Не успели мы отгоревать о том, что храм Святой Софии Константинопольской отныне мечеть, а не музей, а судьба его уникальных мозаик и фресок, да и всей старинной конструкции висит на волоске, как полыхнуло на западе Европы. Загорелся один из знаменитейших соборов Франции — Святых Петра и Павла в Нанте.
Более трех часов 104 пожарных тушили здание, которое строилось в столице Бретани 457 лет. Безвозвратно утрачены реликвии, пережившие революционные погромы и бомбардировки Второй мировой войны: орган 1620 года, один из лучших в Европе, витражи XV-XVI веков. Но даже видя обугленные остовы, понимаешь: за собор в целом можно не волноваться — все возможное для его реставрации будет сделано. На место бедствия незамедлительно прибыл премьер-министр Франции Жан Кастекс, а министр экономики и финансов Брюно Ле Мэр заявил, что воссоздать собор в Нанте — прямая обязанность правительства.
А теперь постарайтесь вспомнить, кого из первых лиц вы видели на пожарище какого-нибудь из наших храмов. В 2015-м, когда при реставрации вспыхнула колокольня Новодевичьего монастыря — памятника из списка ЮНЕСКО, сотни людей полночи ждали у стен монастыря, несмотря на промозглую слякоть, миллионы следили за жутким зрелищем по телевизору. Но начальство у нас не любит выходить к камерам в случае неприятностей.
То ли дело простодушные французы. Да, плохо, что допустили эту беду, как и потрясший весь мир пожар собора Парижской Богоматери в апреле прошлого года. Но случившееся помогло сдвинуть с места важнейшие дела. О реставрации столичного здания-легенды говорили лет 30, но мешала неподъемная стоимость работ — 20 млн евро. Однако уже в первые сутки после катастрофы всевозможные организации и бизнесмены, к которым присоединились главы многих государств, пообещали помочь крупными суммами. Ровно через год реставраторы располагали фондом в 900 млн евро, из которых 188 освоено.
А сколько денег удалось собрать, допустим, на воссоздание жемчужины России — Успенской церкви в Кондопоге, сгоревшей 10 августа 2018 года? Напомню: тогда красивейший и самый высокий храм Русского Севера, в 1774 году вознесшийся на 42 метра над Онежским озером, был сожжен балбесом-подростком.
Воссоздание святыни реально. В XX веке эту церковь трижды реставрировали, сохранились замеры и фотографии. Конечно, новодел оригинала не заменит, но это куда более достойный выход из ситуации, чем просто «плюнуть и растереть». Однако на работы требуется от 80 до 200 млн рублей. Минкульт лишь три месяца назад расщедрился на 8,3 млн. И сам наш небогатый народ собрал еще 6,4 млн. К воссозданию подключились волонтеры православной организации «Общее дело».
Но даже в случае успеха с Кондопогой «Общее дело» ждет непочатый край работы. Еще в 2018-м сайт «Хранители наследия» опубликовал список из 45 деревянных храмов, потерянных Россией в огне начиная с 1985 года. И этот перечень, увы, неуклонно растет. Несмотря на все речи о скрепах и традициях, звучащие на каждом перекрестке.
