Залы кинотеатра «Пять звезд на Павелецкой» были переполнены всю неделю, благо вход на фильмы был свободный. Но дело, думается, не только в бесплатных билетах...
К девятому фестивалю в Москве появились любители и даже тонкие ценители польского кино, которое всегда занимало особое место в нашей жизни. Моему поколению не надо было объяснять смысл понятий «польская школа» или «кино морального беспокойства». Мы росли, учились думать и чувствовать не только на отечественных фильмах, но и на картинах Вайды, Занусси, Кавалеровича, Жулавского, Кесьлевского...
Так было вплоть до 1991 года, потом традиция прервалась. После слома эпох польское кино на четверть века исчезло с наших экранов, а российские фильмы перестали быть желанными в Польше. И лишь в 2008 году польским энтузиастам русской культуры — Петру Скульскому и его очаровательной жене Малгожате Шляговской — удалось сломать сложившиеся стереотипы и провести в Варшаве фестиваль российского кино «Спутник», который неожиданно произвел в Польше настоящий фурор. А фестиваль «Висла», в свою очередь, вернул польское кино на российские экраны.
Малгожата вспоминает: на первый смотр польского кино в Москве привезли всего 17 картин. На нынешней, девятой по счету «Висле», было показано уже порядка 80 лент, в том числе документальных, анимационных. Достаточно представительный срез современного польского кино, которое в последнее десятилетие переживает настоящий взлет — и в коммерческом, и в творческом плане.
Особенно удачными для поляков были два последних года. В 2014-м в десятке самых кассовых картин ровно половину заняли польские фильмы. Нам бы такую статистику! А в 2015 году Польша не только получила «Серебряного медведя» за режиссуру на Берлинале (фильм «Тело» Малгожаты Шумовской), но и Павел Павликовский завоевал «Оскар» за фильм «Ида», обойдя на вираже нашего Андрея Звягинцева с «Левиафаном». Так что интерес, который проявляют россияне к польскому кино, сегодня вполне объясним.
Чем берет польское кино в плен своих зрителей и фестивальных знатоков? Нет, не фильмами-катастрофами, не наивными попытками догнать и перегнать Голливуд. Бюджеты польских фильмов по сравнению с российскими скромны. В нынешней программе самым дорогостоящим оказался фильм «Испанка», повествующий о Великопольском восстании в Познани в 1918 году. В нем принимало участие более полутора тысяч артистов и статистов, для фильма были пошиты сотни костюмов — и все это удовольствие обошлось в 5,5 млн евро. Смешная, право, сумма на фоне иных наших блокбастеров, почти никогда не окупающихся в прокате...
Чаще всего польские кинематографисты снимают недорогое, камерное, разнообразное по жанрам кино. Вот и в нынешней программе нашлось место и классическому детективу («Доля правды»), и изысканной черно-белой философской притче («Демон»), и военной драме («Летнее солнцестояние»), и триллеру («Анатомия зла»), и все они укладываются в скромные бюджеты, что, впрочем, не делает их бедными по изображению. Поляки берут прекрасными актерскими работами, тонкой проработкой характеров и неизменно узнаваемыми реалиями жизни. Лучше всего у них сегодня получаются простые человеческие истории.
Героями польских фильмов чаще всего становятся не исторические знаменитости, не борцы и хоккеисты, а самые обычные люди. Врачи, учителя, таксисты, пенсионеры, священники, гастарбайтеры, фермеры. Поляки узнают на экране себя, свои проблемы, свою жизнь — и поэтому идут в кино. Кинотеатры в Польше — отнюдь не прибежище для инфантильных тинейджеров, в них ходят и взрослые люди. И польское кино разговаривает с ними по-взрослому.
Красота и драматизм каждодневной, обыденной жизни — это определило сквозной сюжет нынешнего фестиваля. Не случайно наше жюри кинокритики, которое оценивало конкурсную программу из 11 фильмов, выделило для обсуждения круг фильмов, которые в той или иной степени анализируют проблемы сегодняшнего дня или совсем недавнего прошлого. Мы рассматривали в качестве претендентов на приз «Слон» и пронзительную картину «Отголоски», рассказывающую о подростке, вернувшемся домой из специнтерната и столкнувшемся с холодным отчуждением семьи, школы. И феминистскую драму «Соединенные штаты любви», посвященную судьбам четырех женщин, пытающихся кардинальным образом изменить свою личную жизнь. И острую социальную драму «Чужое небо», поднимающую проблемы бесправия польских гастарбайтеров в богатых европейских странах, и ряд других картин. Но в итоге победила очаровательная трагикомедия «Мои дочери — коровы», которую по своему сценарию поставила Кинга Дембска.
.jpg)
Победитель 9-го фестиваля «Висла», режиссер фильма «Мои дочери коровы» Кинга Дембска. Фото автора
В центре сюжета две сестры в возрасте 40+. Одна волевая, жесткая, напористая, состоявшаяся в жизни, но так и не вышедшая замуж. Другая — безвольная, издерганная детьми и хронически безработным мужем школьная училка, то и дело прикладывающаяся к бутылке. Они не очень ладят между собой, но тут в больницу со смертельным недугом попадет их мать, а затем обнаруживается рак у отца. Родители ложатся в одну больницу, и сестры, забыв обиды, начинают заранее проигранное сражение за их жизни...
Фильм вроде бы посвящен тяжелым жизненным коллизиям, но это не «поминальная молитва», а живое, местами печальное, подчас смешное и неизменно сердечное размышление режиссера на темы жизни и смерти, прощания и прощения, чем-то напоминающее горькие и светлые трагикомедии Георгия Данелия, в частности его шедевр «Не горюй». Кино такой узнаваемой жизненной правды и плотности, такой пронзительности и обескураживающей простоты, такой человеческой искренности мы давно у себя не видели. Это кино, которое мы, кажется, давно и безнадежно потеряли. Хорошо, что иногда его можно увидеть на фестивале польского кино «Висла».
