Он сыграл в кино более 100 ролей, а остался в нашей памяти Шуриком. Это было и счастьем, и наваждением, и проклятием Александра Демьяненко, который, будучи разносторонним актером, мастером тонкого психологического рисунка, всю жизнь боролся с выпавшим на его долю амплуа. Но так и не смог переиграть судьбу.
Известность пришла к Демьяненко с первыми фильмами. Его крестными отцами в кино стали уже признанные мастера Александр Алов и Владимир Наумов, пригласившие начинающего актера в свои знаменитые ленты «Ветер» и «Мир входящему». Последний из них прогремел на фестивале в Венеции, а затем в сотнях копий разлетелся по всему миру. Демьяненко сыграл в фильме молодого лейтенанта, который в канун окончания Второй мировой войны везет в тыловой госпиталь роженицу-немку. По ходу ленты его герой попадал в различные передряги, и к финалу из желторотого новобранца превращался в офицера, воина, настоящего мужчину.
Похожая метаморфоза произошла и с самим актером. Сыграв после успешного дебюта заметные роли в фильмах «Карьера Димы Горина», «Взрослые дети», «Порожний рейс», «Государственный преступник», «Сотрудник ЧК», Демьяненко из недавнего новичка на глазах зрителей превращался в зрелого мастера, которому оказались по плечу самые разные краски — бытовые, героические, драматические, лирические.
Беда (или редкая удача?) пришла, откуда не ждали. Леонид Гайдай после уморительных «Самогонщиков» перепробовал порядка 40 претендентов на главную роль в свой новый фильм «Несерьезная история», который позже получит название «Операция «Ы». Но ни один из московских актеров, в том числе Евгений Жариков, Андрей Миронов, Александр Збруев, не подошел на роль очаровательного растяпы, интеллигентного очкарика Владика Арькова, попадающего в курьезные ситуации и неизменно с честью выбирающегося из них.
В итоге Гайдай нашел своего героя в Ленинграде, куда к тому времени перебрался Демьяненко. Актер еще до съемок настолько слился со своим персонажем, что Владик был переименован в Шурика — по имени самого Демьяненко. Единственное, что пришлось подкорректировать в облике актера, — это превратить его из жгучего брюнета в блондина с рыжеватым отливом.
Наутро после премьеры «Операции «Ы» Демьяненко, которого раньше изредка узнавали на улицах, проснулся всенародно обожаемым. Картину только в первый год проката посмотрели 70 миллионов зрителей. На последовавшую за этим «Кавказскую пленницу» билеты купили уже почти 80 миллионов зрителей. Окончательно упрочил славу Демьяненко новый гайдаевский шедевр — «Иван Васильевич меняет профессию», в котором Шурик действовал уже без сопровождения криминальной троицы в составе Труса-Балбеса-Бывалого.
Фильмы «про Шурика» сразу стали комедийной классикой. Многие ходили на популярные ленты по нескольку раз, реплики персонажей знали наизусть. Демьяненко и сыгранный им герой в обыденном сознании соединились столь нерасторжимо, что актера иначе как Шуриком уже не называли. Для Демьяненко, человека деликатного, молчаливого, даже замкнутого, наступили трудные времена. Он превратился в заложника созданного им образа.
Желание поклонников прикоснуться «к Шурику», вступить с ним в разговор, потрепать по плечу, предложить стакан водки или рог вина, а то и поправить на носу очки, потянуть за ухо — все эти проявления народной любви приносили Демьяненко подлинные страдания. Он прятался на даче, где много и с наслаждением читал, слушал классическую музыку, но приходилось выходить в свет, а здесь ему не давали прохода. Вот как описывал одну из таких ситуаций актер Владимир Татосов:
«Мы с Сашей ужинали в ресторане. Напротив нас сидела группа мужчин в офицерской форме, человек пять. И вот один из них, узнав Демьяненко, нетвердой походкой подошел к нам и, обращаясь к Саше, сказал: „Мы бы очень хотели, чтобы вы, Шурик, подошли к нашему столу и выпили с нами“. Надо было видеть реакцию Демьяненко. Его благодушие как рукой сняло. „Никакой я вам не Шурик, меня зовут Александр Сергеевич. И если вы хотите меня пригласить, то это нужно делать в трезвом виде“. Мне стоило немалых трудов погасить конфликт».
А самое обидное, что многие роли, которые мог сыграть Демьяненко, уже проходили мимо него. За актером незримо тянулся шлейф симпатичного, смешного, находчивого очкарика-блондина...
