноправие, где подавляется дух свободного обсуждения проблем, господствуют запреты на дискуссии, а инакомыслящие преследуются и изгоняются, - такое движение постепенно начинает интеллектуально деградировать, политически хиреть, терять поддержку в массах. Нетерпимость, сектантство отталкивают сотни тысяч молодых россиян, выросших в совсем другой духовной и политической атмосфере. В конце концов такое движение перестает быть влиятельной общественной силой, изживает себя.
К моему глубокому сожалению, сейчас такая угроза над левым движением нависла вполне реально, так как все перечисленные черты дают себя знать в деятельности руководства КПРФ и НПСР. В соответствии с взятыми на вооружение формулами "НПСР - это КПРФ, а КПРФ - это Зюганов" и "Кто не с нами, тот против нас" - из движения вытесняются все, кто осмеливается "свое суждение иметь", не совпадающее с суждениями правящей верхушки. Убедительное тому подтверждение - ожесточенные нападки на А. Подберезкина и меня, когда мы публично выразили несогласие с некоторыми официальными установками функционеров КПРФ и НПСР, самостоятельно выступали на думских и президентских выборах. Нельзя не видеть нарастающее отставание правящей верхушки в теоретическом осмыслении меняющейся в стране ситуации, в разработке стратегии, отвечающей современным реальностям. В результате социальная база КПРФ и НПСР давно уже не растет, эффективность проводимой политики крайне низка.
Все это ведет к нарастанию разброда и шатаний внутри НПСР, ослаблению его позиций в политической жизни страны, что наглядно показали прошедшие думские, президентские и региональные выборы. Усиливается недовольство Зюгановым и в самой КПРФ. Как бы ни старались ее руководители делать хорошую мину, игра на самом деле для них плохая. Даже при самом богатом воображении и изощренном ("диалектическом") уме убедительно представить возникновение движения "Россия" показателем силы и сплоченности КПРФ невозможно.
И здесь мы подходим ко второй причине, побудившей Зюганова обрушиться с нападками на несогласных. У коммунистов было большинство в Государственной Думе двух созывов. Но что они реально сделали для ощутимого улучшения положения в стране, облегчения жизни народа? Для снижения уровня преступности, искоренения коррупции? Почему голосовали за закон, предоставляющий неслыханные льготы депутатам, и не поддержали отмену депутатской неприкосновенности, привлекательной только для преступников и нечистых на руку? Чем руководствовались, сдав, по существу без сопротивления, правительство Примакова, которое было в сущности левым? Почему упустили этот шанс для проведения подлинно народной политики? И таких вопросов можно задать еще много.
Короче, приближается время, когда отдельные голоса "а король-то голый" сольются в мощный хор. Чтобы отдалить, а то и предотвратить этот момент, удержать партийные массы под контролем, Зюганов и компания прибегают к известному приему - попытке консолидироваться посредством разоблачения и очищения своих рядов от якобы врагов, предателей, двурушников. Эта роль отводится "инакомыслящим" Тулееву, Подберезкину, Лапшину и другим, кто не восхищается Зюгановым, не берет перед ним под козырек. На грани объявления "врагами народа" - Селезнев, Горячева, Рыжков, фигуры, не менее яркие, чем сам Зюганов.
Однако люди многому научились, так что вряд ли функционеры сумеют заморочить головы рядовым партийцам, участникам и сторонникам НПСР. При всем желании образ классового противника из нас не слепишь.
И последний момент. Трудно отделаться от мысли, что не последнюю, а возможно, даже основную роль в нападках на меня сыграла позиция, которую я как губернатор занял в событиях, разыгравшихся вокруг МИКОМа. Ни для кого в Кузбассе не тайна, что Живило был одним из близких Зюганову людей, у них были общие интересы. Я основательно ущемил их, когда потребовал от руководителей предприятия полной уплаты налогов, прозрачности финансовых потоков, когда не поддался нажиму, учиненному на меня в этой связи лидером НПСР. Стерпеть это Зюганову было, похоже, особенно трудно. Именно с этого момента против меня началась открытая информационная и политическая война.
Зюганов открыто озвучил свою позицию, призвав членов и сторонников КПРФ, НПСР не поддерживать на выборах губернаторов-"отщепенцев". Включая, естественно, и мою персону. Правда, времена "нерушимого блока коммунистов и беспартийных" прошли. Избиратели, в том числе политически ангажированные, голосуют, принимая во внимание не только директивы своих лидеров, но и сообразуясь с собственным опытом, с результатами деятельности губернаторов. Причем именно последнее является, как правило, решающим фактором. Народ пресытился красноречием, научился по достоинству ценить тех, кто умеет дело делать. Лично я верю в своих земляков, в их опыт и мудрость, а потому не испытываю в связи с нападками на меня опасений и тревоги.
Тревожит меня другое - состояние и перспективы российских левых сил. Нравится это или нет, но это неоспоримый факт, что сегодня состояние, боевитость по крайней мере той их части, которая входит или примыкает к НПСР, во многом зависит от ситуации в КПРФ. После выборов 1996 и 2000 годов для всех очевидно, что руководители российских коммунистов просто не решаются всерьез побороться за власть. Они боятся взять на себя ответственность, так как в глубине души понимают, что не смогут грамотно, с пользой для народа управлять страной. Ибо нынешнее руководство КПРФ в основной своей массе в интеллектуальном, политическом плане - люди вчерашнего и позавчерашнего дня. Они, подобно французским Бурбонам, ничего не забыли и ничему не научились. Им вполне уютно в нише "вечной оппозиции", которая год от году все явственнее трансформируется в "оппозицию его Величества". И этим своим поведением разваливают не только собственную партию, но и создают препятствия на пути возникновения и развития в нашей стране современного массового левого движения.
Думаю, что коммунисты в скором времени зададут ряд неприятных вопросов товарищу Зюганову. В том числе узловой вопрос: "Кто вы, доктор Зюганов? Действительно борец за интересы простого народа и за интересы страны, каким вы себя представляете? Или борец за интересы правящей верхушки КПРФ, комфортно расположившейся в здании на Охотном ряду и больше всего на свете боящейся действительно глубоких, кардинальных перемен, так как они сопряжены для вас с опасностью утратить это свое положение? Кому интересна и нужна партия, чье руководство непримиримо оппозиционно на словах и беспомощно на деле?".
Для меня очевидно, что КПРФ - самая массовая и влиятельная левая партия нашей страны - заслуживает того, чтобы во главе ее встал новый лидер, способный усилить энергетику партии, сплотить и укрепить левое движение. Повторю, это мое мнение. Решать этот ключевой для будущего партии вопрос должны, естественно, сами члены КПРФ. Способные, энергичные, современно мыслящие и действующие активисты, функционеры внутри партии есть. Воля к переменам, к обновлению партии, ее стратегии, политики нарастает. Я знаю, вижу это. Уверен, что не ошибусь, если скажу, что на очередные думские и президентские выборы КПРФ придет с новым лидером.

Напечатать

Жизнь 00:05 / 24 Апреля 2026 9140

Миллионерша из трущоб

Автор этой статье на собственном опыте убедилась, как утомительно быть богатой

Надежда Арабкина, спецкор «Труда»

Труд

Я открыла меню и крепко задумалась, стала считать нули. Так и есть, даже обычный капучино здесь тянет на 400 рублей. Вздохнув, заказала. А что делать, если деловую встречу мне назначили в одном из самых...