Не стало Людмилы Сенчиной. Ее хрустальный голос никогда не гремел сокрушительными децибелами. Народную любовь певица заслужила более драгоценным даром — чистотой душевной мелодии.
Петь обожала с детства. Корни своей музыкальности видела в сочетании талантов родителей — маминой певучей украинской души и папиного цыганского темперамента. А получать профессиональное образование поехала с родной Украины на север, в Ленинград. Там с ней и случилась настоящая история Золушки.
В 1969 году Театру имени Комиссаржевской для спектакля о Французской революции понадобилась песня в стилистике XVIII века. Музыку написал композитор Игорь Цветков, а стихи — молодой актер и по совместительству начинающий поэт Илья Резник. Получился очаровательный романс, по общему мнению, страдавший одним недостатком — он не имел к революции ни малейшего отношения. Песню назвали «Золушка» и показали Анатолию Бадхену, руководителю эстрадного оркестра, солисткой которого тогда была юная Сенчина.
Удивительно, но самой Сенчиной песня поначалу совсем не понравилась. Ей хотелось походить на Эдиту Пьеху — с ее сексапильным низким голосом и драматическими текстами про любовь. А тут какой-то порхающий, почти детский мотив... Но Бадхен настоял на своем — и неожиданно, после премьеры песни, грянул сумасшедший успех.
Вскоре последовали новые песни, кинороли. Всесоюзную публику Людмила покорила в образе лукавой и обаятельной учительницы первоклашек в картине-альманахе «Волшебная сила искусства». Для сериала Владимира Басова «Дни Турбиных» записала романс «Белой акации гроздья душистые», ставший одной из ее визитных карточек. В ленте «Вооружен и очень опасен» взорвала советский кинопрокат видом своей обнаженной груди.
Вспоминала об этом потом в интервью журналисту «Труда» Михаилу Садчикову со смехом: «Мы приехали с замечательным актером Леонидом Броневым на съемки в Прагу. Он тогда был молодожен и совсем не рвался сниматься в постельной сцене. Да и меня лавры секс-дивы не увлекали. Но режиссер настаивал. А когда настал момент «интима», Броневой от зажатости нервно дернул бретельки — грудь моя обнажилась. Камера работала, режиссер был в восторге, дубль не потребовался. Правда, после выхода фильма на экраны бдительные трудящиеся стали писать в партийную прессу, что советская артистка Сенчина потеряла всякий стыд... Года три, не меньше, этот фильм, точнее, этот кадр портил мне жизнь. Потом страсти улеглись, зато осталась в моей биографии яркая страница: я снялась вместе с такими звездами, как Донатас Банионис, Леонид Броневой, в весьма достойной картине, музыку к которой написал Владимир Высоцкий».
Красота и слава совершенно не повлияли на природный характер Людмилы. Когда ту же «Золушку» на «Песне-73» спела другая певица, Таисия Калинченко, Сенчина с уважением отозвалась об успехе коллеги. Песню «Любовь и разлука» сама отдала в руки своему товарищу по ансамблю Стаса Намина Александру Малинину. Будучи трижды замужем, не запятнала ни свою, ни чью-либо еще биографию ни одним скандалом.
А когда певческая карьера по понятным причинам стала сбавлять обороты, скромно удалилась в свой загородный дом, нашла радость в общении с немногими друзьями, в том числе Ниной Ургант, с которой, как говорила сама, у нее даже кошки-собаки общие: то у одной живут, то у другой.
Впрочем, профессиональный класс Сенчиной люди со слухом продолжали ценить и после завершения ее активной карьеры. Ее звали в программу «Универсальный артист», новогодние телешоу. Еще несколько недель назад обсуждалось участие певицы в концерте к годовщине снятия блокады Ленинграда.
Ушла она так же достойно, как жила — болела, но не делала из этого национальную трагедию, о беде знали только самые близкие люди. Сохранила чистоту негромкой интонации — музыкантской и человеческой, что в наше шумное время такая редкость.
