Имя Михаила Калашникова стало легендой еще при жизни. Семнадцатый по счету ребенок в крестьянской семье, конструктор-самоучка, он был вознесен на вершину мировой славы. Созданный им АК-47 до сих пор считается лучшим образцом стрелкового оружия. Автомат Калашникова изображен на гербах ряда государств. Калашом в некоторых странах называют мальчиков, считая, что это имя дарует могущество. Но о Калашникове-человеке, как ни странно, известно не так уж много. И вот первый игровой фильм «Калашников» выходит на экраны в эти дни — спустя три месяца после 100-летнего юбилея оружейного гения.
Фильм шел к экрану непросто. Идеологом проекта, продюсером, режиссером и автором сценария первоначально значился Сергей Бодров — старший. Напомню: это автор фильмов «СЭР», «Кавказский пленник», «Монгол», «Дочь якудзы» — словом, наш человек в Голливуде, дважды номинант на премию «Оскар». Когда я узнал об этом замысле, мне сразу нарисовался в воображении фильм, нацеленный на мировой прокат, претендующий на участие в международных фестивалях, крупный по бюджету и мысли...
Потом что-то пошло не так. Сначала Бодров из режиссера стал сорежиссером — на пару с Константином Бусловым («Авантюристы», «Бабло»). А теперь в титрах готового фильма его имя в этом качестве уже не значится. Постановщиком стал Буслов, который после показа «Калашникова» журналистам признался, что ему пришлось заложить свой дом — иначе не удалось бы снять картину, на которую Минкультуры выделило лишь четверть необходимого бюджета. На финальной стадии к делу подключились концерн «Калашников» и «Ростех», благодаря чему удалось завершить ленту.
Несмотря на все эти финансовые и творческие передряги, готовый фильм выглядит вполне законченным и по-своему цельным. Но о мировом прокате, международных фестивалях придется, скорее всего, забыть. Слишком уж «советским» — по идеологии, подходу, стилистике — получился экранный «Калашников».
На исходе своей жизни Михаил Тимофеевич, искавший путь к Богу, написал покаянное письмо на имя патриарха, в котором есть и такие строки: «Моя душевная боль нестерпима, один и тот же неразрешимый вопрос: коль мой автомат лишал людей жизни, стало быть, и я, Михайло Калашников, девяноста три года от роду, сын крестьянки, христианин и православный по вере своей, повинен в смерти людей, пусть даже врага»?
И дальше: «Чем больше я живу, тем чаще этот вопрос сверлит мой мозг, тем глубже я забираюсь в своих размышлениях и догадках о том, зачем Всевышний допустил дьявольские желания у человека — зависть, жадность, агрессию, почему он поз-волил мыслям о братоубийстве и злодействе вырваться за пределы человеческого естества и стать самодостаточными, возводимыми кем-то и где-то в мораль и политический стандарт»?
Это письмо, не лишая Калашникова ореола технического гения, который, по его словам, «всю жизнь имел дело с железяками», очеловечивает образ конструктора, делает его теплее, объемнее, сложнее. Вот, казалось бы, ключ для фильма, вот полюса его эмоциональной амплитуды: душа и железо, оружие и совесть, смерть и жизнь. Но авторы фильма пошли, увы, путем создания канонического байопика о гении-самоучке, которого вознесла на вершины мировой известности советская власть.
Мы знакомимся с героем в 1941 году на поле боя под Брянском. Здесь командир танка старший сержант Калашников (Юрий Борисов) получил тяжелое ранение, его отправили в тыл. В госпитале Калашникова мучает мысль: почему фашисты с головы до ног увешаны первоклассным оружием, а советские солдаты в большинстве своем отстреливаются старыми трехлинейками Мосина? И он заболевает идеей изобрести эффективное стрелковое оружие, которого так не хватает нашим бойцам.
Собственно, сюжет фильма и представляет собой детальную реконструкцию того, как создавался Калашниковым автомат. От первых кустарных образцов пистолета-пулемета, изготовленного им с группой энтузиастов в паровозном депо на станции Матай в Казахстане, до надежного, безотказного АК-47, который в огне не горит, в воде не тонет и преимущества которого признал даже главный соперник Калашникова, выдающийся конструктор, генерал армии Василий Дегтярев (Валерий Баринов).
Параллельно с основным действием развивается роман героя со своей будущей женой Екатериной Моисеевой (Ольга Лерман), которая в качестве чертежницы помогает оформлять его идеи. О том, что у Калашникова в это время уже была семья, подрастал сын, фильм умалчивает. Как и обходит он стороной драматичную историю о том, как юный Миша Калашников, сын сосланного в Сибирь раскулаченного отца, в течение года набивая руку, подделал справку о своем происхождении, чтобы получить паспорт. Не обмани он в тот раз советскую власть, возможно, не появился бы и великий советский изобретатель оружия.
Но фильм, минуя эти и другие шероховатые обстоятельства судьбы Калашникова, равно как и драматичные коллизии в жизни страны, стремится к бравурному финалу. Главный герой получает в 1949 году за свой автомат Сталинскую премию, а затем на военном полигоне его приветствует рота солдат, вооруженных новенькими «калашами». В итоге весь фильм смотрится как добросовестная, тщательно р-азыгранная в сценах и лицах экранизация биографического очерка из «Википедии», которую в меру своего незаурядного, «нутряного» таланта старается оживить (и временами успешно) прекрасный актер Юрий Борисов.
В Ижевске, столице оружейников, где прошла премьера «Калашникова», фильм, говорят, приняли тепло. Оно и понятно. Но, честно говоря, я не очень представляю, какой аудитории адресован фильм. Поклонникам патриотического кино, которые массово пошли на фильмы «Т-34» и «28 панфиловцев»? Но «Калашников» кроме нескольких начальных сцен, в общем, лишен динамики, сюжетного напряжения, увлекательной интриги. Любителям авторского кинематографа? Но социальный фон в фильме настолько стерилен, стиль картины столь старомоден, а диалоги столь безыскусны, что вряд ли «Калашников» привлечет поклонников серьезного искусства. Боюсь, что выстрел у кинематографистов получился если не в «молоко», то уж точно и не в «десятку».
