Скандал вокруг конкурса молодых исполнителей эстрадной песни в Юрмале продлился пару дней. Первоначальный шок от заявления главы МИД Латвии, объявившего Кобзона, Газманова и Валерию «апологетами российского империализма и агрессии» и запретившего им въезд в страну, быстро растворился в традиционном информпотоке с Рижского взморья. И вот уже наши СМИ привычно пережевывают местечковые сенсации: номер, в котором традиционно останавливается Алла Пугачева, занят каким-то украинским олигархом, у неутомимого Баскова новая пассия... А телезрители российского государственного телеканала каждый вечер имеют возможность лицезреть тех звезд нашей эстрады, кого все-таки осчастливили визой. Все нормально? На сей счет есть как минимум два противоположных мнения.
«Будем выше, благороднее!»
Да, праздник на Рижском взморье все-таки стартовал, и сейчас, когда позади три фестивальных дня, могу сказать: хорошо, что случилось именно так. При всем сочувствии к уязвленным мэтрам и их публике. Первая реакция на объявление их персонами нон грата была самой естественной. Резче всех выступил Кобзон. Певец, специально ради «Новой волны» вернувшийся из Испании, был возмущен и выражал недоумение по поводу того, как это его многолетний товарищ по цеху Игорь Крутой, организатор «Волны», не отменил фестиваль в знак протеста и солидарности. Иосиф Давыдович рассказал, что ему был звонок от губернатора Калининградской области Николая Цуканова, предложившего перенести конкурс в его регион.
Весьма эмоционально отреагировали и Валерия с супругом, продюсером Иосифом Пригожиным. «Мы готовы обратиться в международные организации за защитой права человека на свое мнение и выражение своих мыслей», — заявил Пригожин. Спокойнее всех выступил Олег Газманов. Зная творчество Олега Михайловича, имеющее лихую «эскадронную» окраску, и его самого как человека жесткого, можно было предположить, какие с этой стороны полетят молнии. Однако главная мысль певца, высказанная в его видеообращении, оказалась примирительной: «Хочу призвать людей, независимо от национальности, не развивать этот искусственно спровоцированный конфликт, прекратить взаимные обвинения и понять, что нас пытаются поссорить всеми мыслимыми и немыслимыми средствами. Разобщенность и амбиции не сделают нас счастливыми. Важно не потерять уважение и сохранить отношения».
Слова Газманова, похоже, оказались неким успокоительным средством. В эфире канала «Россия 1» Иосиф Кобзон, до того возмущавшийся («А зачем мы транслируем концерт открытия, зачем прогибаемся?»), смягчил позицию и благородно пожелал участникам «Новой волны» удачи. Да и Валерия с Пригожиным засомневались, стоит ли им тратить время на судебную тяжбу.
И то правда. Когда концерт открытия все же состоялся и мы увидели в прямой трансляции сияющие глаза молодых артистов, которым «Новая волна» предоставляет шанс выйти на большую песенную орбиту, думаю, самые сердитые критики ощутили сочувствие к этим ребятам и девчонкам. Кто-то приехал совсем издалека — как темнокожий конкурсант из США Талшон Колкуит, кто-то — поближе, но с не меньшими волнениями, как наша Юля Плаксина или Виктория Петрик и Вячеслав Рыбников из Украины...
На мой взгляд, рядом с этим померк провинциальный жест латвийского министра. Ну да, это комплексы маленькой страны по отношению к ее бывшему суверену. Ну да, наверное, есть резон у тех, кто призывает проводить альтернативные юрмальскому песенные конкурсы в наших городах — Сочи, Ялте, Калининграде, Комарово... Но правы и те, кто говорит: «Новая волна» должна остаться в Латвии. Как знак русского присутствия в стране, где для трети населения эта культура — родная. Уж не говорю об экономическом влиянии, ведь без «Новой волны» юрмальский бюджет затрещал бы по всем швам. Будем же выше и благороднее тех, кто так по-мелкому стремится отравить наши совместные праздники, — их, этих праздников, и без того так мало осталось.
«Нам плюнули в лицо, а мы утерлись и пляшем чечетку на юрмальской сцене...»
Что ж, уже можно констатировать: нам в очередной раз плюнули в лицо, а мы утерлись. И пляшем чечетку на юрмальской сцене как ни в чем не бывало. Натужное веселье, с каким подаются выступления российских артистов, допущенных-таки в «демократическую» Латвию, не просто отдает дурным вкусом — оно безобразно по сути.
Вполне официальное лицо, министр иностранных дел Латвии, объявляет Россию империалистическим агрессором и заявляет, что Иосифу Кобзону, Олегу Газманову и Валерии закрыт въезд в его страну за то, что артисты «агрессивно поддерживали аннексию Крыма и неоднократно публично уничижительно отзывались о действиях Украины». То есть определяет, что можно, а чего нельзя говорить российским гражданам. Считаешь Майдан высшей формой демократии, бомбежки и артобстрелы жителей Донбасса — операцией по восстановлению мира, а Крым исконно украинским — свой парень, ласково просим. Нет — значит, русский империалист, персона нон грата. Представляете, какой наглядный урок для тех самых молодых исполнителей, интересами которых сегодня прикрываются организаторы «Новой волны»! Петь они еще то ли научатся, то ли нет, но «фильтровать базар» их уже обучили. Да и маститые мастера сцены прикусят язычок: как бы чего лишнего и хорошего о своей стране не ляпнуть, а то завтра вырежут «шенген» из паспорта...
Нет, это, конечно же, не частность, которую можно было бы списать на провинциальные комплексы латвийского министра. Это цветочки, за которыми обязательно следуют ягодки. Все большей евролояльности будут требовать (и не всегда в открытую) организаторы всевозможных творческих конкурсов и гастролей от российских деятелей культуры. И что же теперь, каждому выезжающему придется ставить прививку от патриотизма? Вспомним, кстати, что тому же Олегу Газманову уже приходилось отдуваться за песню «Сделан я в СССР», в которой официальные деятели Литвы увидели посягательство на национальный суверенитет и даже признаки нацизма... И что, прикажете Газманову ради участия в «Новой волне» переписать песню на «Сделан я в ГУЛАГе»?
Едва ли стоит предъявлять претензии к Игорю Яковлевичу Крутому, дипломатично обходящему сегодня острые углы. Для него «Новая волна» — бизнес, да и сам он гражданин мира. По-человечески можно еще попытаться понять и наших притихших деятелей эстрады: у доброй половины из тех, кто сегодня поет и пляшет в Юрмале, есть недвижимость на балтийском берегу. Но вот с какой стати российскому государственному телевидению играть в эти игры, зачем, как недоуменно спросил Кобзон, так прогибаться? Вот этого понять просто невозможно.
