Фестиваль «Музыкальное сердце театра» за последние два десятилетия вырос в одну из главных творчески-организаторских сил, продвигающих наиболее востребованные музыкально-театральные жанры – мюзикл, оперетту, рок-, лайт- и даже рэп-оперу. Расширение масштабов смотра, раздвижение его поля зрения выразилось и в том, что уже третий год финал праздника проходит не в столице, а в одном из крупных театральных центров страны. В ноябре внимание всех, кто предан популярному музыкальному театру, будет приковано к Кузбассу – городам Кемерову, Новокузнецку, Прокопьевску, где состоятся показы лучших российских постановок года, мастер-классы звезд, итоговые события творческой лаборатории молодых создателей спектаклей. О том, каким будет «Музыкальное сердце театра-2023», кто и как готовит этот смотр и какие импульсы для дальнейшего творчества получат его участники – наш разговор с генеральным продюсером фестиваля Дмитрием Калантаровым.
– Дмитрий, список номинантов этого года заметно шире по сравнению с прошлогодним – 21 название вместо 14. Можно ли сказать, что и жанровая картина смотра становится более разнообразной?
– Безусловно – помимо мюзикла, это и оперетта, музыкальная драма, детские постановки, этника… Среди заявок даже рэп-опера встретилась! Это отражает реальную ситуацию в театрах страны. Количество тех из них, где обращаются к музыкальным жанрам, постоянно увеличивается. И в репертуаре конкретных театров эти жанры занимают все большее место. Например, возьмите афишу наших главных драматических театров – таких как Малый или МХТ имени Чехова. Прежде считалось, что хорошему драматическому артисту обладать певческой культурой на высоком профессиональном уровне необязательно. Сегодня практика решительно расстается с этим устаревшим взглядом. Также важно, что наряду с репертуарными театрами в нашем смотре на равных участвуют, а порой и побеждают независимые продюсерские проекты, чей успех, обеспеченный не господдержкой, а исключительно талантом и энтузиазмом участников, имеет особую цену.
– Обращает на себя внимание присутствие в списке наряду с признанными музыкально-театральными столицами и не очень больших, и достаточно отдаленных от федерального центра городов – например, Оренбурга.
– Да, тут прогресс тоже очевиден. Если в середине 2000-х мы были вынуждены ограничиться одной лишь Москвой, к которой только через пару фестивалей добавился Санкт-Петербург (впрочем, он уже давно с Первопрестольной на равных, а кое в чем и впереди), то сейчас и далекие, в том числе совсем небольшие города в состоянии давать серьезное качество. Думаю, с этой точки зрения обоснованным выглядит шаг, который фестиваль предпринял в 2021 году, перенеся свой главный, очный этап из Москвы в регионы – сперва в Новосибирск, а потом в Екатеринбург. Это и жанр продвигает, и для региональных творческих сил служит стимулом. Понятно, предпочтение отдается городам, где уже существуют мощные музыкально-театральные традиции и есть профильные вузы. Но ведь таких центров гораздо больше, чем два мною названных. И они укрепляются, создаются новые. В этом году мы неслучайно объявляем наш сбор в Кузбассе – этот регион вошел в число четырех, где формируются федеральные культурные кластеры, состоящие из филиалов Большого или Мариинского театров, крупнейших столичных музеев и высших артистических школ.
– В опубликованном на днях списке номинантов – широко известные композиторские имена Максима Дунаевского, Александра Журбина, Владимира Баскина, Романа Львовича, Кима Брейтбурга… То же самое могу сказать относительно режиссеров Виктора Крамера, Нины Чусовой, Алексея Франдетти, Егора Дружинина… А кто из менее пока прославленных авторов и постановщиков кажется вам перспективным?
