В Кафедральном соборе Калининграда отметили Всемирный день философии. Между прочим, уже в шестой раз. Что, не слышали про такой праздник? Укор ЮНЕСКО, которая, похоже, недостаточно активно продвигает собственную инициативу, предложенную еще в 2005 году. Или, вероятно, вы давно не были в Калининграде, где философией дышит, можно сказать, сам город — родина Иммануила Канта.
Дань мировой мудрости в третий четверг ноября каждого года отдают во многих университетах планеты, но подобного тому, что происходит в этот день на калининградском острове Канта, уверен, вы не встретите больше нигде. Здесь философия в самом прямом смысле спасла духовное и культурное сердце края — Кафедральный собор. Не будь у его стен могилы Канта, почитаемой даже большевиками, снесли бы их остатки за милую душу, как снесли Королевский замок и многое другое, в послевоенное время считавшееся «неметчиной». Собор же и его драгоценное сокровище — самый совершенный в стране орган — отплатили взаимностью: Дни философии здесь проходят в соединении мудрого слова с прекрасной музыкой.
Идея принадлежит художественному руководителю собора, музыковеду Вере Таривердиевой и ее многолетнему творческому соратнику — пианисту, композитору, дирижеру и философу (почитайте хотя бы его книгу «Лингвистическая катастрофа») Михаилу Аркадьеву. Михаил — колоритнейшая личность. Как и миллионы слушателей, я сперва узнал Аркадьева в амплуа пианиста — партнера легендарного Дмитрия Хворостовского. Могу свидетельствовать: это был едва ли не дуэт равных! Затем в жизнь Михаила пришло руководство оркестрами, музыкальными театрами. А потом завлекли сочинительство и музыкальная наука. Дни философии дали возможность делиться этим творческим и научным опытом с публикой.
Вот темы, которые Михаил и Вера уже предлагали слушателям собора: «Философия огня», «Любовь и смерть», «Бегство» (по-итальянски — Fuga), «Возвращение»... Темой этого года стала «Бесконечность».
Можно много говорить о том, как музыка способна победить само время (от гениальной шутки Баха «Гольдберг-вариации» до возрождения той же баховской музыки через столетия) — для того у Дня философии имеется лекционная часть, где выступили Аркадьев и профессор Института гуманитарных наук Балтийского федерального университета имени Канта Владимир Гильманов. Но самое интересное — убедиться в безграничных возможностях музыки через свой собственный слух.
Михаил с единомышленниками предложили посетителям две программы. Первая, так и названная «Музыка бесконечности», стартовала с произведений композитора, имя которого уже несколько раз появлялось в этой заметке: Бах. Разумеется, они конечны по физическому звучанию — лаконичная хоральная прелюдия «Взываю к тебе, Господи» (титулярный органист собора Мансур Юсупов), или прелюдия из Соль мажорной виолончельной сюиты (Александр Рамм), или даже эпическая по развороту скрипичная Чакона (Гайк Казазян). Но, как метко сказал Аркадьев, бесконечен их след в человеческом сознании.
Собственно, его, этот след, можно уловить и в популярной органной «Прелюдии, фуге и вариации» Сезара Франка (титулярный органист собора Евгений Авраменко), и в крайне редко звучащей, но изумительной не меньше, чем «бесконечные» медленные части симфоний Брукнера, фортепианной пьесе этого композитора «Воспоминание» (Михаил Аркадьев), и в волшебно-красивом квартете нашего соотечественника Арво Пярта «Зеркало в зеркале».
Не обошлось без «баховской» раздумчивости и в новой партитуре самого Аркадьева, которую он, как и в прошлые годы, написал «в тему» нынешнего праздника. Однако у «Элегии прощания» (таково название опуса) есть и другой источник — Элегия Марине Цветаевой, написанная в 1926 году Райнером Марией Рильке. Особенно после того как Михаил прочел со сцены строки: «Мы весна, Марина, мы песня, радостный льющийся гром жаворонка в вышине...», цепь его собственных инструментальных речитативов, ламентаций и хоралов зазвучала прямым продолжением этой вселенской истории, где люди уподоблены падающим звездам...
Завершился же праздник, наверное, лучшим, что вообще можно было для такого дня придумать, — исполнением последних 12 прелюдий и фуг Баха из его главного клавирного опуса «Хорошо темперированный клавир» (48 прелюдий и фуг во всех тональностях). Тут уже Аркадьев остался один на один с любимейшим автором — и предложил одну из самых оригинальных, до тончайших деталей продуманных интерпретаций, что до сих пор приходилось слышать.
.jpg)
Один на один с Бахом. И громадным переполненным залом
Я сказал «один на один», но это неточно — был и громадный зал, остававшийся переполненным далеко за полночь. Опытная Вера Таривердиева говорит, что даже для Кафедрального собора, который никак не может пожаловаться на отсутствие интереса публики, такое удивительно. Мне же — памятуя о том, что нынешний Калининград есть центр Европы, к которому разные силы испытывают самые контрастные чувства, от пиетета до желания стереть с лица земли, как это уже пробовала сделать 78 лет назад британская авиация, — нынешняя мистерия, освященная именем Баха и проведенная Михаилом Аркадьевым с истинно религиозным трепетом, показалась глубоко символичной.
