Просто удивительно, почему выступление Константина Райкина на VII съезде театральных деятелей вызвало такой резонанс, будто взорвался пороховой погреб от прямого попадания фугаса. Вроде бы ничего нового он не сказал. Цензура наступает на художника? Но об этом регулярно, то страстно, то устало говорят представители разных сфер искусства. Странные люди то с нагайками, то с хоругвями, а то с сосудами с мочой диктуют, что нравственно, а что нет, при молчаливом попустительстве государства? Так ведь вроде бы и к этому привыкли...
Но, видимо, собралась такая критическая масса вопросов и наблюдений на околокультурном фронте, что затеянная Райкиным дискуссия о свободе творчества и мере ответственности художника не стихает, а даже прибавляет в градусе.
Редкий случай: на выпады Константина Аркадьевича (а именно таковыми сочли его выступление власти) ответили с самого верха, из Кремля. С непривычной оперативностью там, сославшись на первое лицо государства, заверили: цензура недопустима, никто ее ни в какой форме вводить не намерен... Но следом пресс-секретарь президента принялся разъяснять, в чем разница между цензурой и госзаказом, — и только подлил масла в огонь. У этого тезиса возникла армия оппонентов.
Их позицию резко выразил известный кинорежиссер Андрей Звягинцев в своей статье в «Коммерсанте». Звягинцев приводит древнюю шутку: кто девушку ужинает, тот ее и танцует. И утверждает: «Примерно таково и представление власти об искусстве. Эти люди решили, что именно они знают, что нужно народу, и на его деньги заказывают свои жалкие поделки...»
Дальше в бой вступил типичный представитель возмущенной общественности по кличке Хирург: «Под видом свободы эти райкины хотят превратить страну в сточную канаву, по которой текли бы нечистоты. Бездействовать мы не будем, и я сделаю все, чтобы защитить нас от американской демократии». При чем тут американская демократия, защитник разъяснять не стал. Пресс-секретарь главы государства попытался одернуть «мотоциклиста, которого бес попутал», и призвал Хирурга извиниться перед Райкиным, но тот с небывалой дерзостью отказал Кремлю...
И такая дребедень целый день. Между тем, если отделить суть от анекдота, это действительно борьба идей, имеющих самое прямое отношение к нашей жизни — и не только художественной. Кто из муд-рых сказал, что трагедия — это столкновение правоты с правотой? Версии разнятся — от Сократа до Бродского, но имеет ли смысл взвешивать авторитеты? Ситуация, когда чиновник, поставленный государством надзирать за искусством, стоит за плечом Эжена Делакруа и требует, чтобы тот прикрыл кружевцем обнаженную грудь Свободы, ведущей народ, любому нормальному человеку покажется абсурдной. Но прибивание гениталий к брусчатке Красной площади, выдаваемое владельцем этого органа за творческий акт, абсурд не меньший.
Художник имеет полное право относиться к миру и к человеку так, как они, по его мнению, этого заслуживают. Неоднозначный, даже провокационный спектакль, фильм или выставка имеют право на существование. А зритель/посетитель имеет право это увидеть или услышать — если, конечно, захочет. Оба — и творец, и адресат творчества — должны иметь право и возможность высказать свое мнение. И не надо нагаек и емкостей с мочой.
Свобода творчества столь же бесценна, сколь и небезгранична. Как и все в нашем несовершенном человечьем мире. Но кто и как в каждом конкретном случае будет определять степень этой свободы? Госчиновники? Самые горластые представители общественности, этакий коллективный Милонов? Меценат, отстегивающий от щедрот? И чем будут руководствоваться вершители творческих судеб?
По обе стороны баррикады кипят страсти. За словесной пальбой не слышно тех, кто, сохраняя здравый смысл, предлагает прекратить огонь, разобрать бастионы и общими усилиями хотя бы нарисовать дорожную карту движения к миропорядку, в котором государство защищено от разрушителей основ, а люди творчества застрахованы от того, что их труды обливаются всякой дрянью или снимаются с репертуара по требованию личностей, подозрительно не похожих на психически и нравственно здоровых.
P.S. Кстати, страстный спич Константина Райкина заслонил собой тот факт, что Александра Калягина в пятый раз избрали председателем Союза театральных деятелей России — несмотря на то, что его 20-летний лимит пребывания на этом посту исчерпан. Делегаты прямо на съезде внесли поправки в Устав СТД и немедленно ввели их в действие...