– Тут должен честно признаться – сам я практически не смотрел спектакли-претенденты, и это вполне сознательно, исходя из опыта многих лет: чтобы не вырабатывать прежде времени собственные пристрастия и не влиять на оценки экспертов. Но по поводу молодых хочу сказать, что уже третий фестиваль подряд для них запускается Творческая лаборатория. 31 июля мы завершили сбор заявок – их свыше ста, и к сентябрю ее руководителям – композитору Александру Пантыкину и режиссеру-наставнику Светлане Горшковой – предстоит отобрать семь постановочных команд в составе композитора, либреттиста и режиссера каждая. Обеспечим их актерским коллективом из 30-35 человек, причем постараемся, чтобы это были представители разных регионов – так намного интереснее в плане обмена опытом и взаимообогащения традиций. И затем на протяжении двух месяцев они будут работать над своими замыслами дистанционно, а последние пять дней – встретившись очно, в Кузбассе, чтобы довести разработки до сцены и широкой публики.
По сути же молодежная часть фестиваля начнет работу уже 5 сентября, на следующий день после того, как в Кемерове официально откроется филиал Российского государственного института сценических искусств (бывший ЛГИТМиК, Санкт-Петербург). Туда приедут пять студенческих музыкальных спектаклей, поставленных Школой-студией МХАТ, ГИТИСом, РГИСИ, Саратовской консерваторией и Екатеринбургским театральным институтом. Артистическая молодежь сможет посетить десять мастер-классов по всем главным театральным специальностям.
– А что с ноябрьской фестивальной афишей? Помню, год назад при сохранявшихся еще во многих регионах пандемических ограничениях удалось привезти в Екатеринбург примерно половину из номинированных спектаклей.
– На этот раз благодаря поддержке Президентского фонда культурных инициатив, Министерства культуры РФ и администрации Кемеровской области во главе с губернатором Сергеем Цивилевым их будет намного больше. И не только в Кемерове – часть показов пройдет в Новокузнецке и Прокопьевске, где как раз после трехлетней реконструкции откроется драматический театр.
– Облик фестиваля во многом определяют его жюри и экспертные советы. Как они работают и кто туда входит?
– Решающую оценку производят 140 членов Академии современного музыкального театра, возглавляемой композитором, народным артистом России Максимом Дунаевским. Они отсматривают спектакли-претенденты на видео. Естественно, существуют оговоренные в уставе ограничения: академики (а это ведущие композиторы, сценаристы, дирижеры, режиссеры, сценографы, художники по костюмам, хореографы, художники по свету, продюсеры и т.п.) голосуют только за те спектакли, к которым сами непричастны. Что касается экспертных советов, то их два. В так называемый Малый входят пять известных театроведов, критиков, профессоров артистических вузов, которые из общего потока заявок (их в этом году было почти сто) формируют лонг-лист – в 2023-м в него прошли 24 спектакля. Затем в дело вступают 10 представителей Академии – это Большой совет, корректирующий выбор Малого: именно его решение сократило список номинантов до обнародованного шорт-листа из 21 спектакля, которые и вынесут на суд уже всей Академии в финале. Структура может показаться чуть сложноватой, но она в высокой степени исключает пристрастность суждений. Ведь еще и состав экспертных советов каждый год меняется не менее чем наполовину. И с гордостью замечу, что за последние годы не довелось слышать ни одного упрека в субъективности или ангажированности наших решений.
– Несколько слов о послефестивальной жизни лауреатов. Помню, прошлогодний спектакль-победитель «Кабаре Терезин» на тему холокоста к моменту своего премирования был как бы уже не вполне жив: кто-то из спонсоров перестал поддерживать проект независимого продюсера Михаила Шейнина, кто-то из актеров переключился на другие спектакли или вовсе уехал из страны…
.jpg)
Спектакль «Кабаре Терезин» после победы на фестивале в 2022 году обрел вторую жизнь
– …Подхвачу ваш вопрос-рассказ: а лауреатское звание вернуло этой постановке общественный интерес, она идет в Доме актера и на других сценах. Думаю, в немалой степени именно факт обретения спектаклем новой жизни окрылил его создателей на следующую работу – постановку мюзикла Александра Журбина «Между двух миров», вошедшую в лист номинантов 2023 года. Ведь выбор профессионалов важен еще и тем, что на него обращают внимание уже названные мной Министерство культуры, Президентский фонд культурных инициатив, другие структуры. Известны случаи их активного включения в поддержку самых талантливых творческих замыслов. По-моему, великолепная иллюстрация того практического влияния, которое оказывает наш фестиваль на развитие жанра.
