В связи с тем, что МОК дисквалифицировал победителя Олимпиады 2004 года Тайлера Хэмилтона в велогонке с раздельным стартом, олимпийским чемпионом признан россиянин Вячеслав Екимов. Таким образом, он стал трехкратным олимпийским чемпионом: на счету Екимова победы в 1988 в командной гонке на треке и в «разделке» в Сиднее-2000.
Корреспондент «Труда» взял интервью у единственного в истории России трехкратного олимпийского чемпиона по велоспорту.
– Вячеслав, ведь Хэмилтон еще год назад признавался в том, что принимал препараты. Почему же год длилась эта волокита?
– МОК (Международный Олимпийский комитет) – тоже большая бюрократическая машина, которая не может быстро принять решение, даже на основании заявления Хэмилтона в прессе. Может быть, это утка? Должно быть официальное заявление такого органа, как US ADA (американское антидопинговое агентство – «Труд».), к которому Хэмилтон обратился. Но у этой организации тоже есть много более важных и срочных дел, чем какая-то медаль Хэмилтона, завоеванная еще в 2004 году. И только факт личного обращения Хэмилтона в адрес самого Жака Роге – главы МОК – возымел действие. А оно было в июне, и лишь после этого собрали дисциплинарную комиссию, которая решала этот вопрос, если не ошибаюсь, уже по ходу Олимпийских игр в Лондоне. Причем Хэмилтон подробно признавался: «я признаю свою ошибку, выпишите меня из всех реестров» и т.д. Лишь это возымело свое действие, в противном случае все «заигралось» бы и спустилось бы на тормозах. Иначе по окончании Олимпиады все позабылось бы.
– Первые официальные сообщение о лишении Хэмилтона звания олимпийского чемпиона появились более двух недель назад. За это время дело продвинулось вперед?
– Нет. Я тщательно слежу за ситуацией, никаких действий по изъятию медали у Хэмилтона еще не было. Мне самому еще предстоит сдать серебряную медаль 2004 года. И золотая медаль мне не просто будет передана в виде подарка-посылки или с курьером каким-нибудь прислана, а должен вручать член МОК. Кроме того, в России есть традиция – награждать спортсменов по осени или даже в конце года. То есть приурочить к какому-то поводу. Так что я не тороплюсь и не переживаю, потому что уже прошло восемь лет.
– А есть ли шанс, что за золотую медаль – вместо серебряной – вам задним числом за 2004 год добавят соответствующую разницу в премиях?
– В данном случае я могу только рассуждать и предполагать как простой обыватель, не более того. Да, вполне возможно, что-то мне добавят. С одной стороны, я как серебряный призер что-то недополучил из того, что назначалось олимпийским чемпионам. Но ведь в данном случае от меня ничего не зависит. Вот если бы решал я на месте какого-то чиновника, то Екимову или любому другому спортсмену, оказавшемуся в аналогичной ситуацию, я эту разницу бы выдал, причем в торжественной обстановке. Но если я ее недополучу – в этом случае я тоже ни на кого не обижусь.
– И все-таки это было несправедливо. Тем более что российские велосипедисты своих болельщиков золотыми медалями давно уже – после Екимова и Игнатьева – не баловали.
– И здесь я хочу подчеркнуть вот какой момент. Дело в том, что в 2000 и 2004 годах Спорткомитету РФ и другим государственным организациям мои медали обошлись почти бесплатно. В 2000 году отвезли в Сидней и обратно – и все, а непосредственно перед отъездом на Олимпиаду я сидел дома. Спустя 4 года к этим расходам добавилась еще организация двухнедельного предолимпийского сбора. С учетом этих обстоятельств какая-то компенсация была бы еще более логичной.
– Вы с Хэмилтоном насколько хорошо знакомы?
– Достаточно неплохо – вместе выступали за одну профессиональную команду.
– Его поведение кажется нелогичным и непоследовательным: принимал препараты, рискуя здоровьем и репутацией, где-то таился, а потом вдруг пошел на попятную и саморазоблачение. Чем это объясните?