— После выхода этих фильмов меня в кино катастрофически мало брали, — вспоминал сам Демьяненко. — Я был настолько популярен и узнаваем, что режиссеры говорили: ну, зачем же тебя снимать? Тебя все узнают, пусть ты будешь врача играть или какого-то полярника, все равно скажут: вот Шурик играет какую-то роль — опять этот Шурик...
Его спасали от безработицы небольшие эпизоды, да изредка перепадавшие серьезные роли в фильмах «Угрюм-река», «Учитель пения», «Зеленый фургон». Но главным образом его выручало искусство дубляжа. Голосом Демьяненко на нашем экране заговорили самые яркие звезды западного кино: Роберт де Ниро, Жан-Поль Бельмондо, Омар Шариф, Уго Тоньяцци, Джон Войт, Стив Бушеми. Александр Сергеевич озвучил практически все роли Баниониса, говорившего по-русски с акцентом. Знаменитый литовский актер, кстати, признавался мне во время интервью, что половина успеха в сыгранных им ролях принадлежит Демьяненко, который одним только голосом мог передать тончайшие оттенки человеческих чувств.
Невостребованность, досужее внимание публики все сильнее угнетали актера. Довершила ситуацию вопиющая бестактность нового руководителя Театра Комедии Татьяны Казаковой, которая, придя к власти, без церемоний объявила Демьяненко, что применения ему в своем коллективе не видит. Тогда у актера впервые остро прихватило сердце...
Он перешел в небольшой театр «Приют комедиантов», сыграл там несколько серьезных ролей, в том числе Креона в «Антигоне» Жана Ануя, но эти работы мало кто видел, мало кто оценил. С отчаяния Демьяненко подписался на сериал «Клубничка» — первый российский ситком. И на целый год (одна серия снималась за один день) погрузился в эту изнурительную работу.
«Боже, сколько было возмущений и негодований! — вспоминала на страницах „Труда“ народная артистка России Зинаида Шарко. — Такой артист! Зачем ему это надо?! Такая пошлятина! Такое дурновкусие! Такая дешевка!
А ему надо было! Ему надо было почувствовать, что он нужен. Ему надо было, чтобы его привозили и отвозили в Москву и из Москвы „Красной стрелой“ в вагоне СВ. Ему надо было, чтобы его встречали на вокзале, поселяли в хорошем номере, в хорошей московской гостинице, отводили специальный уголок на съемочной площадке, где бы он мог отдохнуть, заботились о его здоровье! Это было ему надо!»
На съёмках сериала у актёра отслоилась сетчатка глаза. Пришлось делать операцию. Демьяненко трудно перенёс наркоз, обострились другие болячки. Вскоре он попал в больницу с подозрением на язву желудка. Как оказалось, это был второй инфаркт — первый он перенес на ногах. Врачи решили делать шунтирование. Операцию назначили на конец августа, когда схлынет летняя жара и все вернутся из отпусков. Но актер до операции не дотянул...
В одном из последних интервью Демьяненко признавался: «Мне уже 60 лет, а я все равно — Шурик! По молодости, конечно, я дико раздражался, испытывал массу неудобств, дискомфорт. А сейчас думаю: „Ну и ладно“. Люди, видя меня, вспоминают любимые фильмы, улыбаются, а значит, чуточку улучшают свое настроение».
Давайте и мы сегодня с благодарностью вспомним замечательного актера, который, возможно, не сыграл всего, что мог, но подарил нам немало счастливых мгновений, от которых мы светлели душой, оттаивали сердцем и становились ближе друг к другу. Ведь улыбка, смех пролагают кратчайший путь между людьми.
Несколько фактов из жизни актера
Демьяненко родился в Свердловске. Его мать работала бухгалтером, отец служил в оперном театре. Как всякий актерский ребенок, Саша детство и юность провел за кулисами театра. Он уже с юных лет знал, что хочет стать актером. И в итоге стал им.
***
Был женат два раза. С первой женой Мариной Скляровой учился в драмкружке. Со второй женой Людмилой Демьяненко, режиссером монтажа, познакомился на «Ленфильме». Ушел к ней из предыдущей семьи с одним чемоданчиком. Своих детей у Демьяненко не было. Но он очень нежно относился к падчерице Анжелике Неволиной, которая стала впоследствии известной актрисой.
***
В Кургане решением городской думы именем Александра Демьяненко названа улица. Памятники Шурику и Лидочке (героям новеллы «Наваждение» из операции «Ы») установлены у Московского экономического института, на центральной алле Краснодара и возле Рязанского госуниверситета.
