22 апреля — день рождения Ленина, когда-то «самого человечного человека», а ныне, по выражению нового биографа, «хакера мировой истории». Впрочем, все мы немного хакеры, и каждый если и не артист, то хотя бы статист в этой бесконечной ленте. Как написал когда-то хороший поэт Юрий Левитанский, «даже тем, что не играю, я играю роль свою»...
Лев Данилкин «Ленин: Пантократор солнечных пылинок»
Титанические пятилетние труды автора увенчались 800-страничным результатом. Войдя во вкус, он не только проштудировал 55 томов ПСС вождя, но и проехал по ленинским местам, изучив даже меню европейских ресторанов, в которых Ильичу доводилось обедать. Ничто не мешает Данилкину легко скакать от детства к кончине, а главу про швейцарский период начать побегом смертельно больного Ленина из Горок в Кремль — за тремя томами Гегеля, конспектированного еще в Цюрихе. Забавны и переклички давно ушедшего с современностью. Например: «...для конца XIX века Чернышевский был кем-то вроде тогдашнего Пелевина». Или: «Ульяновы образца середины 1880-х похожи на семью из рекламы стирального порошка». Через все эти несерьезности, через детали вроде пристрастия Ленина к велосипедам и шляпам наш биограф незаметно подбирается к главному: как этот путешественник, шутник и обитатель библиотек чуть ли не в одиночку устроил революцию, сокрушив империю. «Он — светило, мы — солнечные пылинки (по Гегелю и Аристотелю), атомы в лучах Пантократора. Вседержителя, кидавшегося в Симбирске тапками в братьев и сестер».
Нина Аносова «Пока еще ярок свет...»
В Париже мемуары саратовчанки Нины Аносовой (1903-1998) вышли под названием «О моей жизни и утраченной родине». Родилась она в семье богатого купца-старовера и лютеранки, но себя считала православной. Отправившись в 1921-м на корабле из Феодосии в эмиграцию, страдала, что у Запада искаженное представление о России. Вспоминая приволжский купеческий быт, вольный Петербург и Одессу, размышляя о религии и патриотизме, Аносова показывает иную жизнь, где есть «настоящий бриллиант» — горничная Василиса, заставившая ее пойти в народ, отец Василий, открывший истоки познания Бога, и исчезающие в тумане гребни Крымских гор.
Виктор Серж «Когда нет прощения»
Политический детектив написан потомком русских народовольцев Виктором Кибальчичем (1890-1947). Его дядя изготавливал бомбы для членов «Народной воли», а отец — кавалергард, принявший революцию. Сам он, проведя детство в эмиграции, стал анархистом. Пригревал в парижской квартире террористов, экспроприировавших банки, за что 5 лет отсидел в тюрьме. Узнав о Февральской революции, ринулся в Россию. Общался с Маяковским, Мандельштамом. При восторженном отношении к революционным переменам власть красных бюрократов ему претила. А потому — арест и ссылка. Муки за веру, каковые достались и персонажам автобиографического романа, где тайный агент Коминтерна действует в дождливом Париже, его подруга — в погруженном во тьму и холод блокадном Ленинграде, а третья героиня встречает Красную армию в охваченном огнем Берлине. Соединились же все в жаркой Мексике. Именно там умер в такси Виктор Серж, когда вез в редакцию свои стихи. Заголовок этой книги можно легко подменить строкой Эдит Пиаф: «Я ни о чем не жалею».