– Я не могу объяснить, а могу только предположить. У меня есть две версии. Первая: его мучила совесть, он не спал по ночам, и в конце концов решил открыть всю правду и покаяться. Может быть, пересмотрел свои взгляды на жизнь, изменился – такие метаморфозы с людьми порой случаются. А опыт пребывания в профессиональном спорте и общения с американцами подсказывает мне вторую версию – заработать денег. Я уже читал, что Хэмилтон собирается издавать книгу. И тот же автор, что писал книгу для Лэнса Армстронга, собрался писать и для Хэмилтона… Но все же я хотел бы верить именно в первую версию.
– Еще недавно вы были советником в команде «Катюша». А чем сейчас занимаетесь?
– Я советник у Игоря Макарова – президента Всероссийской федерации велоспорта и компании ИТЕРА, которая развивает велоспорт в стране. Еще так получилось, что я подключился к работе с командой «Русвело» – она не имеет отношения к «Катюше». Там я – исполняющий обязанности менеджера команды.
– Как вы оцениваете итоги выступления российских велосипедистов в Лондоне?
– Наметилась какая-то положительная тенденция. После Пекина создавалось впечатление: ветераны уже ушли из сборной, а молодых за ними и нет. Но теперь мы эту молодежь увидели в деле, она прогрессирует. Хотя наша федерация и Министерство спорта ожидали большего. Я также рассчитывал на большее. И в дальнейшем буду надеяться на больший успех российских велосипедистов. Мы завоевали две бронзовые медали. Обидно было, когда упустили медаль в командной гонке. Есть много объективных и субъективных причин – разобраться с этим непросто, и предстоит долгая работа.
– Для простых болельщиков две бронзы Ольги Забелинской стали приятной неожиданностью. А для вас?
– Я знал, что Ольга мотивирована как никогда раньше. Еще после ее прекрасного выступления на чемпионате России в Воронеже я был уверен, что она способна на большее. Я был ответственным за команду «Русвело», за которую она выступала, и мы старались создать ей все условия для хорошей подготовки к сезону, в том числе и к Играм в Лондоне. После ее победы на чемпионате России две медали в Лондоне стали логичным продолжением.
– До Рио-2016 у нее есть шанс дотянуть на высоком уровне?
– Я знаю ее характер, она – на редкость целеустремленный человек. В принципе, вопрос с воспитанием детей у нее отработан. Думаю, она сможет хорошо подготовиться, и вся необходимая для этого помощь ей будет оказана.
– Что на вас в Лондоне произвело самое сильное впечатление кроме велоспорта?
– Победа наших волейболистов. Если мы говорим об индивидуальном виде спорта, за победой обычно стоит один человек. А успех команды кроме мастерства отдельных спортсменов требует хорошо организованных действий группы людей. Я приятно удивлен: как здорово смогли сработаться и выступавшие на площадке игроки и люди, работавшие на них. Так что победа волейболистов принесла мне особую радость.
– Вы сейчас поддерживаете свою спортивную форму?
– Я контролирую свой организм. Правильно питаюсь, провожу регулярные пробежки – на большее у меня времени не хватает. У меня бывают свободными лишь 1–2 часа в сутки. Если замечаю ухудшение спортивной формы, то стараюсь изыскивать больше времени для физических нагрузок и делаю их более разнообразными. Но спорт для меня стал хобби и средством для поддержания здоровья – своими результатами я никому ничего доказывать в будущем не собираюсь. Я уже все доказал, что хотел.
– А в ветеранских велогонках принимаете участие?
– Я приеду в Москве на соревнования и приму в них участие как спортсмен. Традиционная велогонка в рамках мероприятий, посвященных 20-летию МГК «ИТЕРА», начнется 25 августа в 12.00 на территории СК «Крылатское» (малое олимпийское кольцо).
– Ваш сын занимается спортом?
– В школьные годы у него неплохо получалось в теннисе. Но сейчас и у него спорт перешел в разряд хобби. Для него главное – учеба. Он учится в университете в Испании на юриста.
– Он говорит на русском и на испанском?
– Еще на английском и каталонском. Всеми четырьмя языками владеет как родными.
