Кажется, всем, кто попал в категорию под кодовым обозначением «60-65+», пора бы с некоторых пор привыкнуть, что они граждане не вполне полноценные, ограниченные в общении, в передвижениях. А как сами «изолянты» воспринимают свое нынешнее положение? Специалисты Петербургского социологического института (филиал научно-исследовательского Социологического центра РАН) провели исследование, касающееся адаптации пожилых соотечественников к условиям жизни во время эпидемии. По его результатам на пять вопросов «Труда» ответили ведущий научный сотрудник Ирина ГРИГОРЬЕВА и социолог с 40-летним стажем Татьяна ПРОТАСЕНКО.
1. Во время самоизоляции живое общение у многих свелось к минимуму. Граждане старшего поколения сумели адаптироваться к новым обстоятельствам?
— Вообще-то в социологии такой подход называется дискриминацией по возрасту. Пожилым, по сути, сказали: сидите дома, а то погибнете. Запретили прогулки в скверах и парках, вместо того чтобы разработать режим доступа. Скажем, полдня дышат свежим воздухом пожилые, полдня — мамы с малышами. А ведь людям в возрасте движение необходимо как никому. Иначе — гиподинамия, и все дремавшие проблемы со здоровьем вылезают наружу. Так что запереть их в четырех стенах — точно не выход!
2. Сколько в России сейчас пожилых граждан, нуждающихся в социальной поддержке?
— Точных сведений нет, в отличие, например, от стран ЕС. Как нет данных и о том, чем чаще всего болеют те, кому 60+. Все приблизительно... Хотя прошло уже немало времени с той поры, как COVID-19 пересек российскую границу. Органы соцзащиты во многих регионах до сих пор в растерянности. Это сказывается на организации помощи самоизолированным. У нас больше 20 лет действует принцип обслуживания только тех, кто сам или через близких заявил о такой необходимости. Но многие из пожилых стесняются или не имеют возможности обратиться за помощью.
В Петербурге только недавно появилась организация, которая занимается выявлением таких людей. А чуть в сторону от обеих столиц об этом можно только мечтать. Как результат — очень много россиян оказались в карантин без медицинской помощи, всеми забытые. Красноречивая деталь по результатам опроса: те, кто живет в коммунальных квартирах, вдруг почувствовали себя комфортнее, чем обладатели собственного жилья...
3. Какие позитивные ответы респондентов в ваших исследованиях прозвучали?
— Отмечалось улучшение отношений пожилых с младшим поколением своей семьи. Активнее люди в возрасте стали пользоваться гаджетами. Отсюда и их просьбы организовать возможность онлайн-консультаций с терапевтами и геронтологами.
4. Как оценивают пожилые граждане действия властей на местах? Востребованы ли ваши исследования чиновниками?
— Оценки в большинстве своем негативные. Предпринимаемые чиновниками меры многие из опрошенных назвали хаотичными и сумбурными. Готовы ли органы власти прислушиваться к нашим выводам? Увы, у нас нет уверенности в том, что наверху скорректируют свои решения на основе результатов соцопросов.
5. На что чаще жаловались ваши респонденты?
— Российские пенсионеры — люди терпеливые и жаловаться не привыкли. Но многие отмечали ухудшение материального положения. Порой из-за того, что часть пенсии и накоплений они отдавали детям и внукам, оставшимся без работы. А тут еще налицо резкий рост цен на лекарства. Причем не на новые, импортные, а на вполне привычные — валидол, цитрамон...
