Мне всегда было интересно, откуда берутся люди, участвующие во всевозможных песенных конкурсах на ТВ. Это ведь требует от человека устремленности, смелости и даже нахальства: вынырнуть из неизвестности прямо на телеэкран и шаг за шагом двигаться к заветной цели. Спел, в зале похлопали, жюри оценило — давай в следующий тур. И вот тебя уже узнают на улице, и можешь заказывать афиши... С одним из таких персонажей мне выпало познакомиться и поговорить. Александр Приходько из Крыма приехал для участия как раз в таком телевизионном песенном конкурсе. Себя показать, Москву посмотреть. Ну а об остальном он сам расскажет.
«Никогда раньше не давал интервью. Очень волнуюсь», — говорит мне Александр Приходько, приехавший штурмовать столичную сцену и честно заработать свои «пять минут славы». Ему скоро 35, за плечами армия, работа, семья с маленьким ребенком. Вот чего нет у Саши, так это музыкального образования — просто талантливый парень с хорошим слухом и очень приличным музыкальным диапазоном. Сам пишет стихи и поет их под компьютерные «минусовки». Впрочем, многие знаменитости с этого начинали.
— Я родился в Крыму, в курортном городке Саки. Мама работала в торговле, продавала все — от колбасы до шуб. Она умеет руководить деньгами. Папа был механиком в гараже, а потом подался в шоферы. Выкупил старый грузовик ГАЗ-53, восстановил его и переоборудовал в самосвал. Там столько всякой рационализации, подгонки деталей от других машин: На этой машине он ездит больше 40 лет. И «газон» работает как часы. Наверное, это у нас в крови — возиться с железяками: и отец автомеханик, и оба дедушки, и я тоже.
С девяти лет папа брал меня с собой в дальние поездки. Едем, слушаем радио. Подпеваем. Слова в «дорожных» песнях обычно простые и мотивчики несложные. На том же «газоне» большими компаниями ездили к морю...
— Как в фильме «Маленькая Вера»? Там семья выезжала на пикник на отцовском КамАЗе. Все четверо в кабине...
— Во! А мы в кузове ехали. Человек по двадцать туда набивались: соседи, друзья, мальчишки со всей улицы — и на пляж, на шашлыки. Матрацами полосатыми дно застилали: если вдруг появлялась машина ГАИ, дружно падали плашмя на матрацы — и нас не видно! Гаишники едут мимо, а мы довольны, хохочем им вслед.
— Выходит, ты запел в поездках, под автомобильное радио?
— Ну да. А потом родители купили караоке, и мне понравилось петь в микрофон. Папа — он сам неплохо играет на гитаре, поет с мамой дуэтом — сразу определил, что у меня есть слух. Первое, что я начал петь всерьез, — это песни Лепса. У него есть такой, можно сказать, романс «Расскажи:». Лепс зацепил меня этой песней раз и навсегда, и я стал его копировать — и голос, и манеру исполнения.
— А живьем ты его слышал?
— Однажды прорвался к нему на концерт в Ялте. Народу — несколько тысяч, полный зал! И на улице еще тысячи прислушиваются. У меня был заготовлен лист ватмана с огромной надписью: «Давайте споем вместе!». И там же мой номер телефона. Лепс баннер точно увидел.
— И после концерта тебе позвонил?
— Да нет же! Но я-то уже завелся. Разыскал в интернете автора песен, с которым часто сотрудничает Григорий. Зовут его Дмитрий Митькин — это он написал хит «Я поднимаю руки». И внаглую обратился к нему: хочу, мол, петь ваши песни, купить права на исполнение. А он мне: есть одна готовая как раз в «лепсовском» стиле. Стихи, мелодия, аранжировка — все в комплекте! Получается, Лепс замешкался, и эту песню я у него из-под носа угнал!
— И сколько заплатил?
— Для Москвы, может, и не такие уж большие деньги, а для Крыма — целое состояние! Но я все-таки решился. На остальной репертуар денег уже не было. И сейчас на моем концерте первая песня — как раз та, купленная, а остальные мои собственные. Их уже три десятка набралось.
— Один выступаешь?
— С командой. Паша, Катя, Володя, Алина и Богдан — мои крымские друзья, местные поэты и певцы. Вместе выступаем перед зрителями в рамках городского культурного проекта «Творческая миля». На концертах наша команда интересно выглядит. К примеру, летним вечером на набережной расстилается ковер, на нем — советский телевизор, торшер, тумбочка, табурет, на нем — ретрорадиоприемник. Лампочки всякие мигают: и стильно, и по-домашнему. Зрителей вокруг нас порой человек 200 собирается, поем по несколько часов. Спели блок — и со шляпой по кругу. Деньги поровну. Город у нас курортный, и все концерты только летом-осенью, в бархатный сезон.
— А как ты в Москве оказался?
— Меня в Москву пригласили приехать для участия в крутом песенном телешоу. В каком, пока не скажу — я контракт подписал. А пригласила столичный продюсер Галина. Летом она отдыхала в наших краях и случайно у-слыхала мое пение «под Лепса». Будто бы даже позвонила ему: «Григорий, а вы сейчас разве в Крыму, на гастролях? Нет? Странно: Я вас здесь слышу». На этом и познакомились.
— Ты в Москве впервые?
— По делу — да, впервые. Утром отдернул занавески, а в окне высотка. Очень красиво! Потом позвонила продюсер, пригласила позавтракать. Нет, не в ресторан какой, а в кафетерий при универсаме, но тоже все вкусно.
— Что необычного в шоу, о чем можешь, не нарушая контракта, рассказать?
— Для меня самое необычное то, что уже в феврале я буду знать, кто победил. И даже если мне повезет, то придется молчать об этом до конца лета. Ведь монтаж и показ передачи займут несколько месяцев. Вот и придется всем отвечать: «Не знаю: Не знаю:». А я человек открытый, для меня это трудно.
— И вопрос на финал. Вот представь себе: март, ты возвращаешься в родной городок уже московским артистом. На тебе костюм с отливом, ботиночки на тонкой подошве, гладко выбрит. А тут отец: «Саня, я мотор перебираю, подсоби-ка!» И что, нырнешь холеными руками под капот?
— Конечно, я же автомеханик. А песни так, для души!
